WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ ПРАВОМ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ РОССИИ ...»

-- [ Страница 3 ] --

Очевидно, речь идёт о зепаШзсопзикиш Pegasianum (75 г. н. э.), который давал право приОценивая приведённые судебные решения и позиции учёных по данно­ му вопросу, необходимо отметить следуюпдее. Пример с понуждением к при­ нятию наследства, представляется нам сомнительным с точки зрения норм ГК РФ о наследственном правопреемстве. Согласно ч. 1 ст. 1153 ГК РФ по­ дача заявления нотариусу является самостоятельным способом принятия н а ­ следства. В соответствии с ч. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство призна­ ется принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента госу­ дарственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации. Следовательно, в описанной К. И. Скловским ситуации кредиторы наследника вправе требо­ вать обращения взыскания на перешедший к наследнику дом, несмотря н а отсутствие государственной регистрации такого права'. Что касается привенудить наследника вступить в наследство, если он обязан б ы л выдать наследство другому лицу // Р и м с к о е частное право: У ч е б н и к / П о д ред. И. Б. Новицкого и И. С. Перетерского.

М., 1997. С. 50.

' Судебная практика арбитражных судов отрицательно относиться к принудительной регистрации права собственности за должником по т р е б о в а н и ю его кредиторов на осно­ вании договора, в котором д о л ж н и к выступает покупателем. По обстоятельствам одного из дел судебный пристав потребовал от регистрирующего органа зарегистрировать пере­ х о д к должнику-покупателю права собственности на н е д в и ж и м о е и м у щ е с т в о по подпи­ санному последним с продавцом договору купли-продажи с целью п о с л е д у ю щ е г о обра­ щ е н и я взыскания на это имущество.



С у д признал отказ регистрирующего органа закон­ ным, так как обращение взыскания в порядке исполнительного производства возможно только на имущество, принадлежащее должнику на праве собственности или и н о м вещ­ ном праве, а Закон «Об исполнительном производстве» не п р е д у с м а т р и в а ю т такой меры принудительного исполнения, как обращение судебного пристава-исполнителя в регист­ р и р у ю щ и й орган с заявлением о государственной регистрации прав н а н е д в и ж и м о е иму­ щество должника. / См.: Постановление Ф А С Северо-Западного округа от 3.03.2004 г. № А 5 6 - 1 8 3 8 8 / 0 3, Постановление Президиума В А С Р Ф от 21.09.2004 г. № 6518/04. И н у ю по­ з и ц и ю занял Верховный Суд Р Ф в Обзоре законодательства и судебной п р а к т и к и Верхов­ ного Суда Р Ф за третий квартал 2006 г. (утверждён Постановлением П р е з и д и у м а В С Р Ф от 29.11.2006 г.). Ответ на вопрос № 7 Обзора гласит: «Взыскатель вправе обратиться в суд с заявлением об обращении взыскания на н е д в и ж и м о е имущество, в о т н о ш е н и и кото­ рого д о л ж н и к уклоняется от регистрации права (перехода права) с ц е л ь ю неисполнения судебного р е ш е н и я ». Мотивируется это не злоупотреблением правом со с т о р о н ы д о л ж н и ­ ка, а д о п у с т и м о с т ь ю аналогии абзаца 3 ч. 1 ст. 16 Ф З от 21.07.1997 г. № 122-ФЗ «О госу­ дарственной регистрации прав н а недвижимое имущество и сделок с н и м » (в ред. от 18.07.2006 г.): «При уклонении одной из сторон договора от государственной регистрации прав переход права собственности регистрируется н а основании р е ш е н и я суда, вынесен­ ного по требованию другой стороны».

денных примеров из римского частного права, то, по сведениям Д. В. Дождева, возможность такого понуждения в римском частном праве отсутствовала:





«отказ добровольного наследника принять наследство оставляет ожидания легатария нереализованными '...если добровольный наследник откажется от принятия наследства... отказ так и не вступит в силу»^. В римском праве обя­ занность наследника принять наследство существовала только в том случае, если наследник относился к категории необходимых, т. е. обязанных принять наследство независимо от своего желания (Gai 2, 157)^ Понуждение к действию возможно только при бездействии. Может ли злоупотребление правом выражаться в форме бездействия? В обоснование отрицательного ответа на поставленный вопрос могут быть приведены сле­ дующие доводы:

1. Часть 1 ст. 10 ГК РФ в качестве злоупотребления правом называет действия по осуществлению права. Осуществление права невозможно в форме бездействия. В форме бездействия возможен только отказ от осущест­ вления права. Бездействие управомоченного лица отличается от бездействия не управомоченных лиц волей управомоченного, направленной на отказ от осуществления npaeci. По одному из дел суд усмотрел злоупотребление пра­ вом в действиях банка, который обратился с иском к должнику о взыскании долга, вместо того, чтобы взыскать долг с поручителя в безакцептном поряд­ ке. ФАС Московского округа признал этот вывод ошибочным, так как по смыслу норм гражданского законодательства установленное в договоре по­ ручительства право банка «на списание в безакцептном порядке задолженно­ сти со счетов поручителя не аналогично понятию «обязанность»^. В данном деле не осуществление банком права на безакцептное списание задолженно­ сти (т. е. его бездействие, не осуществление банком этого права) суд не счёл

–  –  –

2. Согласно ч. 1 ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (долж­ ник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Как можно видеть из содержания данной нормы бездействие - это не право кредитора, а обязан­ ность должника. Путём бездействия возможно только исполнение обязанно­ сти (что не тождественно осуществлению права), например в обязательстве с т. н. «отрицательным» содержанием. «Суть пассивного поведения, сводиться к невыполению юридической обязанности... В случаях бездействия мы име­ ем дело с уклонением от позитивного обязывания»'.

3. По точному наблюдению А. И. Бойко, «актом бездействия опасность не создаётся (курсив наш - С. Р.)...»^. Между тем, даже если мы примем во внимание легальную дефиницию злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), содержащей слова «с намерением причинения вреда другому лицу», а так же будем исходить из обосновываемого нами превентивного назначения данного института, то придём к выводу, что действия, квалифицируемые в качестве злоупотребления правом создают опасность правонарушения.

4. Осуществление права должно быть направлено на реализацию инте­ реса. Если интерес может быть реализован путём бездействия, то лицу нет необходимости вступать в правоотношения с другими субъектами, с целью приобретения субъективного права. В этом случае для реализации интереса достаточно фактически совершить бездействие.

Вместе с тем в отечественной цивилистике признаётся, что «поведение лица, осуществляющего субъективное право, «может заключаться не только в совершении определённых действий, но и в их несовершении. В тех случа­ ях, когда закон предоставляет субъекту воспользоваться правом, не испольБойко А. И. Бездействие - бездеятельность - ответственность. Р о с т о в н/Д, 2002. С.

75, 76.

^ Там же. С. 76.

зование права тоже будет его осуществлением»'. Вероятно, эта позиция сформулирована исходя из того, что не осуществлять право может не всякое лицо, а лишь то, которое имеет на это право. Возможно, этот тезис послужил теоретической основной для выводов о том, что бездействие, как форма осу­ ществления права, так же может быть при наличии необходимых условий квалифицировано как злоупотребление правом. Для выявления этих условий целесообразно проанализировать следующий пример из судебной практики.

Между индивидуальным предпринимателем Лазаревым А. В. (арендода­ тель) и предпринимателем Лаур О. В. (арендатор) 21.01.2005 г. был подписан договор аренды нежилого помещения, сроком действия с 01.03.2005 г. по 01.03.2006 г. Через некоторое время Лазарев А. В. обратился в арбитражный суд с иском к Лаур О. В., в котором просил признать договор аренды неза­ ключенным, а также взыскать неосновательное обогащение в размере 276 127 руб. ссылаясь на то, что договор не был зарегистрирован в установлен­ ном законом порядке, является незаключенным, в связи с чем ИП Лаур О. В.

без каких-либо оснований пользовалась вышеназванным имуществом. По ре­ зультатам рассмотрения дела судебные инстанции признали договор неза­ ключённым, однако отказали во взыскании неосновательного обогащения.

Такое решение обосновано следующим.

В соответствии с ч. 3 ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государствен­ ной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом. Согласно ч. 2 ст. 651 ГК РФ договор аренды здания или сооружения, заключенный на срок не менее года, подлежит госу­ дарственной регистрации и считается заключенным с момента такой регист­ рации. Поскольку договор аренды от 21.01.2005 г. не был зарегистрирован в Агарков М. М. Указ. соч. С. 363. Аналогичной позиции придерживался Г. Д е р н б у р г / См. Дернбург Г. Пандекты. Т. 1. Обгцая часть / Пер. Г. фон Рехенберга; п о д ред. П. Соко­ ловского М., 1906. С. 105.

Кручинин А. В. Ф о р м ы злоупотребления правом субъектами т р у д о в о г о договора (по материалам судебной практики) // Вестник Удмуртского университета. Правоведение.

2005. № 6. С. 142; Избрехт П. А. Злоупотребление гражданскими правами в сфере пред­ принимательской деятельности... С. 17.

установленном законом порядке, то он является незаключённым (1). В соот­ ветствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счёт другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение. Согласно п. 1 ст. 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения. Таким образом, неосновательное обогащение ответчика возникло вследствие незаключённости договора арен­ ды (2). Согласно ст. 26 ФЗ «О государственной регистрации прав на недви­ жимое имущество и сделок с ним» с заявлением о государственной регистра­ ции договора аренды недвижимого имущества может обратиться любая сто­ рона договора аренды недвижимого имущества. Из условий договора аренды не следует, что на ответчика возложена обязанность по государственной ре­ гистрации договора. Следовательно, истец, являясь собственником имущест­ ва и располагая всеми необходимыми документами, не предпринял действий по государственной регистрации договора аренды (3).

Сложив промежуточные выводы (1) + (2) + (3) судебные инстанции сде­ лали окончательный вывод: требование истца в части взыскания неоснова­ тельного обогащения является злоупотреблением правом'.

При анализе данного дела обращает на себя внимание то обстоятельство, что решающим для вывода о злоупотреблении был, судя по расставленным кассационной инстанцией акцентам, последний промежуточный довод (3), констатирующий не совершение истцом активного действия, т. е. допущение им бездействия. Возражая суду можно, казалось бы, указать на то, что по усПостановление Ф А С Центрального округа от 4.10.2006 г. А08-5291/05-10.

ловиям договора на истца так же не возлагалась обязанность обращения в компетентный орган для государственной регистрации договора. Однако в суд обратился и допущенное нарушение (отсутствие регистрации) в основа­ ние своих требований привёл не ответчик-арендатор, а истец-арендодатель.

Поэтому именно он и признан судом злоупотребляющим правом. Обращение с иском в суд - это всегда активное действие. С этой точки зрения злоупот­ ребление правом никогда не может выразиться в бездействии. Но если в ка­ честве основания своих требований истец ссылается на допущенное им са­ мим бездействие, то в этом случае злоупотребление правом будет выражать­ ся именно в форме бездействия, а не в форме обращения с иском в суд.

В каких случаях бездействие может быть квалифицировано в качестве злоупотребления правом? На наш взгляд, при одновременном выполнении двух условий: (1) на управомоченном субъекте не лежит обязанность дейст­ вовать, (2) для реализации интереса необходимо активное действие. Так бы­ вает в ситуации, когда субъект, осуществляя право с целью реализации инте­ реса, вступает в правоотношение с третьим лицом, однако затем не соверша­ ет всех необходимых для осуществления права действий (т. е. бездействует).

Там самым управомоченный субъект не совершает действия, направленные на завершение осуществления права, что не соответствует его интересу, ра­ нее обозначенному при начале совершения активных действий, направлен­ ных на реализацию имеющегося у него интереса. В рассматриваемом приме­ ре истец совершил действия, направленные на реализацию интереса в полу­ чении арендной платы. Для того, что бы до конца реализовать этот интерес, надо зарегистрировать договор аренды. С этой целью закон даёт арендодате­ лю право на подачу заявления о государственной регистрации договора аренды (ч.

1 ст. 26 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»). Если арендодатель, подписав договор аренды и передав имущество арендатору, не обращается в регистрирующий орган с за­ явлением о регистрации аренды, то он бездействует в противоречии с ранее обозначенным интересом. Здесь нельзя сказать, что правообладатель бездействуя отказывается от осуществления права, поскольку в рассматриваемом нами деле до бездействия истец совершил определённые действия, направ­ ленные на осуществление права. Предпринятое после этого бездействие бу­ дет таким поведением управомоченного, которое не ведёт к завершению на­ чатого им осуществления права, и, таким образом, не соответствует его инте­ ресу.

Каковы последствия бездействия, квалифицируемого как злоупотребле­ ние правом? Можно ли лицо, злоупотребляющее правом понудить к совер­ шению активного действия?

На наш взгляд, нет. Понуждение к совершению действия допустимо лишь в случаях, прямо указанных в законе (ст. 12, 445 ГК РФ). Статья 10 ГК такой возможности не предусматривает. Если исходить из того, что злоупот­ ребление правом - это действия в противоречии с собственным интересом, то отсюда можно заключить, что суд не может понудить лицо действовать в своём интересе. Он лишь может отказать в защите действий, идущих вразрез с интересами управомоченного лица. Ранее мы уже касались вопроса о том, может ли государство использовать принуждение к лицам, осуществляющим право при отсутствии в этом интереса и пришли к выводу, что такое понуж­ дение оправдано с этической точки зрения как отвечающее интересам как общества, так и самих этих лиц. Вместе с тем необходимо разобраться в том, где пределы такого вмешательства? Не создастся ли при таком понимании злоупотребления правом ситуация, когда государство решает за своих граж­ дан что им лучше, в чём их благо, какие интересы они должны реализовывать? Вопрос, как видно, не только правовой, но и идеологический. Именно оправдание авторитарными идеологиями принятия государством мер, на­ правленных на то, что бы принуждать граждан к полезным для них самих (по мнению государства) действиям дали Н. С. Малеину основание для негатив­ ной оценки концепции злоупотребления правом, в том числе потому, что она «в политических целях удобна для тоталитарного государства, законы и юридическая практика которого в значительной степени направлены на принуждение» и «репрессии»'. Наш ответ на поставленный вопрос состоит в том, что такая ситуация будет складываться только тогда, когда государство, на основании запрета злоупотребления правом, будет понуждать к соверше­ нию действий, которые государство считает полезными для граждан, по­ скольку, по словам английского философа Джона Стюарта Милля, «собст­ венное благо человека, физическое или моральное, не может стать поводом для вмешательства, коллективного или индивидуального. Не следует застав­ лять его делать что-либо... из-за того, что, по мнению обгцества, так будет умнее и справедливее»^. На языке права этот аргумент звучит так: в случае, если предъявлен иск о понуждении к совершению действия по мотиву зло­ употребления правом ответчиком, то в этом иске есть интерес истца, который не может быть абсолютно тождественен интересу ответчика, так как у каж­ дого субъекта гражданского права свои сугубо индивидуальные интересы, не совпадающие с интересами других субъектов; если ответчик (по мнению истца) злоупотребляет правом, не совершая необходимого истцу действия, то присуждение к действию по мотиву злоупотребления правом не достигнет цели существования данного правового института, а именно цели побужде­ ния ответчика к действиям в своём интересе, поскольку ответчик понуждает­ ся к действию не в своём интересе, а в интересе истца.

Следовательно, злоупотребление правом может выражаться в форме бездействия, однако санкция в этом случае не может состоять в понуждении к совершению активного действия.

§ 4. Недействительность сделки Допустимость оспаривания сделки по мотиву злоупотребления правом признавалась в цивилистической науке^ По мнению Ю. С. Васильева, осу­ ществление права вопреки его назначению является противоправным дейстМалеин Н. С. Закон, ответственность и злоупотребление правом // Советское госу­ дарство и право. 1991. № U. C. 34-35.

^ Милль Д. С. О свободе / Пер. с англ. А. Ф р и д м а н а // Наука и ж и з н ь. 1993. № 11. С.

12.

^ Рясенцев В. А. Указ. соч. С. 9 вием и должно рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания его недействительным. В таком случае имеет место объективное противоречие между использованием конкретного субъективного права и его назначением*.

Практика арбитражных судов в ряде случаев ориентируется на эту пози­ цию и на сегодняшний день имеются решения судов, в которых сделки при­ знавались недействительными исключительно на основании норм ст. 10 ГК РФ. Так, по обстоятельствам одного из дел сторонами был заключен договор аренды помещения. Пунктом 3.3 договора было предусмотрено, что аренда­ тор имеет право использовать занимаемое помещение только в рабочее вре­ мя, все вопросы, связанные с предоставлением права пользования нежилым помещением в вечернее и ночное время, в выходные и праздничные дни, арендатор обязан предварительно согласовать с арендодателем, они подле­ жат оплате по отдельному счёту. Арендатор предъявил иск о признании дан­ ного условия недействительным. Удовлетворяя исковые требования, суд ис­ ходил из того, что согласно ст. 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель предоставляет арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Исходя из анализа условий до­ говора аренды, порядка его исполнения и других обстоятельств дела, суд указал, что ограничения во владении и пользовании помещением, установ­ ленные п. 3.3 договора, препятствуют осуществлению коммерческой дея­ тельности арендатора. Сведения о том, что использование помещения в пе­ риод работы предприятия — истца нарушает права иных лиц, в материалах дела отсутствуют. Кроме того, в н. 3.3 договора не конкретизировано, какой период подразумевается под понятием рабочее время — то ли это время ра­ боты предприятия — истца, то ли — ответчика. Порядок внесения арендной платы определен в п. 4.1 договора. Договоренность по оплате пользования помещением в соответствии с п. 3.3 отсутствует. В силу ст. 9 ГК РФ истец Васшьев Ю. С. Взаимодействие права и морали // Советское государство и право.

1966. № И. С. 19.

вправе по своему усмотрению осуществлять принадлежащие ему граждан­ ские права, в том числе и по использованию имущества. Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также зло­ употребление правом в иных формах. Поскольку п. 3.3 договора аренды про­ тиворечит данным нормам ГК РФ, это условие договора, в силу ст. 168, 180 ГК РФ признано судом недействительным'.

Оценивая этот и иные судебные акты, содержащие аналогичные разъяс­ нения, следует отметить, что между злоупотреблением правом и недействи­ тельностью сделки имеется определенное сходство, которое состоит в том, что злоупотребление правом, как и недействительная сделка, не порождает необходимых управомоченному субъекту (участнику сделки) правовых по­ следствий^. Вместе с тем, в научной литературе уже выдвинут ряд доводов, которые ставят под сомнение допустимость признания сделки недействи­ тельной по мотиву злоупотребления правом. Так, по мнению О. П. Садикова, вопрос о признании заключенной сделки недействительной не может быть обоснованно решён в рамках общего правила ст. 10 ГК РФ, так как на этот счёт в действующем гражданском законодательстве содержится система спе­ циальных норм, определяющих разновидности недействительных сделок и их различные правовые последствия (гл. 9 ГК РФ)^. Заслуживает внимания и позиция К. И. Скловского: «Смысл статьи 168 ГК РФ состоит в том, что на­ рушается известный позитивный закон"* и, как следствие этого нарушения, * Постановление Ф А С Центрального округа от 05.05.2000 г. № А23-5/1-2000-Г. / См.

аналогичные позиции судов: Постановление Ф А С Северо-Западного округа от 8.04.1998 г.

№ 2314; Постановление Ф А С Центрального округа от 04.05.2001 г. № А 0 8 - 3 7 3 4 / 0 0 - 1 5 ;

Постановления Ф А С Северо-Кавказского округа от 06.03.1997 г. Ф 0 8 - 1 2 4 / 9 7 ; от 29.11.2005 г. № Ф08-5602/2005. Ф А С Московского округа в Постановлении от 7.09.2006 г.

№ КГ-А40/7419-06 признал недействительным по мотиву злоупотребления п р а в о м основ­ н ы м обществом договор поручительства, з а к л ю ч ё н н ы й дочерним обществом с кредито­ р о м основного общества на условиях, не отвечающих интересам дочернего общества.

^ Янко Г. Янев. Правила социалистического о б щ е ж и т и я. И х функции п р и п р и м е н е ­ н и и правовых норм. М., 1980. С. 235.

^ Садиков О. К Указ. соч. С. 47.

В качестве примера, иллюстрирующего этот правильный на н а ш взгляд тезис мы м о ж е м привести выдержку из Постановления Ф А С Московского округа от 3.10.2006 г. № сделка не имеет силы. Иными словами, действие статьи 168 ГК РФ имеет объективный, а не субъективный характер, тогда как злоупотребление пра­ вом чаще всего — продукт злой воли, направленной против конкретного ли­ ца. По статье 168 ГК РФ, в отличие от п. 1 ст. 10 ГК РФ, воля сторон на несо­ блюдение закона не только предполагается, но и не может быть опровергну­ та, а точнее - несущественна для квалификации. Между тем суждение о зло­ употреблении правом — исключительная прерогатива суда. Злоупотребление не может предполагаться, а значит, и действия всех участников двух- или многосторонней сделки не могут считаться ничтожными в момент соверше­ ния, что не увязывается с конструкцией нормы статьи 168 ГК РФ»'. Разделяя данную позицию, необходимо вместе с тем отметить, что проявление злой воли означает порок воли. Установление наличия злой воли - вопрос факта, однако подведение установленной злой воли под ст. 10 ГК РФ является её правовой квалификацией, т. е. вопросом права, который может и должен об­ суждаться на момент совершения сделки.

В поддержку тезиса о том, что последствием злоупотребления правом не может являться признание сделки недействительной, можно также привести следующие доводы.

1. Действия по злоупотреблению правом носят односторонний характер, для злоупотребления правом достаточно единичного волеизъявления. Однако действия, направленные на злоупотребление правом, не являются односто­ ронней сделкой, поскольку, во-первых, результат их осуществления непра­ вомерен, а во-вторых, они не создают каких-либо указанных в законе обязан­ ностей для злоупотребляющего лица (как того требует ст. 154 ГК РФ). По­ этому невозможно признать недействительным, например, завещание по мо­ тиву того, что завещатель злоупотребил правом при его составлении. Всякий договор воплощает в себе волю двух и более лиц. Их участие в формироваКГ-А40/9441-06: «Статья 10 Г К Р Ф, не является н о р м о й права, р е г у л и р у ю щ е й конкретные спорные о т н о ш е н и я, а относиться к разделу, р е г у л и р у ю щ е м у о с н о в н ы е начала граждан­ ского законодательства».

' Скловский К. И. О п р и м е н е н и и норм о злоупотреблении правом в с у д е б н о й практи­ ке // Вестник В ы с ш е г о Арбитражного Суда Р Ф. 2001. № 2. С. 46.

НИИ договорных условии не позволяет по данному основанию признать как договор в целом, так и его отдельные условия недействительными. С учётом изложенного представляется ошибочным довод Арбитражного суда г. Моск­ вы, содержащийся в одном из решений', которым требования истца удовле­ творены в размере половины заявленной суммы на том основании, что «ис­ тец и ответчик, заключая договоры и устанавливая формы расчётов, взаимно (!? - С. Р.) злоупотребляли правом». Данное решение было отменено с на­ правлением дела на новое рассмотрение^. Верным представляется следую­ щий подход. По обстоятельствам одного из дел арендодатель и арендатор подписали договор, который первоначально содержал положение о том, что стоимость аренды составляет 500 рублей в месяц, однако в тот же день сто­ роны составили и подписали дополнительное соглашение к договору, кото­ рым увеличили размер арендной платы за помещение до 31 ООО рублей в ме­ сяц. При последующем взыскании с арендатора долга по арендной плате по­ следний ставил под сомнение законность увеличения арендной платы, ука­ зывая на то, что её повышение является злоупотребление правом со стороны арендодателя. Суд отклонил этот довод, так как «изменение условий догово­ ра в части увеличения арендной платы произошло по взаимному волеизъяв­ лению сторон, дополнительное соглашение к договору подписано обеими сторонами»'^. По этой же причине ошибочно утверждение о том, что «недоб­ росовестность стороны может проявиться... при формулировании условий, являющихся существенными в силу закона или иных правовых актов», что является основанием для отказа недобросовестной стороне в защите права со ссылкой на ст. 10 ГК РФ"*.

–  –  –

2. Норма ст. 10 ГК РФ направлена на пресечение возможности принуди­ тельно осуществить право, что изначально невозможно, если сделка, из кото­ рой возникло право, недействительна. Если ответчик заявляет о злоупотреб­ лении правом со стороны истца, то для защиты прав ответчика нет надобно­ сти признавать сделку недействительной, суду достаточно применить ст. 10 ГК РФ и отказать в иске.

3. Согласно ст. 168 ГК сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В соответствии с ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае не­ возможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полу­ ченное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные по­ следствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Следова­ тельно, ничтожность и реституция как последствия признания сделки недей­ ствительной на основании ст. 168 ГК РФ применяются лишь в случаях, когда из закона не следует иное. Поэтому даже если признать что нарушение ст. 10 ГК РФ может быть основанием для признания сделки недействительной по ст. 168 ГК РФ, то необходимо сделать вывод, что и последствия такого на­ рушения должны быть теми, что указаны в специальной норме ч. 2 ст. 10 Г К РФ - отказ в защите права'. В контексте этого довода на практике уже возни­ кал вопрос о юридической силе договора продажи недвижимого имущества, заключённого собственником при наличии заключенного им ранее иного до­ говора о продаже той же вещи, однако до регистрации перехода права собст­ венности. В научной литературе высказана позиция, согласно которой второй да это требование». / См.: Там же. С. 19.

^ В качестве п р и м е р а см. Постановление Ф А С Западно-Сибирского округа от 31.03.1999 г. № Ф04/683-121/А75-99: «Определение момента перехода права собственно­ сти сторонами в рамках правовой н о р м ы не влечет злоупотребление (статья 10 ГК Р Ф ), и даже если таковое и имелось бы, то это обстоятельство не является о с н о в а н и е м признания сделки н и ч т о ж н о й : суд при н а л и ч и и этого отказал б ы в защите права».

договор продажи недействителен на основании ст. 10 ГК РФ'. Возражение против такой позиции представляется более обоснованным, поскольку ст. 10 ГК РФ предусматривает только одно последствие - отказ в защите права, «ничтожность договора - это явление совершенно другой природы, и оно ни­ как не зависит от защиты права, равно как и от отказа в его защите»".

4. Спорность отнесения злоупотребления правом к основаниям призна­ ния сделки недействительной выявляется и при попытке найти место данным сделкам в рамках классификации недействительных сделок на оспоримые и ничтожные. Особенность ничтожной сделки в том, что вывод о её недействи­ тельности может быть сделан исключительно путём сравнения её условий с нормами закона. Основаниями для признания недействительной оспоримой сделки служат, как правило, обстоятельства, связанные с порядком её заклю­ чения. Злоупотребление правом нельзя отнести ни к основаниям ничтожно­ сти, поскольку злоупотребление невозможно выявить из условий сделки, ни к основаниям оспоримости, поскольку действия по заключению сделки со­ вершаются до возникновения права, основанием которому служит сделка.

Иными словами, действия по включению в договор оспариваемого условия происходят до заключения договора, т. е. в период, когда правовая связь ме­ жду сторонами отсутствует. Само по себе условие договора вред причинить не может как физически, так и юридически, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ в качестве злоупотребления правом может быть квалифициро­ вано только действие по осуществлению права, а не основание возникнове­ ния права.

По мнению А. Ю. Белоножкина, на основании института злоупотребле­ ния правом может быть признана недействительной не только сделка, но так ' Савкин С. Ф. Судебно - арбитражная практика по спорам, связанным с защитой права собственности и других в е щ н ы х прав // Вестник В ы с ш е г о А р б и т р а ж н о г о Суда Р Ф.

1998. № 10. С. 67-68. Аналогичная позиция - Постановление Ф А С Волго-Вятского округа от 25.09.2002 г. № А43-4537/02-2-195.

^ Скловский К. И. Собственность в гражданском праве. М., 1999, С. 384. А н а л о г и ч н о е мнение - Эрделевский А. М. С п о р ы о регистрации сделок с н е д в и ж и м о с т ь ю // Б и з н е с адвокат. 2003. № 22.

же акт властного органа'. Действительно, на практике судебными инстан­ циями незаконные действия государственных органов признавались злоупот­ реблением «предоставленными государственным органам правами» на основании ст. 10 ГК РФ, а также в соответствии со ст. 17 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г.^ Данного вопроса мы ка­ сались при обсуждении теории «целевых прав-обязанностей»: полномочия государственных органов не являются субъективными правами. Они призва­ ны действовать не в своём, а в публичном интересе. Как следствие, в их дей­ ствиях, вопреки мнению А. Ю. Белоножкина и Т. С. Яценко'', не может быть шиканы.

Поскольку злоупотребление правом не может являться основанием для признания сделки недействительной, то, как следствие, злоупотребление правом не пригодно по своей правовой природе и для целей возврата имуще­ ства в порядке реституции, как последствия недействительности сделки, в том числе, в целях обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

В судебной практике часто возникает вопрос о применении ст. 10 ГК РФ, ко­ гда должник по обязательству или по уплате налогов проводит реорганиза­ цию в форме выделения, передавая вновь созданному юридическому лицу большую часть своих активов, оставляя при этом себе большую часть своих долгов. Ряд специалистов предлагают считать такую реорганизацию одной из форм злоупотребления правом, так как она направлена на уклонение от ис­ полнения обязательств, и, как следствие, имеет цель причинить вред интере­ сам кредиторов^ В качестве характерного примера поддержки такой позиции ' Белоножкин А. Ю. Указ. соч. С. 24-25.

^ П о с т а н о в л е н и е Ф А С Северо-Западного округа от 15.01.2001 г. № 3964.

' Постановления Ф А С Уральского округа от 12.08.2003 г. № Ф09-2383/03-АК, от 26.05.2003 г. № Ф09-1492/03-АК.

Яценко Т. С. Категория шиканы... С. 115. Президиум Высшего А р б и т р а ж н о г о Суда Р Ф в Постановлении от 26.04.2005 г. № 13428/04 указал на то, что совершение админист­ рацией м о р с к о г о торгового порта действий п о в ы п о л н е н и ю в о з л о ж е н н ы х на неё функций является исполнением её публично-правовой обязанности, а не з л о у п о т р е б л е н и е м граж­ данскими правами.

^ Степанов Д. И. Правопреемство п р и реорганизации в форме выделения // Вестник Высшего А р б и т р а ж н о г о Суда Р Ф. 2002. № 8. С. 103; Беляева О. О т противоречия д о з л о в судебной практике можно привести следующее дело. Общим собранием акционеров ОАО «Интерхимпром - Оксосинтез» было принято решение о реорганизации в форме выделения из состава общества двух юридических лиц - ОАО «Стирол» и ОАО «Завод бутиловых спиртов» с передачей им имущества реорганизуемого общества по разделительному балансу, согласно которому выделенным обществам переданы долги в размере 3 245 ООО руб­ лей (ОАО «Стирол») и 9 963 О О рублей (ОАО «Завод бутиловых спиртов»), О на ОАО «Интерхимпром - Оксосинтез» оставлены долги в размере 1 235 770 ООО руб., что составляет 98,94% от их общей суммы. При передаче имущест­ ва по актам приема - передачи выделенные общества получили имущество на сумму 825 796 573,73 руб. (ОАО «Стирол») и 717 379 592,50 руб. (ОАО «За­ вод бутиловых спиртов»). Имущество передано вновь созданным юридиче­ ским лицам по акту приемки - передачи.

Суд признал недействительными сделки по передаче имущества от ОАО «Интрехимпром - Оксосинтез» к ОАО «Стирол» и ОАО «Завод бутиловых спиртов», совершенные в связи с реорганизацией согласно разделительному балансу и актам приема - передачи имущества, так как реорганизация ОАО «Интерхимпром ~ Оксосинтез» преследовала цель сокрытия его активов от обращения взыскания на них по требованиям кредиторов. Мотивируя своё постановление кассационная инстанция указала, что реорганизация, как акт реализации гражданских прав, должна отвечать общим требованиям, предъ­ являемым гражданским законодательством к поведению участников хозяйст­ венных отношений, в том числе требованиям добросовестности и недопус­ тимости злоупотребления гражданскими правами. Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые ис­ ключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупот­ ребление правом в иных формах. Таким образом, злоупотребление правом, исходя из указанной нормы закона, может быть выражено, в том числе, в виупотребления // Э Ж - Ю р и с т. 2005. № 41. С. 6; Зайцева С. Г. Указ. соч. С. 78; Булгаков И.

Реорганизация и кредиторы // Э Ж - Ю р и с т. 2006. № 32. С. 8.

де реорганизации, направленной во вред кредиторам реорганизуемого лица' (вариант: «направленной на сокрытие активов должника от обращения взы­ скания на них по требованиям кредиторов»^).

Оценивая правомерность применения в этом деле ст. 10 ГК РФ необхо­ димо принять во внимание, что у кредиторов имеется законный интерес, со­ стоящий в удовлетворении их требований к должнику, что будет сделать крайне затруднительно (или невозможно) при отсутствии у последнего иму­ щества, на которое можно обратить взыскание. Коллизию интересов должни­ ка и кредиторов законодатель решает в пользу кредиторов давая им в руки эффективные правовые средства воздействия на должника, пытающегося и з ­ бежать обращения взыскания на его имущество. Среди них, во-первых, предусмотренное ст. 60 ГК РФ право кредитора потребовать от реорганизуемого должника прекращения или досрочного исполнения обя­ зательства, и возмещения убытков. При этом солидарная ответственность созданных в результате реорганизации обществ (включая то, из которого в ы ­ делилось новое общество) наступает так же в случае нарушения принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого обще­ ства между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению инте­ ресов кредиторов этого общества (ч. 1 ст. 6 и ч. 3 ст. 60 ГК РФ)^;

во-вторых, требование о применении последствий ничтожности сделки по отчуждению должником своего имущества (1) как мнимой, то есть как со­ вершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей пра­ вовые последствия (ч. 1 ст. 170 ГК РФ), (2) как нарушающей ч. 2 ст. 132 ГК ' П о с т а н о в л е н и е Ф А С Уральского округа от 25.07.2002 г № Ф09-171/02-ГК; анало­ гичная позиция по гражданскому делу - Постановление Ф А С Центрального округа от 26.11.2002 г. № А36-183/8-02, по налоговому делу - Постановление Ф А С З а п а д н о Сибирского округа от 17.05.1999 г. № Ф04/950-138/А46-99.

^ Постановления Ф А С Уральского округа от 21.10.2003 г. № Ф09-2966/2003-ГК и от 6.07.2004 г. № Ф09-2016/04-ГК.

^ А б з. 2 п. 22 Постановления Пленума В ы с ш е г о А р б и т р а ж н о г о Суда Р Ф от 18.11.2003 г. № 19 « О некоторых вопросах применения Федерального закона « О б акцио­ нерных обществах». В д а н н ы х нормах заключён специальный способ з а щ и т ы прав креди­ торов. / С м. : Постановление Ф А С Северо-Кавказского округа от 1.03.2005 г. № Ф 0 8 РФ, предусматривающую обязательное включение в состав предприятия, пе­ редаваемого другому лицу, пассивов предприятия;

в-третьих, Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ' даёт внешнему управляющему право на предъявле­ ние от своего имени исков о признании недействительными сделок по отчу­ ждению имущества должника (ст. 103) (такими же правами наделён конкурс­ ный управляющий - ч. 3 ст. 129);

в-четвёртых, если речь идёт о должнике перед бюджетом по уплате на­ логов, то при выделении из состава должника одного или нескольких юриди­ ческих лиц правопреемства в части исполнения обязанностей по уплате на­ логов не возникает. Если в результате выделения должник не имеет возмож­ ности исполнить в полном объеме обязанность по уплате налогов и такая ре­ организация была направлена на неисполнение обязанности по уплате нало­ гов, то по решению суда выделившиеся юридические лица солидарно испол­ няют обязанность по уплате (ч. 8 ст. 50 НК РФ).

Как можно видеть, среди способов защиты законных интересов кредито­ ра злоупотреблению правом места нет. Применение в вышеприведённом и аналогичных ему судебных решениях запрета злоупотребления правом не соответствует правовой природе данного института.

Краткий итог данной главы состоит в том, что последствием злоупот­ ребления правом, отвечающим правовой природе данного института является отказ юрисдикционным органом стороне спора в применении испрашиваемо­ го способа защиты гражданских прав. И только после этого мы можем отве­ тить на вопрос: является ли отказ в защите права по мотиву злоупотребления видом гражданско-правовой ответственности? Так, П. А. Избрехт предлагает отказ со стороны суда в защите права рассматривать в качестве меры граж­ данско-правовой ответственности, применение которой является последстви­ ем совершения специфического вида правонарушения - злоупотребления ' СЗ Р Ф. 2002. № 4 3. Ст. 4190.

правом'. Для решения этого вопроса, прежде всего, необходимо обратиться к сугцности гражданско-правовой ответственности. Можно признать обш,епризнанным в науке гражданского права сформулированное О. С. Иоффе опре­ деление гражданско-правовой ответственности как обязанности претерпеть имущественные лишения в виде возложения на правонарушителя дополни­ тельных обязанностей или лишения его субъективных прав^. Поскольку пре­ дусмотренный ст. 10 ГК РФ отказ в защите права, понимаемый как отказ в применении способа защиты права — единственный отвечающий правовой природе злоупотребления способ государственного реагирования, то следует признать, что применение данной меры не является привлечением к граж­ данско-правовой ответственности, поскольку отказ в защите права не связан как с лишением управомоченного лица какого-либо права, так и возложени­ ем на управомоченное лицо какой-либо обязанности. При обсуждении при­ знаков злоупотребления правом некоторые учёные указывали на то, что для квалификации действий в качестве злоупотребления правом необходимо ус­ тановление умышленной формы вины^. Поскольку вина имеет значение только для решения вопроса о мере ответственности, то следует признать, что для квалификации действия в качестве злоупотребления правом форма вины значения не имеет. Вместе с тем, поскольку отказ в защите права связан с невозможностью принудительного осуществления права, что является не­ гативным последствием для управомоченного лица, то такой отказ может Избрехт П. А. Злоупотребление гражданскими правами в сфере п р е д п р и н и м а т е л ь ­ ской деятельности: А в т о р е ф. д и с. к а н д. ю р. наук. Екатеринбург, 2005. С. 12.

Иоффе О. С. Обязательственное право / Избр. труды: В 4 т. С П б., 2004. Т. 3. С. 141:

Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. М., 1997. С. 492; Осипов Е. Б. О б ­ щ и е вопросы ответственности в гражданском праве // Цивилистические записки. Межвуз.

сб. науч. труд. М., 2001. С. 301; Баринова Е. В. Понятие, виды и ф о р м ы гражданскоправовой ответственности за нарущение договорного обязательства // А к т у а л ь н ы е про­ б л е м ы гражданского права: Сб. статей / Под. ред. О. Ю. Шилохвоста. М., 2003. В ы п. 6. С.

288.

^ Яценко Т. С. Указ. соч. С. 9Ъ:,А. Лукьянов, Т. ЯценкоУказ. соч. С. 124.; Хвощинский А. П о д б о р к а и комментарий правовых позиций В ы с ш е г о А р б и т р а ж н о г о Суда Р Ф и Феде­ рального А р б и т р а ж н о г о Суда Московского округа по п р и м е н е н и ю п о л о ж е н и й ст. 10 ГК Р Ф о злоупотреблении правом // Коллегия. Т. 1. № 2. 2001. С. 33. Покровский И. А. О с н о в ­ ные п р о б л е м ы гражданского права... С. 118.

быть признан гражданско-правовой санкцией.

И н а я позиция - Е. М. Офман: «отказ в защите права санкцией не является; это спе­ цифическое правовое последствие, не влекущее для лица, злоупотребившего своим пра­ вом, негативных последствий». / См. Офман Е. М. Злоупотребление правом субъектами трудовых отношений: Автореф. д и с. к а н д. ю р. наук. Екатеринбург, 2006. С. 22. К сожа­ л е н и ю, автор не разъясняет, в чём и м е н н о состоит специфика отказа в защите права, по­ з в о л я ю щ а я отнести его не к разновидности гражданско-правовой санкции, а к некой «ме­ р о й з а щ и т ы », суть которой автором не раскрывается.

ГЛАВА 3. ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ ЗАПРЕТА

ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ПРАВОМ В ОТДЕЛЬНЫХ ВИДАХ

ГРАЖДАНСКИХ ПРАВООТНОШЕНИЙ

В предыдущих главах сформулированы общие теоретические положе­ ния о запрете злоупотребления субъективными гражданскими правами. Ана­ лиз судебной практики свидетельствует о том, что наибольшее количество спорных вопросов, связанных с применением данного института возникает при разрешении судами корпоративных споров, а так же споров, возникаю­ щих из денежных обязательств. Судебная практика по данным категориям дел далека от единообразия. В связи с этим в целях выработки практических рекомендаций по применению института злоупотребления правом есть смысл проанализировать особенности применения этого института при рас­ смотрении споров, возникших из названных правоотношений.

§ 1. Применение запрета злоупотребления правом в корпоративных отношениях Вопросы корпоративного законодательства, т. е. правовых норм, регла­ ментирующих внутреннюю жизнь коммерческих организаций, давно вовле­ чены в орбиту внимания учёных-цивилистов. Многочисленные внутрикорпо­ ративные конфликты оказывают серьёзное влияние на деятельность хозяйст­ венных обществ, что стимулирует исследования негативного опыта внутри­ корпоративных отношений между их участниками с точки зрения соответст­ вия гражданско-правовому запрету злоупотребления правом'. В этой области ' Н а м о м е н т завершения настоящей р а б о т ы из всего громадного массива судебной практики по корпоративным спорам н а м известен только один случай, когда б ы суд ясно и недвусмысленно назвал «рейдерство» злоупотреблением правом: «Из материалов дела следует, что к о р п о р а т и в н ы й конфликт возник в связи с п о п ы т к о й недружественного за­ хвата предприятия. Об этом свидетельствует параллельное существование двух реестров акционеров и двух систем органов управления, изменение ю р и д и ч е с к о г о адреса с М о с ­ ковской области на Республику К а л м ы к и я, отчуждение имущества, л и к в и д а ц и я ю р и д и ч е ­ ского лица. Оспариваемые р е ш е н и я собрания направлены на п р е д о т в р а щ е н и е захвата предприятия, а требования о признании этих р е ш е н и й недействительными - на создание условий д л я захвата. Недружественный захват является формой злоупотребления правом цивилистической науки уже имеются ряд заслуживающих внимания пози­ ций, а так же накопилась определённая судебная практика по корпоративным спорам, в которых суды применяли ст. 10 Г К РФ, требующая анализа и оцен­ ки. Последующее изложение темы будет вестись применительно к акционер­ ным обществам. Особенности, характерные для обществ с ограниченной от­ ветственностью, будут оговариваться особо.

Под корпоративными правами понимаются права участников хозяйст­ венных товариществ и обществ, основанием возникновения которых являют­ ся факты приобретения акций акционерного общества или долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью. Согласно ст. 67 ГК РФ участники хозяйственного товарищества или общества вправе участвовать в управлении делами товарищества или общества; получать информацию о деятельности товарищества или общества и знакомиться с его бухгалтерски­ ми книгами и иной документацией в установленном учредительными доку­ ментами порядке; принимать участие в распределении прибыли; получать в случае ликвидации товарищества или общества часть имущества, оставшего­ ся после расчётов с кредиторами, или его стоимость. Согласно ч. 2 ст. 31 Фе­ дерального закона «Об Акционерных обществах» (далее - ФЗ «Об АО» ак­ ционеры - владельцы обыкновенных акций общества могут участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компе­ тенции, а также имеют право на получение дивидендов, а в случае ликвида­ ции общества - право на получение части его имущества. В соответствии с ч.

1 ст. 8 Федерального закона «Об Обществах с ограниченной ответственно­ стью» (далее - ФЗ «Об ООО» участники общества вправе: участвовать в управлении делами общества; получать информацию о деятельности общест­ ва и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в ус­ тановленном его учредительными документами порядке; принимать участие и не п о д л е ж и т судебной затците в силу статьи 10 Г К Р Ф. Поскольку иск о признании не­ действительными р е ш е н и й собрания от 14.03.2003 г. является о д н и м из составных эле­ ментов недружественного захвата, он не подлежит удовлетворению». / С м. : Постановле­ ние Ф А С Северо-Кавказского округа от 10.10.2006 г. № Ф08-5015/2006.

в распределении прибыли; продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества либо её часть одному или нескольким участни­ кам данного общества; в любое время выйти из общества независимо от со­ гласия других его участников; получить в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчётов с кредиторами, или его стоимость.

В науке гражданского права были предложены следующие точки зрения на суть злоупотребления корпоративными правами.

По мнению Д. В. Гололобова, злоупотребляя правом, акционер исполь­ зует принадлежащие ему в силу владения акциями права в ущерб интересам иных акционеров и менеджеров акционерного общества. Границей, за кото­ рой просто использование акционером своего права перерастает в злоупот­ ребление правом, является ситуация, когда размер вреда от подобного рода действий акционера достигает уровня публичной опасности для акционеров и менеджеров общества. Злоупотребление акционером своим правом есть на­ рушение им общих принципов корпоративного поведения, в силу которых это лицо должно осуществлять свои субъективные права акционера с учётом законных прав и интересов иных акционеров и самого акционерного общества\ А. Мельник называет злоупотреблением корпоративными правами дей­ ствия «больших» акционеров по использованию своих прав в собственных интересах, тогда, когда такие интересы противоречат потребностям миноритариев. В качестве общего примера приводится ситуация, когда при сущест­ вовании правила «одна акция — один голос» акционеры с пакетом менее 10 % акций не имеют реальных рычагов управления компанией, что позволя­ ет мажоритарным акционерам определять деятельность компании. Это зло­ употребление правом, так как мажоритарий, используя своё право, должен делать это с учётом интересов общества и его акционеров, соблюдать баланс ' Гололобов Д. В. Акционерное общество против акционера: противодействие корпо­ ративному шантажу. М., 2004. С. 24-26.

интересов'.

Г. Адамович основным принципом осуществления корпоративных прав признаёт осуществление их таким образом, что бы каждый акционер в рав­ ной степени (т. е. только пропорционально количеству принадлежащих ему акций и только в зависимости от содержания права) имел возможность полу­ чить выгоду или должен был понести ущерб явившиеся результатом такого осуществления права. Использование акционерами своих субъективных прав в нарушение этого принципа с целью получения необоснованных преиму­ ществ перед другими акционерами является, по его мнению, одним из крите­ риев злоупотребления правом^.

Поскольку злоупотребление правом связано с интересом в осуществле­ нии права, то оценке данных позиций должен предшествовать ответ на во­ прос: что собой представляют и как формируются интерес и направленная на его реализацию воля акционерного общества? Приобретая акции или долю в обществе с ограниченной ответственностью, лицо тем самым обнаруживает свой интерес в получении прибыли. Поскольку участник не один, а юридиче­ ское лицо одно, то и проявляемая вовне воля у него должна быть одна. Зада­ ча участников согласовать: как им использовать юридическое лицо как сред­ ство наиболее эффективной реализации их интересов? Так вырабатывается видимая вовне «воля» юридического лица, поскольку «путём участия в управлении и ведении дел корпорации достигается участниками корпорации реализация имущественного интереса. Ценность участия в управлении и ве­ дении дел корпорации состоит в возможности последующего получения учаМельник А. Проблема злоупотребления правом в корпоративных конфликтах. // Юридическая практика. 2005. № 19 (385).

ЬЦр://уулулу.гаЬуа1.г11/Гогит/1оЙуег51оп/!пс1ех.рЬрД564.111т1 (12.11.2005). По о д н о м у из дел суд к в а л и ф и ц и р о в а л действия истцов п о оспариванию р е ш е н и я общего собрания акцио­ неров как злоупотребление правом, поскольку они у щ е м л я ю т права и и н т е р е с ы других акционеров. / С м. : Постановление Ф А С Дальневосточного округа от 24.10.2006 г. № ФОЗА73/06-1/3467.

^ Адамович Г. П р о б л е м ы применения института злоупотребления правом в корпора­ тивных о т н о ш е н и я х // Хозяйство и право. 2005. № 5. С. 60.

стником корпорации части полученной ею прибыли»'.

Можно ли сказать, что общий интерес и выражающая его общая воля акционеров существуют лишь тогда, когда имеет место полное совпадение частных воль и интересов всех акционеров? При ответе на этот вопрос по­ лезно, на наш взгляд, обратиться к концепции Ж. Ж. Руссо, различавшего при исследовании отношений связанных с принятием коллективных решений гражданами в рамках общественного договора «общую волю» и «волю всех». Разница между «общей волей» и «волей всех» в том, что общая воля «неизменно направлена прямо к одной цели и стремится всегда к пользе об­ щества, к реализации общих интересов; воля всех - интересы частные и пред­ ставляет собою лишь сумму изъявлений воли частных лиц». Необходимым условием согласия интересов участников общества является их отличие друг от друга, так как «согласие всех интересов возникает вследствие противопо­ ложности их интересу каждого. Не будь различны интересы, едва ли можно было бы понять, что такое интерес общий, который тогда не встречал бы ни­ какого противодействия; все шло бы само собой....»^ Связь между интере­ сами образует как раз то, что есть в них общего, «и не будь такого пункта, в котором согласны все интересы, никакое общество не могло бы существо­ вать»"'. Применительно к деятельности акционерного общества «волей всех»

можно назвать простую сумму частных волеизъявлений отдельных акционе­ ров, направленную на реализацию интереса каждого из них; «общей волей» волю, которая по диалектическому закону перехода количественных измене­ ний в качественные даёт при суммировании частных воль акционеров каче­ ственно новую волю акционерного общества и, как следствие, направлена на ' Рожкова М. А. Корпоративные отношения и возникающие из н и х с п о р ы // Вестник В ы с ш е г о А р б и т р а ж н о г о Суда. 2005. № 9. С. 142, 145.

^ В отечественной правовой науке концепция Ж. Ж. Руссо б ы л а у с п е ш н о использо­ вана В. В. Л а п а е в о й в качестве методологического инструмента п р и исследовании пред­ ставительной сущности российского парламента, как коллективного о р г а н а власти. / См.:

Лапаева В. В. В ы б о р ы в Государственную Д у м у 1995 г.: проблемы совершенствования законодательства // Государство и право. 1996. № 9. С. 24-25.

^ Руссо ж. Ж. Об общественном договоре или п р и н ц и п ы политического права / Рус­ со Ж. Ж. Об общественном договоре. Трактаты. / П е р. с фр. М., 1998. С. 219.

^ Т а м ж е. С. 216.

реализацию качественно нового интереса', т. е. даёт в конечном итоге волю и интерес юридического лица. Иными словами, поданные на общем собрании акционеров голоса - это «воля всех», принятое в результате голосования ре­ шение — это «общая воля». Цель права на управление обществом - формиро­ вание воли общества как юридического лица^. Если принять во внимание, что юридическое лицо - это фикция, которая не может испытывать какиелибо потребности то, следовательно, у него исключён какой-либо собствен­ ный интерес и своя воля^. По словам Б. Б. Черепахина, права юридического лица установлены ради людей и предназначены служить их интересам'', т. е.

не интересу юридического лица. При этом основной задачей института юри­ дического лица является создание субъекта прав и обязанностей, сущест­ вующего и действующего независимо от смены (частичной или даже полной) его людского субстрата^. От себя добавим, что юридическое лицо служит этому субстрату независимо от его текущего наличного состава. Калдое юридическое лицо в конечном итоге всегда имеет определённое физическое, людское «наполнение». Даже если участниками (учредителями) общества являются только юридические лица, каждое из которых так же состоит из юридических лиц то в конце цепочки учредителей каждого из них, какой бы ни была она длинной, будут стоять физические лица, изъявившие волю н а создание по времени первых из этих лиц^. Следовательно, воля и интерес

–  –  –

юридического лица - это такие же фикции, как и само юридическое лицо, а регламентированная законом процедура принятия решения органами управ­ ления юридического лица - это не что иное, как способ формирования и внешнего проявления воли и интереса юридического лица.

Каждый акционер может удовлетворить свой частный интерес по срав­ нению с другими акционерами в пропорции к количеству принадлежащих ему акций, так как объём корпоративных прав прямо зависит от данного ко­ личества. Разделение акций между акционерами - это разделение интереса, разделение возможности помещать свою волю в юридическое лицо (подобно тому, как суть собственности - это помещение своей воли в вещь'). Количе­ ство акций отражает степень участия в формировании воли общества и сте­ пень проявления личного интереса акционера в общем интересе всех акцио­ неров. На наш взгляд, можно говорить о том, что у акционерного общества нет интересов, отличных от интересов акционеров, а интерес акционерного общества - совокупность, единство интересов всех его акционеров. Но при этом неверно обратное утверждение: у акционера не может быть интересов, отличных от интересов акционерного общества. Если признать, что интересы общества тождественны интересу каждого из участников, то это будет озна­ чать, что интерес каждого участника тожественен интересу общества. В этом случае интересы всех участников должны быть тождественны между собой (если А=В и С=В, то А=С). Между тем, если бы история человеческого об­ щества свидетельствовала о том, что в любом собрании людей при любом голосовании по любому вопросу коллективные решения одобряются или от­ вергаются только единогласно, то законодателю не было бы необходимости вводить правило о принятии общим собранием акционеров (участников) ре

–  –  –

шения большинством голосов. Однако практика свидетельствует о том, что, как правило, при принятии решения на собраниях голоса отдаются как «за», так и «против». Сам законодатель, вводя правило о принятии решения на общем собрании акционеров большинством голосов, допускает различные варианты голосования. Причина этого видится в том, что за каждым голо­ сующим признаётся свой частный интерес, поскольку один акционер - это часть акционерного общества'.

А. Мельник делает акцент на том, что злоупотребление правом исходит только от мажоритарных акционеров, однако миноритарные акционеры так же могут злоупотреблять своими корпоративными правами^. На наш взгляд, злоупотребление корпоративными правами (вопреки мнению Д. В. Гололобова и А. Мельник) не может состоять в нарушении прав других акционеров, в том числе в ситуации, когда мажоритарный акционер на общем собрании принимает решение, совершенно не выгодное по своим последствиям мино­ ритарным акционерам.

Принятие решения коллегиальными органами управ­ ления юридических лиц (общее собрание акционеров (участников), совет ди­ ректоров, правление) производится именно по мажоритарному принципу:

решение по определённому вопросу может быть либо принято, либо нет, третьего не дано. Решение не может быть принято частично, пропорциональ­ но количеству голосов, поданных «за» и «против». Например, крупную сдел­ ку общее собрание акционеров может либо одобрить большинством голосов, либо нет. И если сделка одобрена большинством, то говорить о том, что в данном случае нарушаются права меньшинства, голосовавшего «против», нельзя (плюрализм мнений в одной голове невозможен). В корпоративном праве нет и принципа равенства акционеров. Есть принцип равенства прав, заключённых в акции: «Каждая обыкновенная акция общества предоставляет акционеру - её владельцу одинаковый объём прав» (ч. 1 ст. 31 ФЗ «Об АО»).

^ В п. 3.1.1. Кодекса корпоративного поведения, утверждённого распоряжением Ф К Ц Б Р Ф от 4.04.2002 г. № 421/р признаётся, что акционеры и м е ю т р а з л и ч н ы е интересы.

^ Э т о признаётся К о н с т и т у ц и о н н ы м С с у д о м Р Ф в Постановлении от 10.04.2003 г № 5-П «По д е л у о проверке конституционности п. 1 ст. 84 Ф З «Об А О » в связи с жалобой О А О «Приаргунское» // СЗ Р Ф. 2003. № 17. Ст. 1656.

Как следствие, если акционер, располагающий крупным пакетом акций, еди­ нолично определяет волю общества, то это не является злоупотреблением правом управления обществом. Акционер, владеющий контрольным пакетом, не обязан заботиться о выгоде других акционеров - они не вкладывали деньги в покупку его акций. Более того, акционер при осуществлении своих корпо­ ративных прав не обязан соизмерять такое осуществление с интересами дру­ гих акционеров, так как обязательство, на основании которого миноритарный акционер приобрёл свои акции, не может возлагать на мажоритарного акцио­ нера каких-либо обязанностей по к миноритарию в силу ч. 3 ст.

отноп1ению 308ГКРФ.

В концепции злоупотребления корпоративными правами Д. В. Гололобова акцент сделан на ущербе, который может наступить вследствие зло­ употребления для акционеров и менеджмента общества. Очевидно, речь в данном случае идёт не о деликте, так как причинение ущерба (вреда) возме­ щаемого по правилам гл. 59 ГК РФ не связано с обладанием корпоративными правами. Следовательно, причинение акционером «ущерба» другим акцио­ нерам, а так же «менеджменту общества» возможно только при наличии к а ­ ких-либо обязательственных правоотношений между этими лицами. Н а су­ ществование такого правоотношения между акционерами указьшал Г. Ф. Шершеневич, ссылаясь на то, что поскольку акционерное общество создаётся на основании договора, то «...следует признать совершенно непра­ вильным взгляд, будто акционеры как таковые не состоят друг с другом ни в каких обязательственных и даже ни в каких юридических отношениях»', хо­ тя в другом месте своей работы он указывает на «почти полное устранение личного элемента в акционерном отношении»^, а одно из преимуществ а к ­ ционерного общества видится ему в том, что «судьба предприятия не зависи г от личности предпринимателя»^. Тот факт, что в соответствии с ч. 1 ст. 98 ГК ^ Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. Т. 1: Введение. Т о р г о в ы е деятели. М.,

2003. С. 361.

^ Т а м же. С 362-363.

^ Там же. С. 266.

РФ акционерное общество создаётся на основании договора не доказывает наличие правоотношений между учредителями после создания акционерного общества, так как действие учредительного договора «исчерпывается созда­ нием общества, и с моментом создания договор прекращается достижением цели (исполнением)»'. В акционерном обществе правовая связь между ак­ ционерами отсутствует, т. е. акционеры (участники) после создания юриди­ ческого лица не обладают по отношению другу к другу какими-либо правами и не несут обязанностей (кроме случая приобретения более 30 % акций от­ крытого общества в соответствии с положениями гл. XI.I ФЗ «Об АО», вве­ денной Федеральным законом от 05.01.2006 г. № 7-ФЗ^). То же самое касает­ ся и «менеджмента» общества, под которым очевидно необходимо понимать лиц, входящих в органы управления общества (совет директоров, наблюда­ тельный совет, единоличный и коллегиальный исполнительные органы). Та­ ким образом, осуществлять права акционера (участника) с нарушением прав других акционеров (участников) невозможно в силу отсутствия между ними правоотношения.

По мнению Г. Адамовича и Д. В. Гололобова, объективным критерием злоупотребления правом можно считать использование прав в противоречии с интересами акционерного общества^ Данный тезис верен по существу, од­ нако нуждается в уточнении. Ранее, в первой главе, при разборе теорий «це­ левых прав - обязанностей» и «интереса» нами сделан вывод, что злоупот­ ребление правом не может состоять в осуществлении права в противоречии с интересами других лиц. Однако необходимо признать, что особенность зло­ употребления корпоративными правами в том, что онр. моркет состоять в осуществлении этих прав не только в противоречии с интересом обладающе­ го ими акционера (участника общества с ограниченной ответственностью), но так же в противоречии с общим корпоративным интересом. Причиной этого является то обстоятельство что общество, являющееся для акционера ^ Скловский К. И. Собственность в гражданском праве М., 1999. С. 192.

^ С З Р Ф. 2006. № 2. Ст. 172.

^ Адамович Г. Указ. соч. С. 6\; Гололобов Д. В. Указ. соч. С. 26.

(участника) средством достижения цели получения прибыли является само­ стоятельным субъектом права, выражающим вовне общую волю, направлен­ ную на реализацию общего интереса своих участников.

С учётом сделанных нами теоретических выводов проведём анализ кон­ кретных примеров использования гражданско-правового запрета злоупотреб­ ления правом в различных видах корпоративных споров.

Прежде всего, необходимо отметить, что злоупотребить корпоративны­ ми правами может только тот, кто этими правами обладает. Какие-либо внутрикорпоративные действия и решения, совершённые или вынесенные при отсутствии права на это злоупотреблением признаны быть не могут. Так, ошибочна сделанная судом по одному из дел квалификация в качестве зло­ употребления правом голосования на общем собрании со стороны акционе­ ров, чьи акции находились в залоге без согласия залогодержателя, так как до­ говором залога установлена обязанность залогодателей-акционеров без полу­ чения предварительного письменного согласия залогодержателя не пользо­ ваться находящимся в залоге правом на участие в управлении обществом'.

По другому делу суд признал злоупотреблением правом действия совета ди­ ректоров акционерного общества по установлению выкупной цены акций в размере ниже их рыночной стоимости^, что ошибочно, так как у совета ди­ ректоров нет права устанавливать выкупную стоимость акций в таком разме­ ре (ч. 3 ст. 75 ФЗ «Об АО»). Наконец, по третьему делу, суд признал зло­ употребление правом в действиях органа управления акционерного общест­ ва, который обязал акционеров отчислять на содержание дирекции акцио­ нерного общества 2 % от прибыли акционеров'^. Между тем, законодательст­ во не возлагает на акционеров обязанность производить какие-либо платежи акционерному обществу, не связанные с оплатой стоимости акций (ч. 1 ст. 2, ч. 3 ст. 11 ФЗ «Об АО»); как следствие, общество не обладает правом требо­ вания от акционеров каких-либо иных платежей в свою пользу и, соответстП о с т а н о в л е н и е Ф А С Северо-Кавказского округа от 11.10.2005 г. № Ф 0 8 - 4 1 8 0 / 2 0 0 5.

^ Постановление Ф А С Северо-Кавказского округа от 9.04.1997 г. № Ф08-413/97.

^ П о с т а н о в л е н и е Ф А С Северо-Кавказского округа от 23.06.1997 г. № Ф08-892/97.

венно, не может им злоупотребить.

1. Злоупотребление правом единоличного принятия решения По обстоятельствам одного из дел Ассоциация по защите прав инвесто­ ров, компания «Априкус Инвестментс Лимитед», компания «Процветание Холдинг Лимитед», компания «Медвежонок Холдинг Лимитед», компания «Ланкренан Инвестмент Лимитед», компания «Ладья (Оверсиз) Лтд.» (далее

- истцы) являлись акционерами ОАО «Сургутнефтегаз» и владели в совокуп­ ности менее 1% размещенных акций общества. Акционерами данного обще­ ства являлись так же его дочерние общества: ООО «Лизинг Продакшн», ООО «Сургутский центральный депозитарий», ООО «Страховое общество «Сур­ гутнефтегаз», ООО «Нефтегаз-резерв», ООО «Инвест-Защита», ООО «Нефть-консалтинг». Истцы обратились в суд к ОАО «Сургутнефтегаз» с ис­ ком, содержащим требование обязать ответчика уменьшить уставный капи­ тал на 22 103 601 221 рубль путём погашения 22 103 601 221 обыкновенной именной бездокументарной акции, размещенной в его дочерних обществах:

ООО «Лизинг Продакшн» - 15 065 580 266 (42,17 %) акций, ООО «Сургут­ ский центральный депозитарий» - 1 332 579 602 (3,73 %) акции, ООО «Стра­ ховое общество «Сургутнефтегаз» - 239 364 164 (0,67 %) акции, негосудар­ ственный пенсионный фонд «Сургутнефтегаз» - 4 465 749 338 (12,5 %) ак­ ций, ООО «Нефтегаз-резерв» - 964 601 857 (2,7%) акций, ООО «ИнвестЗащита» - 32 153 395 (0,09 %) акций, ООО «Нефть-консалтинг» - 3 572 599 (0,01 %)) акций (итого - 61,87 % уставного капитала). Требование истцов, как акционеров, мотивировано тем, что размещение 62 % акций ОАО «Сургут­ нефтегаз» среди дочерних обществ противоречит ст. 105 ГК РФ, которая не предусматривает возможности взаимного участия в капиталах друг друга для основного и дочерних обществ, так как последствия такого размещения ана­ логичны приобретению акций в собственность основного общества. Кроме этого истцы указали на отсутствие у них возможности участвовать в управ­ лении обществом.

Решением суда первой инстанции в иске отказано. Постановлением кассационной инстанции решение оставлено в силе по следующим основаниям. t Из ст. 12 ГК РФ согласно позиции истцов следует возможность при установ­ лении нарушения своих прав требовать восстановления положения, сущест­ вовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих права либо создающих угрозу их нарушения. В связи с этим требование истцов на­ правлено на возложение на общество обязанности принять общим собранием акционеров решение об уменьшении уставного капитала в соответствии с Z действующим законодательством (ст.

101 ГК РФ, ст. 29 ФЗ «Об АО»). При ' рассмотрении дела судом сделан вывод о том, что нарушение прав акционе- ;^ ров не подтверждено; истцами не доказано наличие обстоятельств, которые привели к невозможности для них принять участие в конкретном общем соб­ рании акционеров и обстоятельств, подтверждающих невозможность прого­ лосовать по вопросам, включенным в повестку общего собрания; не под­ тверждена невозможность данных акционеров в будущем принимать участие в собраниях акционеров и голосовать по вопросам повестки общих собраний акционеров. В соответствии с положениями п.п. 2 - 4 ст. 49 ФЗ «Об АО» для " принятия решения общим собранием акционеров имеет значение количество • голосов акционеров, принимающих участие в общем собрании. Распределение количества голосов таким образом, при котором их количество, необхо- 1 димое для принятия решений не принадлежит истцам, не свидетельствует об ограничении их прав. Размер участия в уставном капитале, то есть количест­ во принадлежащих акционерам акций, является законным основанием для установления степени влияния на судьбу принимаемых общим собранием акционеров решении. ;

Постановление Ф А С Западно-Сибирского округа от 27.09.2004 г. № Ф 0 4 А75-4082-21). А н а л о г и ч н ы й вывод сделан в П о с т а н о в л е н и и Ф А С ВолгоВятского округа от 30.06.1999 г. № 4156/98. П о словам Ж. Ж. Руссо «для того ч т о б ы воля была о б щ е ю, не всегда необходимо, ч т о б ы она была единодушна»; д л я ф о р м и р о в а н и я общей воли необходимо л и ш ь, чтобы «были подсчитаны все голоса... О б щ а я воля получа­ ется только тогда, когда каждый высказывает только свое собственное м н е н и е ».

/ См.:

Руссо Ж. Ж. Указ. соч. С. 217, 220.

Между тем, принятие решения таким акционером (участником) может быть признано злоупотреблением правом, если оно осуществляется с иными целями, чем цель получение прибыли обществом. Например, ООО «Архан­ гельский деревообрабатывающий комбинат» состояло из двух участников ООО «ФПГ» (83,66% доли в уставном капитале) и Коноплева С. В. (16,34%).

На собрании участников общества, состоявшемся 25.09.2002 г., было уста­ новлено, что структура баланса общества неудовлетворительна, размер чис­ тых активов имеет отрицательную величину, а в случае сохранения такой си­ туации к моменту утверждения бухгалтерской отчетности за 2002 г. общест­ во будет обязано объявить о своей ликвидации, во избежание чего по пред­ ложению участника общества - ООО «ФПГ» было решено внести вклады в имущество общества на общую сумму 6 085 О О руб. за счёт денежных О средств, вносимых участниками общества пропорционально их долям в ус­ тавном капитале в течение 15 дней с даты проведения собрания. Голосовав­ ший против указанных решений Коноплев С. В. не внёс дополнительный вклад в имущество общества. Последнее обратилось в суд с иском к Коноплеву С. В. о взыскании 994 289 руб. задолженности по внесению вклада. Суд кассационной инстанции в иске отказал, сославшись на следующие обстоя­ тельства. Материалы дела свидетельствуют о том, что решение о внесении участниками общества вклада в имущество фактически было принято с дру­ гой целью - для устранения Коноплева С. В. от деятельности общества. Так, в деле имеется письмо от 20.08.2002 г., направленное Коноплеву С. В. участ­ ником общества, размер доли которого обеспечивает ему возможность вли­ ять на принятие решений в обществе, - ООО «ФПГ». В этом письме, адресо­ ванном Коноплеву С. В., как генеральному директору ООО «Висан-1» (кре­ дитора общества на сумму 1 139 117 руб.), предлагалось Коноплеву С. В. как участнику общества либо внести дополнительный вклад в имущество обще­ ства в размере 1 160 О О руб., либо выйти из состава участников общества, и О тогда, по смыслу письма, вопрос о внесении Коноплевым С В. вклада сни­ мался, а задолженность, имеющаяся у общества перед ООО «Висан-1», единственным участником которого является Коноплев С. В., в таком случае по­ гашалась бы обгцеством за счёт средств, полученных от ООО «ФПГ» в тече­ ние двух недель с момента выхода Коноплева С. В. из состава участников общества. После того как на данное предложение Коноплев С В. ответил от­ казом, ООО «ФПГ» инициировало внесение вклада в имущество общества и принадлежащими ему 83,66% доли проголосовало на собрании 25.09.2002 г.

за принятие такого решения. Следовательно, причиной принятия решения о внесении вклада в имущество являлось не финансовое состояние общества.

Сама по себе причина принятия такого решения не влияет на его законность, при условии, что она не свидетельствует о злоупотреблении правом со сто­ роны лица, принявшего решение. Позицию общества определяет ООО «ФПГ» с учётом принадлежащего ему размера доли. Эта позиция изложена в вышеприведенном письме от 20.08.2002 г., подтверждена дальнейшими дей­ ствиями общества и ООО «ФПГ» и, безусловно, свидетельствует о принятии решения о внесении вклада в имущество общества исключительно с целью понудить Коноплева С В. выйти из состава общества. Вышеизложенные об­ стоятельства свидетельствуют о злоупотреблении обществом, 83,66%) доли в уставном капитале которого принадлежат третьему лицу (ООО «ФПГ»), пра­ вом, что в силу ч. 2 ст. 10 ГК РФ является основанием для отказа в иске к Коноплеву С В. о взыскании с него денежного вклада в имущество общества\ Оценивая данный судебный акт необходимо заметить, что формально решение общего собрания общества о внесении дополнительных вкладов в имущество общества, принятое 83,66 % (т. е. более 2/3) голосов «за», соот­ ветствует ч. 1 ст. 27 ФЗ «Об ООО». Но фактически действия ООО «ФПГ»

направлены не на обеспечение прибыльной работы общества (по обстоятель­ ствам данного дела годовой отчёт и бухгалтерский баланс общества, содер­ жащие информацию об отрицательных финансовых результатах его деятельПостановление Ф А С Северо-Западного округа от 24.06.2003 г. № А05-12464/02ности, утверждены при отсутствии заключения ревизионной комиссии), а на достижение иных целей, т. е. целей, не связанных с реализацией интересов, предоставляемых корпоративными правами.

2. Злоупотребление правом путём неявки на голосование с целью недо­

–  –  –

Допустимость квалификации в качестве злоупотребления правом не­ обоснованного голосовании «за» или «против» конкретного решения призна­ ётся в науке' и судебной практике. Так, А. Молотниковым приводиться сле­ дующий пример злоупотребления правом: акционер - владелец 30 % акций голосовал против поправок в Устав с целью его приведения в соответствие с ФЗ «Об АО», по причине чего акционерное общество не смогло получить кредит в банке. Последний условием кредита ставил соответствие Устава общества закону. П. Савицкий в качестве примера приводит следующее дело из практики Арбитражного суда Свердловской области. Налоговая инспек­ ция предъявила к ТОО иск о ликвидации в связи с неприведением учреди­ тельных документов ТОО в соответствии с ФЗ «Об ООО». В ходе судебного разбирательства суд предоставил участникам ТОО время для приведения уч­ редительных документов в соответствие с законом. Однако участники, меж­ ду которыми имелись расхождения по поводу управления имуществом обще­ ства, к единой точке зрения по поводу новой редакции учредительных доку­ ментов не пришли. Один из участников, имеющий 60 % доли в уставном ка­ питале, предъявил к другим участникам иск об обязании подписать новую редакцию устава и учредительного договора. Рассматривая это требование, суд установил, что ответчикам, обладающим в совокупности меньшей долей в уставном капитале, чем истец, ликвидация общества приветствуется: об этом свидетельствует и заявление ходатайства о приостановлении производ­ ства по делу до вступления в законную силу решения о ликвидации и уклоАдамович Г. Указ. соч. С. 64; Молотников А. П р о б л е м а злоупотребления правом в корпоративных конфликтах // Слияния и поглощения. 2004. № 12. С. 64.

Там же. С. 62.

нение от конструктивных шагов, к которым можно было бы отнести заклю­ чение мирового соглашения по делу (либо путем подписания соответствую­ щего документа, либо просто путем подписания учредительного договора и Устава общества в новой, ими же предложенной редакции). Такого рода по­ зиция ответчиков, по мнению суда, является ничем иным как злоупотребле­ нием своим правом (ст. 10 ГК РФ), в связи с чем суд обязал ответчиков под­ писать учредительный договор и устав товарищества в новой редакции. По мнению П. Савицкого, такое решение спорно, так как, во-первых, согласно п.

3 ст. 59 ФЗ «Об ООО», последствием несоблюдения обязанности по приви­ дению учредительных документов в соответствие с ФЗ «Об ООО» является ликвидация общества; во-вторых, резолютивная часть решения суда не отве­ чает такому требованию как его исполнимость и прямо противоречит дейст­ вующему законодательству, регулирующему регистрацию юридических лиц в части требований к перечню документов (их реквизитам и оформлению), представляемых для государственной регистрации изменений в учредитель­ ные документы юридического лица'. Тем не менее П. Савицкий признаёт, что данное решение отражает верный подход о возможности активной защи­ ты против злоупотребления правом^.

Кроме того, можно привести пример, в котором суд признал злоупот­ реблением правом неявку члена совета директоров акционерного общества на заседание совета директоров, что привело к отсутствию кворума. Обстоя­ тельства этого дела состоят в следующем. 24.11.1997 г. с Глазуновым С. В., назначенным на должность генерального директора ОАО «Ейский портовый элеватор», заключен контракт на срок с 14.10.1997 г. по 14.10.2002 г. Затем, 21.11.2002 г., совет директоров ОАО «Ейский портовый элеватор» принял

–  –  –

решение о назначении Алхазова С. Т. на должность исполняющего обязанно­ сти генерального директора и о прекращении действия контракта с генераль­ ным директором Глазуновым С. В. 10.12.2002 г. совет директоров вынес ре­ шение об образовании нового исполнительного органа общества - директора и прекращении полномочий единоличного исполнительного органа - гене­ рального директора, на должность директора ОАО «Ейский портовый элева­ тор» утвержден Алхазов С. Т. Пунктом 13.3.4 устава ОАО «Ейский портовый элеватор» состав членов совета директоров установлен в 7 человек. В соот­ ветствии с пунктом 13.5.5 устава решения на заседании совета директоров по вопросам о назначении генерального директора и досрочного прекращения его полномочий принимаются при обязательном присутствии всех членов совета директоров пятью голосами «за» из семи голосующих. При принятии данных решений на заседаниях совета директоров ОАО «Ейский портовый элеватор» участвовало 4 члена совета директоров, все они проголосовали за эти решения. Глазунов С. С. и Глазунов С. В. обратились в суд с иском к ОАО «Ейский портовый элеватор» о признании недействительными указан­ ных решений совета директоров ОАО «Ейский портовый элеватор». Решени­ ем суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, решения совета директоров признаны недействи­ тельными. ФАС Северо-Кавказского округа судебные акты отменил и вынес решение об отказе в иске по следующим основаниям. Глазунов С. С. и Гла­ зунов С В., являвшиеся членами совета директоров ОАО «Ейский портовый элеватор», знали о предусмотренных уставом положениях, однако не прини­ мали участие в заседаниях совета директоров 21.11.2002 г. и 10.12.2003 г.

Положения устава ОАО «Ейский портовый элеватор», которыми установле­ но, что решения совета директоров по вопросам назначения генерального ди­ ректора и досрочного прекращения его полномочий принимаются при обяза­ тельном присутствии всех членов совета директоров (7 человек), позволяют генеральному директору и поддерживающим его лицам, входящим в состав совета, блокировать принятие решений по этим вопросам путем неявки в заседание совета и оспаривать эти решения, если они приняты несмотря на от­ сутствие указанных лиц. Данные положения устава создают возможность для злоупотребления правами, поэтому в силу ст. 10 ГК РФ они не могут приме­ няться при рассмотрении споров по искам лиц, заинтересованных в блокиро­ вании принятия решений советом директоров'.

Прежде чем дать оценку названным мнениям учёных и судебным актам, рассмотрим модельную ситуацию, когда мажоритарный акционер единолич­ но одобряет принадлежащим ему большинством голосов крупную сделку, которая объективно, либо по субъективному мнению миноритарного акцио­ нера убыточна для общества. Одобрение сделки путём голосования «за» на общем собрании акционеров - это осуществление акционером права управ­ ления. Можно ли такое осуществление права признать злоупотреблением? На первый взгляд, да, так как интерес акционера состоит в получении дивиден­ дов, последние платятся из чистой прибыли (ч. 2 ст. 42 ФЗ «Об АО»), в слу­ чае совершения убыточной сделки прибыли у общества, а значит и у акцио­ нера, не будет, т. е. голосуя «за» акционер осуществляет право голоса в про­ тиворечии со своим интересом. Вместе с тем, само по себе голосование ма­ жоритарного акционера за одобрение убыточной сделки убытки обществу не причиняет. Право на заключение договора субъективным правом не является

- это элемент правоспособности и относиться он не к акционеру, а к общест­ ву в целом. Голосование акционера на общем собрании акционеров «за» или «против» не является сделкой, так как не создаёт, не изменяет и не прекра­ щает каких-либо прав или обязанностей как между акционером и обществом, так и между акционером и другими акционерами. Не создаёт решение обще­ го собрания акционеров об одобрении крупной сделки и обязанности для общества заключить договор с третьим лицам, так как является исключи­ тельно внутренним актом формирования воли общества, не являясь ни офер­ той, ни акцептом. Иными словами между голосованием мажоритарного ак­ ционера за одобрение крупной сделки и фактом убытков от исполнения

Постановление Ф А С Северо-Кавказского округа от 25.12.2003 г. № Ф 0 8 - 5 0 1 7 / 2 0 0 3.

сделки нет причинно-следственной связи. В ходе исполнения сделки (осо­ бенно в длящихся отношениях) может измениться экономическая конъюнк­ тура, в результате чего сделка может превратиться из убыточной в прибыль­ ную. Как было установлено ранее, признать сделку недействительной по ос­ нованию злоупотребления правом нельзя. Если миноритарный акционер го­ лосовал против одобрения данной сделки, то ч. 1 ст. 75 ФЗ «Об АО» даёт ему в этом случае право требовать от акционерного общества выкупа своих ак­ ций по их рыночной стоимости (участник общества с ограниченной ответст­ венностью может в любое время выйти из общества с получением действи­ тельной стоимости своей доли). Возлагать на суд проверку обоснованности (а не законности) голосования «против» бессмысленно - во-первых, это мо­ жет повлечь подмену судом общего собрания участников (акционеров), вовторых, с таким же успехом, по требованию участника, голосовавшего «про­ тив», суд может проверить обоснованность голосования большинством уча­ стников «за», ведь истина не достигается большинством голосов, может быть именно это решение приведёт к причинению обществу убытков или сделает невозможной его деятельность, например, все участники (кроме одного) го­ лосуют за ликвидацию ООО, вследствие чего такое решение, требующее единогласия, оказывается не принятым (п. 11 ч. 2 ст. 33 и ч. 8 ст. 37 ФЗ «Об ООО»). Едва ли действия участника, голосовавшего «против», можно квали­ фицировать как злоупотребление правом.

Рассмотрим случаи, когда ФЗ «Об АО» требует единогласного решения в акционерном обществе. Их всего три. (1) Решение общего собрания акцио­ неров о преобразовании общества в некоммерческое партнёрство (ч. 1 ст. 20).

Этот случай едва ли представляет научный интерес: во-первых, случаи пре­ образования акционерных обществ в некоммерческие партнёрства нам не из­ вестны, во-вторых, трудно даже теоретически представить, что такое преоб­ разование может быть критичным для благосостояния общества. Гораздо бо­ лее распространены следующие два случая, связанные с принятие советом директоров (наблюдательным советом) решений: (2) об увеличении уставного капитала общества путем размещения дополнительных акций (ч. 2 ст. 28) или (3) об одобрении крупной сделки, предметом которой является имущест­ во, стоимость которого составляет от 25 до 50 % балансовой стоимости акти­ вов общества (ч. 2 ст. 79). Если какой-либо из членов совета директоров пре­ пятствует принятию данных решений голосуя «против» либо не являясь на голосование, а объективно ситуация складывается так, что принятие положи­ тельного решения по данному вопросу жизненно важно для общества и толь­ ко оно способно спасти последнее от разорения, то и такое поведение не яв­ ляется злоупотреблением правом.

Оно не затрудняет деятельность общества и не противоречит общему корпоративному интересу, так как:

в первом случае, при голосовании против или не явке на голосование од­ ного из членов совета директоров общее собрание акционеров большинством в три четверти голосов может внести в Устав поправку и передать решение этого вопроса в компетенцию общего собрания акционеров (п. 1 ч. 1 ст. 48 и ч. 4 ст. 49 ФЗ «Об АО»);

во втором случае, если единогласие совета директоров общества по во­ просу об одобрении крупной сделки не достигнуто, по его решению (уже большинством голосов - ч. 3 ст. 68 ФЗ «Об АО») вопрос об одобрении круп­ ной сделки может быть вынесен на решение общего собрания акционеров, которое принимает решение по данному вопросу простым большинством го­ лосов акционеров - владельцев голосующих акций, принимающих участие в общем собрании акционеров (ч. 2 ст. 79 ФЗ «Об АО»).

Таким образом, голосование «против» или отсутствие на общем собра­ нии акционера или члена совета директоров акционерного общества по во­ просу, требующему единогласия, не заведёт акционерное общество в право­ вой тупик, не затруднит его деятельность и не повлечёт причинения ему убытков.

Возвращаясь к делу Ейского портового элеватора, необходимо отметить, что если устав акционерного общества предусматривает выборы генерально­ го директора общества советом директоров только при условии присутствия на заседании всех его членов (т. е.

при 100%-ом кворуме) и при этом ктолибо из них упорно не желает на них являться, то возможны два варианта развития событий:

1. Поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 275 ТК РФ трудовой договор с ру­ ководителем организации является срочным, то в силу ч. 4 ст. 58 ТК РФ в случае, если директор не переизбран и продолжает работу, то трудовой дого­ вор с ним считается заключенным на неопределенный срок. Следовательно, если совет директоров не примет решение по кандидатуре нового директора, то прежний директор продолжает свою деятельность на условиях трудового договора, заключенного на неопределённый срок.

2. Внеочередное общее собрании акционеров может в любое время либо переизбрать недисциплинированного члена совета директоров (п. 4 ч. 1 ст. 48 ФЗ «Об АО») либо принять поправки в Устав, в которых передать решение вопроса об избрании единоличного исполнительного органа в компетенцию общего собрания акционеров (п. 8 ч. 1 ст. 48 ФЗ «Об АО»), которое имеет право избирать директора простым большинством голосов (ч. 2 ст. 49 ФЗ «Об АО»).

В рассматриваемом деле суд, квалифицировав неявку истца на заседание совета директоров в качестве злоупотребления правом, отказал ему в иске, т.

е. по сути, признал законным решение совета директоров при принятии кото­ рого на заседании совета директоров было нарушено одновременно две нор­ мы устава общества: о кворуме (семь членов, а фактически участвовало че­ тыре) и о количестве голосов, необходимых для принятия решения (по уста­ ву не менее пяти голосов «за», фактически - четыре голоса «за»). Между тем, невозможность переизбрать директора на заседании совета директоров из-за отсутствия предусмотренного уставом 100-% кворума не сделает деятель­ ность общества невозможной и не повлечёт для него каких-либо иных отри­ цательных последствий (в том числе убытков).

В случае неявки в заседание коллегиального органа управления для соз­ дания ситуации отсутствия кворума интерес остальных участников (явившихся и голосовавших «за»), очевидно, состоит в признании решения приня­ тым. Однако иск обпдества к отсутствуюп;ему или голосовавшему «против»

участнику о признании принятых на собрании (заседании совета директоров) решений действительными невозможен - ни ст. 12 ГК РФ, ни специальное корпоративное законодательство не предусматривают такого способа защиты гражданских прав. Последствие злоупотребления правом в виде отказа в применении предусмотренного законом способа защиты гражданского права невозможно, если акционер, не проголосовавший за принятие решения, тре­ бующего единогласия (не явившийся в заседание, требующее 100%-го кво­ рума), не обращается в суд с иском о признании данного решения недейст­ вительным. Можно ли в этом случае считать решение общего собрания ак­ ционеров или совета директоров действительным? Пленум Высшего Арбит­ ражного Суда РФ в п. 26 Постановления «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах» от 18.11.2003 г. № 19 разъяснил, что в случаях, когда стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания акционеров, при этом судом установлено, что данное решение принято с нарушением компетенции общего собрания (пункт 3 статьи 48 Закона), в отсутствие кворума для проведения общего со­ брания или принятия решения (пункты 2, 4 статьи 49 и пункты 1 - 3 статьи 58 Закона) либо по вопросам, не включенным в повестку дня собрания (пункт 6 статьи 49 Закона), суд должен, независимо от того, было оно оспорено кемлибо из акционеров или нет, оценить такое решение как не имеющее юриди­ ческой силы и разрешить спор, руководствуясь нормами закона. Поскольку совет директоров акционерного общества является так же органом управле­ ния общества, то данное может быть в полной мере распространено и на ре­ шения совета директоров, принятые с нарушением компетенции или квору­ ма. Применительно к обществу с ограниченной ответственностью данный вопрос решался бы в соответствии с п. 24 Постановления Пленумов Верхов­ ного и Высшего Арбитражного Судов № 90/14 от 9.12.1999 г. «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». В нём рассматривается ситуация, когда стороны, участ­ вующие в рассматриваемом судом споре ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества (то же самое можно сказать и о решении совета директоров), одна­ ко судом установлено, что данное решение принято с существенными нару­ шениями закона или иных правовых актов. В этом случае суд должен исхо­ дить из того, что такое решение не имеет юридической силы независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разре­ шить спор, руководствуясь нормами закона. При этом в качестве примера существенного нарушения названы принятие решения с нарушением компе­ тенции этого органа, при отсутствии кворума и т.д. Как видно, данный пере­ чень не является исчерпывающим. Можно ли его дополнить принятием ре­ шения с нарушении правила о 100%-ом кворуме или единогласии всех уча­ стников? По нашему мнению, да, так как в п. 23 того же постановления спе­ циально обращается внимание на то, что при оценке правовой силы (дейст­ вительности) решений общего собрания участников общества судам необхо­ димо иметь в виду, что ФЗ «Об ООО» для принятия решений по ряду вопро­ сов требует единогласия всех участников общества (пункт 2 статьи 8, пункт 2 статьи 9, пункт 1 статьи 11, пункт 3 статьи 14, пункт 2 статьи 15, пункт 2 ста­ тьи 19, пункт 4 статьи 21, пункт 2 статьи 25, пункты 1, 2 статьи 27, пункт 2 статьи 28, пункт 1 статьи 32, подпункты 3 и 11 пункта 2 статьи 33) либо ква­ лифицированного большинства голосов общего числа участников (а не лиц, присутствующих на общем собрании).

В качестве примера правильного решения данного вопроса в судебной практике можно привести следующее дело. ОАО «Акрон» и компания «Гидро Агри Руссланд A.C.» являлись акционерами ЗАО «Пордик Рус Холдинг» в долях, соответственно, 51% и 49%) акций общества. 18.06.2002 г. состоялось общее собрание акционеров ЗАО «Нордик Рус Холдинг», в повестку дня ко­ торого был включен вопрос о внесении изменений в устав общества в связи с принятием Федерального закона от 07.08.2001 г. № 120-ФЗ «О внесении из­ менений и дополнений в ФЗ «Об АО». На собрании каждый из акционеров предложил свой вариант изменений и голосовал против варианта, предло­ женного другим акционером; в результате решение о внесении изменений в устав обш;ества не было принято. ЗАО «Нордик Рус Холдинг» обратилось в суд с иском к ОАО «Акрон» и компании «Гидро Агри Руссланд A.C.» об обязании ответчиков принять на общем собрании акционеров ЗАО решение о приведении его устава в соответствие с требованиями названого Федерально­ го закона. Судебными инстанциями в иске было отказано по следующим ос­ нованиям. Обязанность привести учредительные документы общества в со­ ответствие с нормами закона существует у общества перед государством, то есть носит публично-правовой характер. Законом предусмотрено применение публично-правовых санкций в виде ликвидации общества в случае неиспол­ нения этой обязанности. В соответствии со ст. 31 ФЗ «Об АО» участие в об­ щем собрании акционеров с правом голоса является правом, а не обязанно­ стью акционеров. Не достижение между акционерами согласия при голосо­ вании по вопросу о внесении изменений в устав общества не может рассмат­ риваться как злоупотребление правом, поскольку действия акционера на­ правлены на защиту своих прав, а не исключительно на причинение вреда другому лицу'.

Исходя из изложенного можно сделать вывод, неявка на голосование с целью недобора кворума, а так же «необоснованное» голосование «за» или «против» конкретного решения не могут быть признаны злоупотреблением правом.

3. «Блокировка» акционера как злоупотребление правом.

В ряде случаев в судебной практике признаются злоупотреблением пра­ вом действия, называемые «блокировкой пакета акций», т. е. действия, на­ правленные на создание временной объективной невозможности реализации прав, предоставляемых этими акциями. Цель блокировки - временное измеПостановление Ф А С Северо-Западного округа от 31.03.2003 г. № А 4 4 - 1 4 2 3 / 0 2 - С 1 2.

нение соотношения сил в органе управления обгцества, принимающем реше­ ния в интересах заинтересованных лиц, обеспечивающее принятие этих ре­ шений'. Показателен следующий пример из судебной практики. ОАО «Ново­ российское морское пароходство» является акционером ОАО «Туапсинский судоремонтный завод». 17.05.2002 г. состоялось годовое общее собрание ак­ ционеров завода, на котором приняты решения об утверждении его устава в новой редакции и избрании нового совета директоров. Представитель паро­ ходства на собрание допущен не был со ссылкой на то, что Орджоникидзевским районным судом г. Екатеринбурга 15.05.2002 г., т. е. за два дня до даты собрания, было вынесено определение, которым: (1) наложен арест на при­ надлежащие пароходству акции завода, (2) пароходству запрещено участво­ вать и голосовать на общих собраниях акционеров завода. Как выяснилось в последствии, это определение было принято по ходатайству акционера заво­ да гражданина Пименова А. В., который обратился в суд общей юрисдикции с жалобой на неправомерные действия Фонда государственного имущества Краснодарского края. Затем Пименов А. В. отказался от жалобы и определе­ нием того же суда 29.08.2002 г. производство по ней было прекращено, обес­ печительные меры отменены.

Пароходство обратилось в суд с иском к заводу о признании недействи­ тельным решения общего собрания акционеров завода, на которое пароход­ ство не было допущено. Судебными актами первой и апелляционной инстан­ ции в иске отказано, поскольку истец не был допущен к участию в собрании акционеров на основании действующего определения суда. ФАС СевероКавказского округа иск удовлетворил, указав следующее. На момент приня­ тия определения Орджоникидзевского районного суда от 15.05.2002 г. Пле­ нумом Верховного Суда РФ в Постановлении от 10.10.2001 г. № 12 «О во­ просе, возникшем при применении ФЗ «Об АО» дано следующее разъясне­ ние: суд не вправе запрещать проведение общего собрания акционеров, поИонцев М. Блокировка акций: держатели крупных пакетов могут не беспокоится // Слияния и поглощения. 2003. № 4. С. 41.

скольку это противоречит статье 31 Конституции РФ, а также нарушает пра­ во акционеров на участие в общем собрании акционеров, предоставленное им Федеральным законом «Об акционерных обществах». Право голосования на общем собрании акционеров в соответствии с ФЗ «Об АО» является личным неимущественным правом акционера, которое не может быть ограничено на основании судебного акта. Ходатайство миноритарных акционеров о приня­ тии мер по обеспечению иска в виде запрещения голосования принадлежа­ щими на праве собственности акциями является достаточно распространен­ ным способом злоупотребления правом, поэтому незаконность определения суда в части запрещения голосования акциями очевидна'.

Обстоятельства дела типичны по способу блокировки, а позиция касса­ ционной инстанции знакома с точки зрения противодействия подобного рода способам корпоративной борьбы. Тем не менее обращает на себя внимание непригодность для обоснования позиции кассационной инстанции ссылка н а Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2001 г. № 12, так к а к Орджоникидзевский районный суд своим определением не запрещал прове­ дение общего собрания акционеров завода. Для того, что бы удовлетворить иск пароходства необходимо обосновать возможность игнорировать указан­ ное определение, как судебный акт, действующий на момент собрания, с учё­ том того, что вступившие в законную силу постановления федеральных су­ дов, а также их законные распоряжения и требования являются обязательны­ ми для всех без исключения органов государственной власти (включая, оче­ видно, суды), должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации^.

Кассационная инстанция строит позицию так: (1) право голосования личное неимущественное право, которое не может быть ограничено судом, (2) подача ходатайства о принятии обеспечительных мер в виде запрета ак

–  –  –

ционеру голосовать - это злоупотребление правом (3) как следствие, опреде­ ление суда о запрете голосовать не подлежало исполнению как очевидно не­ законное.

Акционер завода Пименов А. В. не обладает какими-либо правами по отношению к пароходству. Право требовать принятия обеспечительных мер может быть обраш,ено только к суду. При этом данному праву не корреспон­ дирует обязанность суда по принятию данных мер.

ФАС Северо-Кавказского округа исходит из совокупности следующих обстоятельств:

1. Определение суда о принятии обеспечительных мер в виде запрета голосования уже в момент своего вынесения являлось незаконным и в по­ следствии было отменено.

2. С жалобой на действия Фонда имущества и, соответственно, с заявле­ нием о принятии обеспечительных мер Пименов А. В. обратился за два дня до проведения общего собрания акционеров.

3. Впоследствии Пименов А. В. отказался от жалобы.

Основываясь на совокупности этих обстоятельств, кассационная ин­ станция сделала, на наш взгляд, обоснованный вывод о том, что право на за­ щиту своих корпоративных прав Пименов А. В. использовал вовсе не с це­ лью реализации интереса в их защите, после чего правильно квалифицировал его требование о принятии обеспечительных мер как злоупотребление пра­ вом.

Разновидность блокировки: совершение действий, направленных на воспрепятствование акционерам в явке на общее собрание, например, прове­ дение собрания в населённом пункте, в котором зарегистрировано акционер­ ное общество, но на территории, на которую нет свободного доступа (ре­ жимный объект, воинская часть и т. д.)' (физическая блокировка). Законода­ тельство, регламентирующее порядок организации общих собраний акционе­ ров (п. 2.9 Положения о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров, утверждённого Поста

<

Молотников А. Указ. соч. С. 62.

новлением ФКЦБ РФ 31.05.2002 № 17/пс') предписывает проводить общее собрание акционеров в поселении (городе, поселке, селе), являющемся ме­ стом нахождения общества, если иное место его проведения не установлено уставом общества или внутренним документом общества, регулирующим порядок деятельности общего собрания. Акционерный закон ФРГ от 06.09.1965 г. более точен: согласно ч. 5 § 121 общее собрание акционеров проводиться по месту нахождения общества, если устав не определяет ино­ го^ - такая формулировка не позволяет произвольно определять место собра­ ния в пределах населённого пункта. Нарушение п. 2.9 названого вышена­ званного Положения расценивается в судебной практике как основание для признания недействительным решения общего собрания акционеров, при этом суды не используют в качестве аргумента ссылку на ст. 10 ГК РФ.^ Это верно, здесь нет злоупотребления правом, так как у акционерного общества и иных лиц, имеющих право на созыв общего собрания акционеров, нет права, во-первых, на определение места собрания за пределами поселения, в кото­ ром расположено общество (если иное не определено во внутреннем доку­ менте общества), во-вторых, совершение действий, которые препятствуют допуску акционеров (участников) в помещение, где проводится общее собра­ ние акционеров.

4. Злоупотребление правом на информацию.

Согласно ч. 1 и 2 ст. 91 ФЗ «Об АО» общество обязано обеспечить ак­ ционерам доступ к документам, предусмотренным ч. 1 ст. 89 ФЗ «Об АО».

Эти документы должны быть предоставлены обществом в течение семи дней со дня предъявления соответствующего требования для ознакомления в по­ мещении исполнительного органа общества. Общество обязано по требоваБ ю л л е т е н ь нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2002.

№31.

^ Германское право. Часть 2. Торговое уложение и и н ы е законы. М., 1996. С. 214.

^ Постановление Ф А С Московского округа от 15.04.2004 г. № КГ-А41/2430-04, По­ становление Ф А С Уральского округа от 17.03.2004 г. № Ф09-657/04-ГК. А п е л л и р о в а н и е к ст. 10 Г К Р Ф п р и рассмотрении подобных споров встречается только в с у д е б н ы х актах, вынесенных до вступления в силу П о л о ж е н и я Ф К Ц Б № 17/пс: / См.: П о с т а н о в л е н и е Ф А С Западно-Сибирского округа от 28.08.2000 г. № А56-10481/00.

нию лиц, имеющих право доступа к этим документам, предоставить им ко­ пии указанных документов. Плата, взимаемая обществом за предоставление данных копий, не может превышать затраты на их изготовление. В соответ­ ствии с ч. 1 ст. 8 и ч. 2 ст. 50 ФЗ «Об ООО» участники общества вправе по­ лучать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтер­ скими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке. Общество хранит документы, предусмотренные ч. 1 ст. 50 ФЗ «Об ООО», по месту нахождения его единоличного исполнитель­ ного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

На практике получили распространение случаи, когда акционеры систе­ матически через короткие промежутки времени направляли в адрес акцио­ нерных обществ требования о предоставлении копий указанных документов, чем затрудняли их деятельность. А. Молотников предлагает квалифициро­ вать в качестве злоупотребления правом случаи, когда акционер, обладаю­ щий 0,1 % акций, требует предоставить все документы, предусмотренные ст.

89, 91 ФЗ «Об АО» и ст. 6 ФЗ «О защите прав и законных интересов инвесто­ ров на рынке ценных бумаг»'. По мнению Д. В. Гололобова, критерий разли­ чения в таких запросах злоупотребления правом субъективен, «поскольку одни и те же запросы, направленные в адрес РАО «ЕЭС» и никому не извест­ ного ОАО «Хлебокомбинат «X», требуют разных усилий и расходов обществ для исполнения». Отсюда делается вывод, что «признаком, отграничиваю­ щим корпоративный шантаж от нормальной деятельности акционерного об­ щества, являются действия акционеров, в силу субъективных особенностей деятельности определённого акционерного общества создающие для него та­ кие объективные трудности в его деятельности, которые порождают для данного общества и его акционеров определённую публичную опасность»". Ме­ жду тем более соответствующей сути злоупотребления правом представляет­ ся точка зрения И. Т. Тарасова: «определяя границы этого права [на инфор

<

Молотникоб А. Указ. соч. С. 62. ^ГололобовД. В. Указ. соч. С. 25.

мацию], надо иметь в виду, во-первых, в какой мере управление компанией будет стеснено в своей деятельности и в отправлении своих служебных обя­ занностей при полном осуществлении акционерами этого права, и, вовторых, в какой мере могут вредить компании те злоупотребления, которые возможны в данном случае со стороны единичных акционеров при осущест­ влении ими этого права». И. Т. Тарасов обращает внимание на то, что «предъявление по требованию каждого пришедшего акционера всех книг и документов компании и выдача из них выписок или дача объяснений по ним могут сделать всё управление компанией невозможным, отнимая у всех должностных лиц компании всё время на одно только это занятие». Следова­ тельно, «право контроля единичного акционера в указанной форме должно быть ограничено, причем найти эту границу не представляет особых затруд­ нений, если иметь в виду, что в основании этого права лежит исключительно только хозяйственный интерес акционера (курсив наш - С. Р.), заключаю­ щийся в праве получения дивиденда и получения обратно своей доли капита­ ла при ликвидации компании'.

Особенность осуществления корпоративного права на информацию в том, что по смыслу ст. 89 и 91 ФЗ «Об АО» существуют только два основа­ ния отказа в предоставлении копий документов: либо запрошены документы, которые АО предоставлять не обязано, либо с запросом обратилось лицо, не имеющее на это права. Если акционер, в течение относительно непродолжи­ тельного периода времени, запрашивает одни и те же документы, то это го­ ворит о том, что он осуществляет право требования без какого-либо интереса для себя, и только в данном случае его требование может быть квалифициро­ вано как злоупотребление правом. Поскольку сам ФЗ «Об АО» не преду­ сматривает такого основания для отказа в предоставлении копий документов как повторность их запроса, таким основанием может быть ст. 10 Г К РФ. Однако, вопреки мнению Д. В. Гололобова, не может быть признанным злоТарасов И. Т. Учение об акционерных компаниях. М., 2000. С. 444.

^ГололобовД. В. Указ. соч. С. 58, 61.

употреблением правом «получение информации об акционерном обществе», в том числе для её сообщения официальным контролирующим и надзираю­ щим органам для создания у общества отрицательных последствий во взаи­ моотношениях с ними. У акционера есть интерес в том, что бы акционерное общество работало и получало прибыль с соблюдением действующего зако­ нодательства.

В качестве примера правильного применения судом запрета злоупотреб­ ления правом к требованию участника общества о предоставлении копий до­ кументов можно привести следующее дело.

Участник ООО «Фирма «Балтия» А. обратилась в суд с иском к этому обществу и просила обязать ответчика в 10-дневный срок с момента вынесе­ ния решения предоставить А. в лице представителя книгу протоколов общего собрания участников для ознакомления; копии протоколов общих собраний участников за период с 01.01.2005 г. по 28.12.2005 г., удостоверенных в уста­ новленном законом порядке. Исковые требования мотивированы тем, что ис­ тица в лице своих представителей неоднократно обращалась к ответчику с просьбой предоставить указанные выше документы общества, однако требо­ вания истицы до настоящего времени ответчиком не удовлетворены.

Рассматривая иск, суд установил, что:

О истица неоднократно приглашалась в общество для ознакомления с документами, при этом она не представила доказательств уклонения общест­ ва от предоставления ей требуемых документов, т. е. общество действовало разумно и добросовестно, обеспечивая А. возможность осуществления ею прав участника общества.

(2) истица неграмотна и находиться в преклонном возрасте, при этом она восьми лицам выдала доверенности с правом требовать предоставления документов общества, при этом участвовавшие в судебном разбирательстве представители истицы не смогли указать какова цель их ознакомления с до­ кументами общества.

Исходя из этих обстоятельств суд верно, на наш взгляд, квалифицировал требования истицы как злоупотребление правом и в иске отказал'.

5. Злоупотребление правом на созыв внеочередного общего собрания ак­ ционеров.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ФЗ «Об АО» внеочередное общее собрание акционеров проводится по решению совета директоров (наблюдательного совета) общества на основании его собственной инициативы, требования ре­ визионной комиссии (ревизора) общества, аудитора общества, а также ак­ ционеров (акционера), являющихся владельцами не менее чем 10 % голо­ сующих акций общества на дату предъявления требования. Согласно ч. 2 ст.

35 ФЗ «Об ООО» внеочередное общее собрание участников общества созы­ вается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комис­ сии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладаю­ щих в совокупности не менее чем 1/10 от общего числа голосов участников общества.

А. Молотниковым в качестве примера злоупотребления данным правом приводиться ситуация, когда акционер, владевший 71 % акций в течение по­ лугода «с маниакальной настойчивостью» созывал внеочередное общее соб­ рание акционеров с целью принятия решения об изменении структуры управления обществом. Другой акционер, владелец 29 % акций, против этого возражал. Внеочередные собрания акционеров созывались в расчёте на то, что хотя бы на одно из них 29-процентный акционер не явиться, что позволит 71-процентному акционеру самостоятельно принять решение о внесении со­ ответствующих изменений в устав общества^. На распространённость таких ситуаций при созыве внеочередных собраний акционеров указывал О. В. Осипенко: «...гринмейлеры по прежнему используют прессинг, осно­ ванный на подаче нескольких требований ежедневно в течение нескольких ' Постановление Ф А С Московского округа от 31.08.2006 г. № К Г - А 4 0 / 8 1 7 1 - 0 6.

^ Молотников А. Указ. соч. С. 62.

недель»'.

Право требовать созыва внеочередного общего собрания акционеров предназначено для осуществления в ситуации, когда возникает необходи­ мость в неотложном решении вопросов, относящихся к компетенции общего собрания акционеров. Если требования акционеров о проведении внеочеред­ ных собраний содержат вопросы повестки дня, относящиеся к компетенции общего собрания акционеров и при этом такие вопросы, содержащиеся в раз­ личных требованиях не дублируют друг друга, то предъявление таких требо­ ваний, пусть даже многочисленных, не является злоупотреблением правом. В этом случае совет директоров общества может назначать внеочередное об­ щее собрание акционеров, объединив при этом рассмотрение поступающих за определённый период требований на один день. Если же акционеры в те­ чение короткого промежутка времени заявляются требования, уже рассмот­ ренные на созванных ранее внеочередных общих собраниях акционеров (на­ пример, в пределах текущего календарного года), то заявление таких требо­ ваний может быть признано злоупотреблением правом, что даёт основание совету директоров отказать в созыве внеочередного собрания.

6. Соотношение ст. ЮГКРФ и ст. 10 ФЗ «Об ООО».

Согласно ст. 10 ФЗ «Об ООО» участники общества, доли которых в со­ вокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими дейст­ виями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или суще­ ственно её затрудняет. Мы можем согласиться с Д. В. Гололобовым (и отчас­ ти с Н. А. Тузовым) в том, что норма ст. 10 ФЗ «Об ООО - это проявление противодействия злоупотреблению правом^. Вместе с тем необходимо отме­ тить, что действия, указанные в ст. 10 ФЗ «Об ООО», и действия, квалифиОсипенко О. В. Параллельные органы управления акционерного общества в корпо­ р а т и в н ы х конфликтах // Слияния и поглощения. 2003. № 2. С. 60.

^ Гололобов Д. В. Указ. соч. С. 20; Тузов Н. А. Основания и с к л ю ч е н и я участника из общества с ограниченной ответственностью // Законодательство и экономика. 2004. № 8.

С. 42.

цируемые по ч. 1 ст. 10 ГК РФ, могут иметь не только обгцие черты, но и от­ личия. Сходство между этими действиями может проявиться в том, что (1) и те и другие могут состоять в осуп1;ествлении управомоченным лицом своих субъективных прав в разрез с его интересами; (2) обе названные нормы дей­ ствуют на будупцее время, их действие носит характер превентивный, а не восстановительный. Отличие между этими нормами в следующем:

(1) Если диспозиция ст. 10 ФЗ «Об ООО» предусматривает, в том числе бездействие («систематическое уклонение без уважительных причин от уча­ стия в общем собрании участников общества, лигиающее общество возмож­ ности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников»'), то в качестве злоупотребления правом может быть квалифи­ цировано, по общему правилу, только действие по осуществлению права.

(2) Часть диспозиции ст. 10 ФЗ «Об ООО» - «грубое нарушение обязан­ ностей (курсив наш - С. Р.)» в виде злоупотребления выражаться правом не может вообще.

В случае если действия, указанные в ст.

10 ФЗ «Об ООО» квалифици­ руются в указанных нами пределах в качестве злоупотребления правом, то у такого злоупотребления есть следующие особенности:

(1) Последствие действий, указанных в ст. 10 ФЗ «Об ООО» - прекраще­ ние корпоративных прав, а не отказ в их защите, что можно рассматривать как единственный в отечественном праве прямо названный в законе случай прекращения права как последствие злоупотребления им^;

' С м. п.п. «б» п. 17 Постановление Пленумов Верховного и В ы с ш е г о А р б и т р а ж н о г о Судов Р Ф № 90/14 от 9.12.1999 г. «О некоторых вопросах применения ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

^ Н е о б х о д и м о особо отметить, что к случаям л и ш е н и я корпоративного с у б ъ е к т и в н о ­ го права вследствие злоупотребления и м не могут быть отнесены с л е д у ю щ и е случаи:

1. И с к л ю ч е н и е из производственного кооператива, если член кооператива не в ы п о л ­ няет или н е н а д л е ж а щ и м образом выполняет обязанности, возложенные на него уставом кооператива (ч. 2 ст. 22 Федерального закона «О производственных кооперативах» от 08.05.1996 № 4 1 - Ф З (в ред. Ф З от 31.03.2002 г. № 31-ФЗ) // СЗ Р Ф. 1996. № 20. Ст. 2321;

2002. № 12. Ст. 1093).

2. И с к л ю ч е н и е пайщика из потребительского общества в случае н е и с п о л н е н и я им без у в а ж и т е л ь н ы х причин перед обществом своих обязанностей, установленных законом или уставом потребительского общества, либо совершения действий, наносящих у щ е р б (2) Применение общего последствия злоупотребления правом - отказ управомоченному лицу в применении испрашиваемого способа защиты пра­ ва не связан с одновременным возложением каких-либо обязанностей на иное лицо, между тем одно из последствий исключения участника из ООО состоит в возникновении на стороне ООО обязанности по вьшлате исклю­ ченному участнику действительной стоимости его доли (ч. 4 ст. 23 ФЗ «Об ООО»), что аналогично последствиям его добровольного выхода из ООО.

(3) Ответчиком по иску на основании ст. 10 ФЗ «Об ООО» является ли­ цо, злоупотребляющее правом. В данном случае суд удовлетворяет иск по мотиву того, что своим корпоративным правом злоупотребляет ответчик.

Поскольку право требовать в судебном порядке исключения участника из общества по своей природе является корпоративным субъективным пра­ вом, в ряде случаев возможно злоупотребление и этим правом. Так, Перева­ лов С. И., являющийся участником ООО «АвтоРуст», обратился в арбитражI ный суд с иском к другому участнику ООО «АвтоРуст» - Бровкину В. Н. об исключении из состава учредителей ООО «АвтоРуст». Исковое требование обосновано следующим. Бровкин В. Н. не в полном размере внес свой вклад в уставный капитал общества, что является существенным нарушением учре­ дительного договора; кроме того, систематически уклоняется без уважитель­ ных причин от участия на общем собрании участников, что лишает возмож­ ности принимать решения, требующие единогласия всех его участников.

ФАС Северо-Кавказского округа в иске отказал. Суд установил, что неоплаобществу (ч. 3 ст. 13 Федерального закона «О потребительской кооперации (потребитель­ ских обществах, их союзах) в Российской Федерации» от 19.06.1992 № 3085-1 (в ред. ФЗ от 31.03.2002 г. № 31-ФЗ) // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного совета РФ. 1992. № 30. Ст. 1788; СЗ Р Ф. 2002. № 12. Ст. 1093).

3. И с к л ю ч е н и е члена садоводческого, огороднического или д а ч н о г о некоммерческо­ го объединения из состава участников такого объединения за н а р у ш е н и е устава или пра­ вил внутреннего распорядка объединения (ч. 4 ст. 16 Федерального закона «О садоводче­ ских, огороднических и д а ч н ы х некоммерческих объединениях граждан» от 15.04.1998 № 66-ФЗ (в ред. Ф З о т 30.06.2006 № 93-ФЗ) // СЗ Р Ф. 1998. № 16. Ст. 1801; 2006. № 27. Ст.

2881).

Во всех этих случаях речь и д ё т о санкции не за злоупотребление правой, а за неис­ полнение обязанностей, что исключает квалификацию таких д е й с т в и й в качестве зло­ употребления правом.

ченная часть доли составляет незначительную сумму - 1 ООО рублей. При этом в заседании кассационной инстанции ответчик пояснил, что он в со­ стоянии заплатить такую сумму и неоднократно предлагал обществу принять у него денежные средства. Однако сложившуюся ситуацию используют как основание для исключения «неугодного» участника из общества, не допуская возможность устранения нарушения. Указанные действия свидетельствуют о злоупотреблении правом, поэтому не подлежат защите в соответствии со ст.

10 ГК РФ'.

Данное дело является показательной иллюстрацией проявления общно­ сти интереса общества и его участников. Оплата доли производиться обще­ ству, а не его участникам; однако интерес в получении оплаты доли есть у всех участников в целом, поскольку это обстоятельство влияет на размер ус­ тавного капитала общества (ч. 3 ст. 90 ГК РФ). Уклоняясь от принятия опла­ ты, общество действует против интереса своих участников. Однако в качест­ ве злоупотребления правом квалифицированы действия не общества, а уча­ стника общества, осуществляющего право на предъявление требования об исключении другого участника. Таким образом, иск по ст. 10 ФЗ «Об ООО» это иск в защиту общего интереса участников общества, который не может быть реализован по причине поведения одного из участников. В рассмотрен­ ном деле основания для исключения участника создаются другими участни­ ками искусственно, что и послужило правильной, на наш взгляд, квалифика­ ции осуществления права требовать исключения участника как злоупотреб­ ления правом. Как следствие, иск об исключении участника из общества, предъявляемый на основании ст. 10 ФЗ «Об ООО», можно отнести к катего­ рии исков, которые в отечественной науке процессуального права принято именовать косвенными^.

' Постановление Ф А С Северо-Кавказского округа от 8.04.2005 г. № Ф 0 8 - 1 1 9 3 / 2 0 0 5.

^ О к о с в е н н ы х исках см.: Аболонин Г.О. Групповые иски в г р а ж д а н с к о м процессе:

Автореф. д и с. к а н д. юр. наук. Екатеринбург, 1999. С. 10; Метелееа Ю.А. Правовое поло­ жение акционера в акционерном обществе. М., 1999. С. 171 - 176.

–  –  –

Действующее гражданское законодательство не даёт определения де­ нежному обязательству. Одна из последних выдвинутых в науке гражданско­ го права дефиниций гласит: «Денежным следует считать такое обязательство, в котором должник обязуется уплатить в пользу кредитора определённую сумму денег в качестве меры стоимости имущественного блага кредитора»'.

По словам Л. А. Лунца, «возможность всегдашнего полезного использования денег как орудия обращения - их абсолютная хозяйственная полезность приводит к тому, что для лица, пользующегося «чужими деньгами», в осо­ бенности при неправомерности такого пользования, возникает обязанность платить проценты за это пользование»^. Как показывает судебная практика, вопрос о злоупотреблении правом в данных обязательствах возникает имен­ но тогда, когда кредитор, не получив в срок причитающегося ему денежного исполнения от должника, обращается в суд с иском о взыскании долга с на­ числением на него процентов. При рассмотрении данной категории дел су­ дами часто применяются правила ст. 10 ГК РФ.

В связи этим есть смысл про­ анализировать использование судами норм о злоупотреблении правом в трёх наиболее распространённых на практике случаях такого применения:

1. При взыскании процентов как платы за пользование денежными сред­ ствами.

2. При взыскании процентов в ситуации длительного непредъявления кредитором иска о взыскании денежного долга.

3. При взыскании оплаты по договорам, содержащим «валютную ого­ ворку».

1. Применение запрета злоупотребления правом при взыскании процен­ тов как платы за пользование денежными средствами.

' Лавров Д. Г. Д е н е ж н ы е обязательства в российском гражданском праве. СПб., 2001.

С. 30.

^ Лунц Л. А. Д е н ь г и и денежные обязательства / Деньги и д е н е ж н ы е обязательства в гражданском праве. М., 1999. С. 96.

Рассмотрение первого вопроса целесообразно начать с изложения об­ стоятельств трёх судебных дел.

В первом из них коммерческий банк обратился с иском к крестьянскому (фермерскому) хозяйству о взыскании долга и процентов за пользование де­ нежными средствами (ст. 809 ГК РФ) по кредитному договору исходя из 183% годовых за весь период пользования кредитом. ФАС СевероКавказского округа применил ст. 10 ГК РФ и частично отказал истцу в защи­ те его права на получение процентов за пользование кредитом. Суд указал, что исходя из общих принципов гражданского законодательства, меры защи­ ты нарушенного права должны носить компенсационный характер и не могут являться средством обогащения за счёт контрагента по обязательству. Взы­ скивая с хозяйства проценты за пользование кредитом в размере 183 % за пе­ о риод, когда учётная ставка банковского процента неуклонно снижалась и бы­ ла многократно меньше договорной, истец злоупотребляет своим правом на получение процентов по кредиту'.

В другом деле суды первой и апелляционной инстанции отказали банку во взыскании в полном объёме процентов за пользование валютным креди­ том на том основании, что условие заключённого в 1998 г. кредитного дого­ вора об оплате за кредит 38 % годовых является злоупотреблением правом.

Данный вывод мотивирован имеющимся в деле письмом Национального банка Республики Калмыкия, из которого следует, что средняя процентная ставка по валютным кредитам в 1998 г. составляла 23,5 % годовых^.

Наконец, по третьему из рассматриваемых дел суд указал на то, что «ус­ тановление в кредитном договоре необоснованно завышенных процентов [за пользование кредитом - С. Р.] по существу является злоупотреблением пра­ вом, так как потери истца покрываются ставкой рефинансирования ЦБ РФ».

Нри таких обстоятельствах суд применил ст. 10 ГК РФ и взыскал проценты Постановление Ф А С Северо-Кавказского округа № Ф08-575/98.

^ Постановление Ф А С Северо-Кавказского округа от 1.03.2001 г. № Ф08-416/2001 за пользование займом по средней ставке рефинансирования'.

В первом деле истец, по мнению суда, «злоупотребил правом на получе­ ние процентов», во втором и третьем деле в качестве злоупотребления пра­ вом квалифицировано включение в договор условия о чрезмерно высоком размере процентов за пользование кредитом.

Практическая проблема здесь заключается в следующем. В Постановле­ нии Пленумов Верховного и Высшего Арбитражного Судов РФ от 08.10.1998 г. № 13/14 «О практике применения положений ГК РФ о процентах за поль­ зование чужими денежными средствами» (п. 7) разъяснено, что на основании ст. 333 ГК РФ можно уменьшать только проценты, взыскиваемые в качестве санкции за нарушение денежного обязательства. Однако высшие судебные инстанции не дали ответ на вопрос: как быть с процентами, уплачиваемыми за само пользование предоставленными в заем (кредит) денежными средст­ вами (ст. 809 ГК РФ)? Если суд сочтёт их «чрезмерно высокими», то на осно­ вании какой нормы он может их уменьшить? Поэтому по всем трём выше­ приведённым делам суды при уменьшении названных процентов руково­ дствовались ст. 10 ГК РФ.

Такая позиция нуждается в осмыслении и оценке: насколько подобное применение запрета злоупотребления правом соответствует правовой приро­ де и назначению данного института?

Оценивая доводы судов о наличии в действиях истцов злоупотребления правом, необходимо учесть, что их интерес как коммерческих организаций состоит в получении прибыли от хозяйственной деятельности (за исключе­ нием случаев, когда коммерческая организация получает денежные средства от ведения деятельности, не являющейся предпринимательской), и как след­ ствие, у них всегда есть интерес в получении денег^. Данный интерес охраня­ ется законом (ч. 1 ст. 2 и ч. 1 ст. 50 ГК РФ). Следовательно, действия, на

–  –  –

правленные на осуществление права взыскания процентов по договору зай­ ма, не могут признаваться злоупотреблением правом.

Сомнительна, на наги взгляд, оценка в качестве злоупотребления дейст­ вий по «установлению в договоре размера процентов за пользование зай­ мом». В соответствии с ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица сво­ бодны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в оп­ ределении любых не противоречащих законодательству условий договора. У заимодавца (банка-кредитора) нет юридической и фактический возможности в одностороннем порядке определять условие договора о размере процентов за пользование займом (кредитом)'. Заёмщик, принимая сумму займа (креди­ та) на предусмотренных договором условиях, соглашается тем самым с раз­ мером процентов за пользование займом (кредитом). Даже если признать та­ кой заем договором присоединения, в котором условие о процентах с заём­ щиком не согласовывается, то последний, для защиты своих интересов, мо­ жет оспорить размер процентов по основаниям, предусмотренным в ч. 2 и 3 ст. 428 ГК РФ или ст. 451 ГК РФ, путём предъявления иска о расторжении или изменении договора, что ни в одном из рассматриваемых случаев сдела­ но не было.

В качестве примера иска об изменении ставки процентов можно привес­ ти следующее судебное дело. Василеостровский районный суд г. СанктПетербурга решением от 08.08.2003 г., оставленным в силе кассационной ин­ станцией, удовлетворил иск АКБ «Сберегательный банк РФ» к одному из своих вкладчиков о расторжении договора банковского вклада, предусматри­ вавшего уплату 5 % годовых ежемесячно в связи с существенным изменени­ ем обстоятельств. Суд пришел к выводу, что вследствие изменения фицансоВ судебной практике данное обстоятельство расценивается как и м е ю щ е е ю р и д и ч е ­ ское значение д л я квалификации злоупотребления правом. По одному из дел суд указал, что факт н а л и ч и я в договоре займа условия о ежемесячном проценте за пользование кре­ дитом в размере 5% нельзя отнести к действиям кредитора, н а п р а в л е н н ы м на п р и ч и н е н и е вреда должнику, «поскольку в материалах д е л а отсутствуют доказательства, свидетельст­ в у ю щ и е о в к л ю ч е н и и в договор этого условия по настоянию предпринимателя / С м. : П о ­ становление Ф А С Северо-Кавказского округа от 20.06.2006 г. № Ф08-2680/2006.

во-экономической ситуации в стране, снижения ставки рефинансирования с 180 % годовых на момент заключения договора до 18 % годовых на момент обращения банка с данным иском последний несет существенные убытки, которые при заключении договора он предвидеть не мог, поскольку исходил из возможности в будущем изменять размер процентной ставки в соответст­ вии с изменениями ставки рефинансирования. Верховный Суд РФ, подтвер­ див правильность вывода суда первой инстанции о том, что с признанием не­ действительным условия об одностороннем изменении процентной ставки существенно изменились обстоятельства, из которых стороны исходили при заключении договора, определением от 23.02.2004 г. отказал в истребовании данного дела для передачи его на рассмотрение в суд надзорной инстанции'.

Вызывает сомнение и обоснованность квалификации действий истца как злоупотребления правом по мотиву того, что «учётная ставка банковского процента неуклонно снижалась». Данная ставка утверждается Центральным банком РФ, который, однако, не определяет процентные ставки по кредитам, выдаваемым коммерческими банками. В обсуждаемой ситуации можно гово­ рить о нарушении судом принципа недопустимости произвольного вмеша­ тельства кого-либо в частные дела (ч. 1 ст. 1 ГК РФ). Если, по мнению суда, взысканием этих процентов должнику причиняется вред, то есть основания обсудить применение ч. 3 ст. 1064 ГК РФ, согласно которой в возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственных принципов общест­ ва.

Очевидно, что кредитные договора заключаются только с согласия за­ ёмщика. Можно ли вести речь о том, что осуществление права на взыскание процентов за пользование кредитом, если таковое приведёт, допустим, к ра­ зорению, должника, нарушает нравственные принципы общества?

–  –  –

Ввиду особого значения этого момента необходимо остановиться на нём подробнее. Нравственное чувство, включающее твёрдое понимание нравст­ венных принципов общества, присуще каждому судье как человеку и граж­ данину. Возможно, что в подобного рода постановлениях сказывается гос­ подствующая в обществе (и не только российском) отрицательная моральная оценка ростовщичества: «С точки зрения нравственной, высшее историче­ ское выражение которой мы находим в христианской религии, всякая ссуда денег со взиманием особой платы за самый факт ссуды, есть дело предосуди­ тельное - грех ростовщичества (рессаШт изипае), и юридическое понятие за­ конного процента не входит в круг идей нравственных»'. По мнению С. А.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
Похожие работы:

«Огород и сад с нуля Огород и сад для новичков Галина Кизима 365 секретов разумно ленивого огородника и садовода Издательство АСТ Москва УДК 635.9 ББК 42.36 К38 Все права защищены. Ни одна часть данного издания не может быть воспроизве...»

«ОГЛАВЛЕНИЕ ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1. ЦЕЛИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И ФУНКЦИИ ФОНДА 2. ЮРИДИЧЕСКИЙ СТАТУС ФОНДА.ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ ФОНДА 3. УСТАВНЫЙ КАПИТАЛ ФОНДА 4. АКЦИИ ФОНДА. ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ АКЦИОНЕРОВ 5. ИМУЩЕСТВО И ФОНДЫ ФОНДА 6. РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПРИБЫЛИ ФОНДА 7. ДИВИДЕНДЫ...»

«А. С. Есина, Е. Н. Арестава ДОЗНАНИЕ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ А. С. Есина, Е. Н. Арестава ДОЗНАНИЕ В ОРГАНАХ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ Учебно-практическое пособие _ _ Под редакцией кандидата юридических наук, доцента А.С. Есиной r \ \ •ПРО...»

«МСПМД (IMAS) 07.42 Первое издание (1 октября 2001 года) МСПМД (IMAS) 07.42 Первое издание 1 октября 2001 года с учетом внесенных поправок № 1 и № 2 Мониторинг программ по уничтожению запасов Начальник Службы Организации Объединенных Наций по вопросам противоминной деятельности (ЮНМАС) 2 United Nations Plaza, DC2-0650 New York,...»

«Power Log PC Application Software Руководство пользователя May 2007 Rev. 1, 5/08 (Russian) © 2007-2008 Fluke Corporation. All rights reserved. Specifications are subject to change without notice. All product names are trademarks of their respective companies. Fluke Corporation FLUKE Power Log Software Лицензионное соглашени...»

«ГОДОВОЙ ПЛАН бюджетного дошкольного образовательного учреждения города Омска "Детский сад №266 общеразвивающего вида" на 2016-2017 учебный год 1. Общая характеристика образовательного учреждения бюджетного дошкольного образовательного учреждения города Омска "Детский сад №266 общеразв...»

«Лазерный принтер Phaser® 5500 Специальная бумага Данная глава содержит следующие разделы: Буклеты в два сложения на стр. 2-62 Водоотталкивающая бумага на стр. 2-65 Самокопирующая бумага на стр. 2-67 Буклеты в два сложения Буклеты в два сложения мож...»

«Искалиев Равиль Гарифуллаевич УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СОКРЫТИЕ ДЕНЕЖНЫХ СРЕДСТВ И ИМУЩЕСТВА, ЗА СЧЕТ КОТОРЫХ ДОЛЖНО ПРОИЗВОДИТЬСЯ ВЗЫСКАНИЕ НАЛОГОВ И СБОРОВ 12.00.08 — уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право ДИССЕРТАЦИЯ на соискание у...»

«Область применения и нормативные ссылки 1. Настоящая программа учебной дисциплины устанавливает минимальные требования к знаниям и умениям студента и определяет содержание и виды учебных занятий и к...»

«БиБлиотека альманаха "СлоВеСноСть" Книжная серия "Визитная карточка литератора" Владимир НОВИКОВ Хозяйка Красного Рога или SOFIA II СОЮЗ ЛИТЕРАТОРОВ РОССИИ МОСКВА Вест-Консалтинг Новиков_indd.indd 1 12.08.2009 1:43:34 В. И. Новиков. Хозяйка Крас...»

«Система правовой защиты и помощи штата Калифорния Программы содействия/поощрения занятости в рамках раздела XVI –SSI Март 2016 г., Вып. #5523.07 Что произойдет с моим дополнитель...»

«УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Том 156, кн. 4 Гуманитарные науки 2014 УДК 347.4 О НЕОБХОДИМОСТИ ОБЯЗАТЕЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ОТДЕЛЬНЫХ СУБЪЕКТОВ В ОБЛАСТИ СПОРТА А.В. Ерофеев Аннотация Статья посвящена одной из...»

«FIDH Международная Федерация за Права Человека Правозащитный центр "Весна" Положение политических заключенных в Беларуси критическое, свобода 33 активистов серьезно ограничена Октябрь 2013 г. Несмотря на то, что 14 февраля 2013 года заместитель генпрокурора Беларуси Алексей Стук заявил на пресс-конференции...»

«Easy, Reliable & Secure Wi-Fi-маршрутизатор N150 (N150R) Товарные знаки Бренды или названия продуктов являются товарными знаками или зарегистрированными товарными знаками соответствующих владельцев. Информация может быть изменена без предварительного уве...»

«ИНСТИТУТ СОЦИАЛЬНЫХ И ГУМАНИТАРНЫХ ЗНАНИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ КАФЕДРА ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА И ПРОЦЕССА 0109.03.01 Гарипов Р.Ф. НОТАРИАТ УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ для студентов юридического факультета 4-е издание, пересмотренное Казань УДК 347.961 ББК...»

«InfoWatch EndPoint Security Руководство пользователя © ЗАО “ИнфоВотч” Тел. +7 (495) 229-00-22 • Факс +7 (495) 229-00-22 http://www.InfoWatch.ru Дата редакции: Февраль 2014 года InfoWatch EndPoint Security Все права защищены. Данный документ охраняется авторским правом. Любое другое использование, в ч...»

«ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СПОРТА В АВСТРАЛИИ: ПРОБЛЕМЫ БОРЬБЫ С НАСИЛИЕМ С.В. Ботнев Международный институт государственной службы и управления Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ просп. Вернадского, 84, Москва...»

«Н.И. Завьялов, музыкальный руководитель группы звонарей Храма Христа Спасителя, г. Москва В ПОМОЩЬ ЗВОНАРЮ ОБ УСТАВНЫХ ЗВОНАХ За время молчания колоколен почти забыт порядок и традиции церковных звонов. При попытке восстановить основной порядок звонов по Типикону главной...»

«Министерство молодежной политики и спорта Республики Башкортостан СБОРНИК ПРОЕКТОВ (ПРОГРАММ) ПО ПРОФИЛАКТИКЕ ПРАВОНАРУШЕНИЙ В МОЛОДЕЖНОЙ СРЕДЕ Уфа – 2014 ББК 88.5 С 33 Редакционная коллегия: А.И.Иванюта – министр молодежной политики и спорта Республик...»

«ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА к бухгалтерской отчетности ОАО "Красцветмет" за 2008 год 1. Основные сведения об организации и ее собственниках Общие сведения 1.1 Полное фирменное наименование организации: Открытое акционерное общество "Красноярский завод цветных металлов имени В.Н....»

«Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 14 декабря 2005 г. N 785 О порядке отпуска лекарственных средств Зарегистрировано в Минюсте РФ 16 января 2006 г. Регистрационный N 7353 Приложение 1.1...»

«УТВЕРЖДАЮ Генеральный директор ООО "ПИК-Комфорт" Р.Н. Кудрявцев ОТЧЁТ О ПРОДЕЛАННОЙ РАБОТЕ В 2013 ГОДУ ПО УЛ.БЕЛКИНСКАЯ Д №6 Г. ОБНИНСК. г. Обнинск 2013 г.1. Основание, цели и задачи, основные нормативные и правовые документы Выполнен...»

«ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ УДК 347.934 Голова Светлана Ивановна Golova Svetlana Ivanovna преподаватель кафедры предварительного Lecturer, Preliminary Investigation Subdepartment, расследования Krasnodar University of Краснодарского университета МВД России the Ministry of Internal Affairs of Russia ПО...»

«АО ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ДЕПОЗИТАРИЙ ЦЕННЫХ БУМАГ Утверждено решением Совета директоров АО Центральный депозитарий ценных бумаг (протокол заседания от 29 июля 2011 года № 5) Введено в действие с 05 се...»

«Мирзоахмедов Фирдавс Ахмадович УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ТЕРРОРИЗМ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РЕСПУБЛИКИ ТАДЖИКИСТАН И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ) Спец...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 28.02.2014, 8/28132 ПОСТАНОВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ПО СТАНДАРТИЗАЦИИ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 28 октября 2013 г. № 55 Об утверждении, введении в действие, отмене и внесении изменений в о...»

«ТАБЛИЦА АДМИНИСТРАТИВНЫХ ШТРАФОВ ЗА НАРУШЕНИЕ ПРАВИЛ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ РФ 2017 год Выдержки из Кодекса об административных правонарушениях КоАП РФ (текст по состоянию на 24.01.2017 г.) Правонарушение Наказание Статья Управление транспортным средством (далее по т...»








 
2017 www.net.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.