WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ЭКСТРЕМИЗМУ) В РОССИИ (СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВОЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ) ...»

-- [ Страница 3 ] --

Итак, УК РФ выделяет две разновидности указанного мотива: мотив ненависти и мотив вражды. В целом эти мотивы ненависти или вражды предполагают стойкую неприязнь и (или) нетерпимое отношение, испытываемые лицом к другим гражданам, их группам вследствие несогласия с их взглядами, убеждениями, принципами, по причине их принадлежности к той или иной политической партии или общественному движению, либо вследствие принадлежности других лиц (или групп лиц) к определенным расе, национальности, конфессии, религиозному объединению или вследствие отсутствия у других лиц какого-либо вероисповедания.

В словарях русского языка «ненависть» определяется как «чувство сильной вражды и отвращения»140, «отвращение, омерзенье; зложелательство, сильная нелюбовь, вражда, злонамеренность»141; «вражда» – как «отношения и действия, проникнутые неприязнью, ненавистью»142, «неприязнь, несогласия, зложелательство»143. Таким образом, в словаре С.И. Ожегова ненависть и вражда рассматриваются как однопорядковые и взаимозаменяемые понятия144, однако нам представляется, что для целей уголовного закона их необходимо различать. В соответствии со сложившимся в науке уголовного права пониманием ненависти и вражды последняя представляет собой внешние практические (конфликтные, деструктивные) действия, тогда как первая представляет собой основу вражды без конкретных действий145. При этом конкретному преступному проявлению ненависти или вражды может предшествовать затянувшийся открытый конфликт между виновным и потерпевшей стороной (как данным потерпевшим, так и той социальной, национальной, религиозной группой, к которой он принадлежит), однако не исключается и то, что конкретное преступление стало первым проявлением мотива ненависти или вражды.



Уголовный закон допускает наличие пяти разновидностей мотива ненависти или вражды: политической, идеологической, расовой, национальной, религиозной ненависти или вражды, а также мотив ненависти или вражды в Ожегов С.И. Словарь русского языка / под общ. ред. Л.И. Скворцова. 24-е изд., испр. М., 2005. С. 396.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 т. Т. 2: И–О. М.,

2005. С. 523.

Ожегов С.И. Словарь русского языка. С. 101.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 т. Т. 1: А–З. М.,

2005. С. 259.

См.: Полный курс уголовного права / под ред. А.И. Коробеева. Т. II: Преступления против личности. С. 227; Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах.

СПб., 2003. С. 886.

См.: Борисов С. Сущность преступлений экстремистской направленности // Мировой судья. 2009. № 4. С. 9–12; Кабанов П.А. Политическая ненависть или вражда как мотив преступления // Российская юстиция. 2008. № 3. С. 34.

отношении какой-либо социальной группы. Необходимо отметить, что данные разновидности не только имеют частично пересекающееся содержание, но и часто сочетаются на практике (как свидетельствуют приведенные в приложении данные опроса (вопрос 11)), и это требует корректного их определения.

Политическая ненависть (вражда) связаны с неприятием чужих для виновного политических взглядов на проведение государственной внешней или внутренней политики и соответствующей деятельности по воплощению этих взглядов в жизнь в виде участия в работе политической партии или общественного объединения, в выборах и референдуме в качестве избирателя (участника референдума) или кандидата, в работе органов государственной власти и органов местного самоуправления. Политическая ненависть (вражда) не обязательно связаны с активной политической деятельностью потерпевшего; потерпевшими от преступления могут оказаться простые носители политических взглядов.





Политическая ненависть (вражда) носит, как правило, персонифицированный характер, т.е. преступление совершается в отношении индивидуально определенного лица. В этой связи необходимо провести отграничение от п. «б» ч. 2 ст. 105 и ст. 277 УК РФ, предполагающих особые мотив и цель совершения преступления и особый статус потерпевшего. По нашему мнению, в случае, если потерпевшим является государственный или общественный деятель, а деяние совершается в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность, то содеянное квалифицируется по ст. 277 УК РФ. При убийстве по указанному мотиву (цели) близких государственного или общественного деятеля применению подлежит п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в отношении близких государственного или общественного деятеля, обладающего определенным служебным положением) или п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в отношении близких всех государственных или общественных деятелей). Убийство лица, не являющегося государственным или общественным деятелем, или его близких, но занимающего определенное служебное положение, при наличии указанных в законе мотива или цели убийства квалифицируется по п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Наконец, во всех иных ситуациях вменению подлежит п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Следует согласиться с тем, что «политическая ненависть или вражда могут проявляться не только к внешним политическим противникам, придерживающимся противоположных политических взглядов, но и внутренним политическим оппонентам, существующим внутри политических партий в борьбе за партийное лидерство или партийные ресурсы»146.

Идеологическая ненависть (вражда) отчасти включает в себя политическую и социальную ненависть (вражду), однако имеет при этом более широкое наполнение, сводясь в целом к неприятию иной системы взглядов и идей, мировоззрения147. Идеологическая ненависть (вражда) (в отличие от политической) носит более абстрактный, неперсональный характер, хотя преступные действия совершаются, как правило, в отношении индивидуально определенных лиц.

Одним из недавних примеров квалификации преступления как совершенного по мотиву идеологической ненависти и вражды может служить дело об убийстве адвоката М. и журналистки Б., по которому Московским городским судом 6 мая 2011 г. был постановлен обвинительный приговор. Т. и Х.

были признаны виновными, среди прочего, по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Преступление осужденные совершили по мотиву идеологической ненависти и вражды в связи с активным участием М. в антифашистском движении и осуществлением им профессиональной деятельности по защите лиц, придерживающихся антифашистской идеологии.

Расовая и национальная ненависть (вражда) связаны с неприятием иной расы (европеоидной, негроидной или монголоидной) или национальноКабанов П.А. Указ. соч. С. 35.

См.: Сысоев А.М. К вопросу обоснованности криминализации деяний, мотивированных ненавистью или враждой // Уголовное право: истоки, реалии, переход к устойчивому развитию: мат. VI Росс. конгр. уголов. права (26–27 мая 2011 г.). М., 2011. С. 367.

сти, отношением к ним как неполноценным по сравнению с расой (национальностью) виновного. В соответствии со словарем С.И. Ожегова нация – это «исторически сложившаяся устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры»148.

О.Д. Ситковская определяет расовую, национальную и религиозную ненависть или вражду как «личностное отношение субъекта к представителям иной расы, национальности (этноса), религии (конфессии), содержанием которого является неприятие ценностей соответствующей группы как имеющей право на существование наряду с его собственными; негативная оценка образа жизни, традиций, обычаев этой группы как чуждых нормальному человеческому общению или даже бесчеловечных, изуверских; уверенность, что беды и несчастья собственного этноса или конфессии вызваны происками этой группы и что она и в настоящий момент является враждебной. Это личностное отношение базируется на формировании и подкреплении соответствующих этических стереотипов, переносе фактических наблюдений за отдельными представителями этноса или конфессии на целостность и, наоборот, автоматическом переносе домыслов о действиях и намерениях этого этноса или конфессии на любых их представителей. Это отношение исходит из ощущения превосходства группы, к которой принадлежит данное лицо, и неполноценности этносов и групп, на которые направлена вражда»149.

Религиозная ненависть (вражда) – это неприятие лиц иного вероисповедания (религии), связанных с иным вероисповеданием (религией) объектов и предметов (культовых зданий и сооружений, иных мест и объектов, специально предназначенных для богослужений, молитвенных и религиозных собраний, мест религиозного почитания (паломничества); религиозной литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов и иных предметов религиозного назначения). Разновидностью такой ненависти (вражды) являются ненависть Ожегов С.И. Словарь русского языка. С. 387.

Ситковская О.Д. Уголовный кодекс Российской Федерации: психологический комментарий. М., 2010. С. 97.

(вражда) религиозного человека к атеисту и наоборот, поскольку российское законодательство гарантирует каждому право не исповедовать никакой религии (п. 1 ст. 3 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. № 125–ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях»150). Следует огласиться с подходом судебной практики в том, что возможно вменение мотива религиозной ненависти (вражды) в случае совершения преступления в отношении представителей той же самой религии, что исповедует виновный, если потерпевшие, по мнению виновного, «отклонились» от религиозных догматов, «впали в ересь» и т.п. (именно к этому выводу пришла Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в определении от 12 октября 2007 г.

№ 19-О07-35МВ по делу К.151).

Достаточно сложный вопрос при квалификации преступления по данному мотиву связан с определением религии как таковой. Действительно, если не возникает сложностей при посягательствах на общеизвестные религиозные системы, такие как христианство, ислам, буддизм, иудаизм, то какие критерии могут быть для отнесения к религии малоизвестных течений религиозного характера? В соответствии со ст. 6 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» религия предполагает несколько конститутивных признаков: а) вероисповедание (определяемое в словаре русского языка С.И. Ожегова как религия, т.е. «совокупность представлений, покоящихся на вере в чудодейственные сверхъестественные силы и существа (боги, духи), к-рые являются предметом поклонения»152); б) совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний; в) миссионерская деятельность, т.е. обучение религии и религиозное воспитание последователей. Религия исповедуется на добровольной основе гражданами Российской Федерации, иными лицами, постоянно и на законных основаниях проживающими на территории Российской Федерации, которые объединяются в целях совместного исповедания и распространения веры.

Собрание законодательства РФ. 1997. № 39. Ст. 4465.

Решение не опубликовано; приводится с сайта Верховного Суда РФ.

Ожегов С.И. Словарь русского языка. С. 665.

При квалификации преступления не имеет значения то обстоятельство, что религиозное объединение не отвечает юридическим критериям религиозной группы или организации, установленным главой II Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» (таким, в частности, как уведомительная регистрация в органах местного самоуправления), поскольку эти критерии не влияют на содержание мотива совершения преступления.

По практически общепринятому мнению в науке уголовного права наиболее сложным для определения является мотив ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. Социальная группа представляет собой объединение людей, имеющих общий значимый социальный критерий (признак), основанный на их социальном положении, участии в некоторой деятельности, связанной с системой отношений, которые регулируются формальными или неформальными социальными институтами. Такая группа должна иметь четкое обособление в структуре общества по значимому для общества признаку (например, пол, сексуальная ориентация, возраст, профессия (журналисты, военнослужащие, полицейские и т.д.), вид деятельности (правозащитники), имущественное, должностное положение, политический, брачно-семейный статус, уровень образования, образ жизни, культура и язык, место жительства или происхождения, а также сочетание указанных признаков). Вместе с тем к таким признакам не следует относить те, которые придают группе асоциальный характер (например, участие в экстремистских и иных запрещенных организациях, в преступных группах и т.д.). Спорным также является отнесение к социальным группам профессиональных групп, хотя судебная практика придерживается этой позиции.

При этом человек может одновременно принадлежать к нескольким социальным группам в зависимости от той или иной стороны его жизни.

Социальные группы могут быть как крупными, т.е. выделяться в структуре всего общества в целом (например, возрастные группы, профессиональные сообщества, социальные слои), так и нет (например, объединения работников конкретного предприятия, территориальные общности жителей конкретной местности). При этом следует отметить, что уголовный закон, исходя из принципов равенства, в равной мере должен защищать как крупные, так и малочисленные социальные группы; поэтому, например, ошибочно суждение А.М. Сысоева о том, что если охрана лиц гомосексуальной ориентации охватывается рассматриваемыми составами преступлениями, то «охрана от преступных посягательств в отношении лиц гетеросексуальной направленности не является приоритетом»153: представители и той, и другой социальной группы в равной мере защищаются уголовным законом, и в отношении всех них может быть совершено преступление по мотиву ненависти или вражды к социальной группе.

Виновный, действуя по мотиву ненависти (вражды) к конкретной социальной группе, должен, таким образом, испытывать ненависть (вражду) к конкретному общему социальному значимому признаку такой группы.

Неопределенность этого мотива, уже неоднократно отмечавшаяся в литературе, ведет к странным предлагающимся в науке уголовного права примерам, когда, например, кража, исходя из более высокого уровня доходов потерпевшего, может считаться совершенной по мотиву вражды в отношении социальной группы154. С такого рода подходом нельзя согласиться; экстремистский мотив, исходя из того понимания экстремизма, которое было предложено в главе 1 настоящего исследования, предполагает стремление нанести вред социальной группе (ее представителям), ослабить или уничтожить ее.

Установление в действиях лица соответствующей разновидности мотива ненависти (вражды) предполагает, что сформировавшееся на почве ненависти или вражды побуждение вызвало у лица решимость совершить престуСысоев А.М. К вопросу обоснованности криминализации деяний, мотивированных ненавистью или враждой. С. 371.

См., напр.: Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: лекции по спецкурсу. М., 2007. С. 41; Сысоев А.М. О сущности «экстремистских» мотивов в отечественном уголовном законодательстве // История государства и права. 2009. № 1. С. 31–34;

Егорова Н. К вопросу о новых мотивах совершения преступлений // Уголовное право.

2008. № 1. С. 41–44.

пление и проявилось в нем. Ненависть или вражда, таким образом, возникают до совершения преступления, становятся его причиной, проявляются затем вовне в реальном совершении преступления, становясь в таком преступлении главным, доминирующим побуждением. Соответственно, квалификация по мотиву ненависти или вражды возможна только в том случае, когда ненависть или вражда являлись доминирующим мотивом преступления, а не внешне присутствовали в преступлении, совершенном на почве личных неприязненных отношений или из хулиганских побуждений. Например, бытовой конфликт, возникший между соседями, в ходе которого один назвал другого «чуркой» или иным оскорбительным высказыванием, нельзя рассматривать как возникший на почве национальной вражды. В подобных случаях, осложненных видимым наличием нескольких мотивов, следует устанавливать тот, который стал реальной и истинной побудительной силой к совершению преступления: квалификация в таком случае, как правильно отмечает А.И. Рарог, «определяется тем мотивом, в пользу которого избран волевой акт и принято решение»155.

В этой связи интересно определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ по делу Б., осужденного по пп. «а», «е», «ж», «з», «л» ч. 2 ст. 105, ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 205 УК РФ. Судебная коллегия, исключив из приговора осуждение Б. по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, обратила внимание на следующее. Как установлено совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, на территории Карачаево-Черкесской Республики было создано и существовало преступное сообщество, состоящее из религиозно-военизированных объединений – ваххабитских джамаатов (джамаат – обычно означает территориальную единицу у народов Северного Кавказа, о ваххабизме будет подробно сказано в других разделах работы), т.е. из автономных устойчивых групп как структурных подразделений. Данная преступная организация имела своей целью совершение тяжких и особо тяжких преРарог А.И. Квалификация преступлений по субъективным признакам. СПб.,

2001. С. 203.

ступлений и совершала эти преступления. Она отличалась большим и стабильным составом членов, высокой степенью организации и сплоченности, четким распределением ролей, имела ярко выраженных лидеров – «духовных наставников», авторитет которых был непререкаем, чьи приказы выполнялись фактически беспрекословно, достаточно высоко и стабильно финансировалась. Б. принимал непосредственное и активное участие в преступной организации, выполняя роль, отведенную ему руководителями сообщества. В результате террористических актов в городах Минеральные Воды и АдыгеХабль, совершенных преступным сообществом, активным членом которого являлся Б., погибло 27 человек. В связи с тем, что основным мотивом преступных действий Б., как это установлено судом, была религиозная ненависть, осуждение Б. за убийство из корыстных побуждений Судебная коллегия сочла излишним и подлежащим исключению из приговора156.

Виновный, действующий по мотиву ненависти или вражды, может преследовать несколько различающихся по своему содержанию целей. Вопервых, он может действовать с целью спровоцировать дальнейший открытый конфликт между представителями различных политических, идеологических, религиозных, социальных групп, рас или национальностей. Вовторых, его цель может сводиться к мести за переход потерпевшего из одной политической, идеологической, религиозной, социальной группы в другую (очевидно, что эта цель невозможна применительно к расе или национальности). В-третьих, его цель может быть «искренней» целью искоренения или ослабления иного; преступление в таких случаях может совершаться как спонтанно, так и в ходе массовых столкновений различных групп157.

Необходимо отметить, что совершение преступления по мотиву ненависти или вражды необязательно сопряжено с персональной идентификацией потерпевшего, которым может оказаться и в принципе совершенно незнакомый виновному, но «чужой» для него человек. Персонификация потерпевшеСм.: Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2005 год // СПС «КонсультантПлюс».

См.: Полный курс уголовного права. Т. II. С. 228; Попов А.Н. Указ. соч. С. 887.

го, как уже было сказано ранее, в основном присуща совершению преступления по мотивам политической ненависти или вражды, хотя необязательна и в этом случае.

Следует также отличать мотив ненависти (вражды) от хулиганских побуждений, с которыми также могут совершаться рассматриваемые преступления. В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» «по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ следует квалифицировать убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение (например, умышленное причинение смерти без видимого повода или с использованием незначительного повода как предлога для убийства)». В отличие от мотива ненависти (вражды), действуя в соответствии с которым виновный стремится уничтожить или унизить чуждые ему взгляды, убеждения, отличающихся от него потерпевших, хулиганские побуждения предполагают прежде всего противопоставление виновным себя обществу в целом, не делимому им по политическим, идеологическим, религиозным, расовым, национальным, социальным признакам. Одновременно и хулиганские побуждения, и мотив ненависти (вражды) вменяться виновному не могут, и выбор при квалификации должен быть сделан в пользу доминирующего мотива.

Интерес в этой связи представляет определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26 мая 2010 г. по делу № 78-О10сп в отношении М., осужденного, среди прочего, по ч. 3 ст. 30, п. «и», «л»

ч. 2 ст. 105 УК РФ. Как указала кассационная инстанция, мотивом, побудившим М. нанести потерпевшему удары ножом, явилась ненависть, и его действия были правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Вместе с тем квалификация его действий по ч. 3 ст. 30, п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ является излишней; совершение М. действий, направленных на лишение жизни потерпевшего, в общественном месте, на что сослался суд, не относится к характеристике субъективной стороны преступления, а потому не является основанием для квалификации его действий по признаку хулиганских побуждений158.

Таким образом, установление экстремистских мотивов совершения деяния позволяет относить конкретные «общеуголовные» преступления к категории проявлений экстремистской деятельности. Отметим, что во многих случаях преступления, квалифицированные наличием экстремистских мотивов, совершаются в совокупности с деяниями, ответственность за совершение которых предусмотрена ст. 280, 282, 2821, 2822 УК РФ, поскольку являются уже непосредственно проявлениями сложившихся экстремистских взглядов и убеждений, средством для распространения таких взглядов и убеждений.

В завершение отметим, что уголовное законодательство обязано запрещать деятельность, направленную на совершение преступлений не только по мотивам ненависти или вражды, но и розни на идеологической, политической, расовой, национальной, социальной или религиозной почве как менее выраженного, но тем не менее достаточно негативного отношения (с чем согласилось 83% опрошенных специалистов). В УК РСФСР 1926 г. (ст. 597) и 1960 г. (ст. 74 в редакции 1995 г.) данное обстоятельство учитывалось, а в настоящее время Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» в определении понятия «экстремистская деятельность (экстремизм)» прямо использует термин «рознь» (возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни). Соответственно, при формулировании экстремистских мотивов необходимо использовать мотив розни. Соответствующие изменения следует внести в п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ, изложив его в следующей редакции: «е) совершение преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти, вражды или розни либо по мотивам ненависти, вражды или розни в отРешение не опубликовано; приводится с сайта Верховного Суда РФ.

ношении какой-либо социальной группы;», а также в те статьи Особенной части УК РФ, где содержится аналогичный квалифицирующий признак состава преступления (с чем согласилось 85,3% опрошенных нами сотрудников правоохранительных органов).

§ 3. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ст. 280 УК РФ) Общественная опасность данного преступления состоит в том, что это деяние способно существенно дестабилизировать социально-политическую обстановку в стране, нарушить общественное спокойствие, вызвать угрозу национальной безопасности государства.

Непосредственным объектом данного преступления выступают отношения, связанные с конституционным запретом экстремистской деятельности159.

С объективной стороны преступление, предусмотренное ст. 280 УК РФ, характеризуется совершением активных действий, выражающихся в публичных призывах к осуществлению экстремистской деятельности, т.е.

призывах к осуществлению действий, указанных в ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». Следует согласиться с высказываемой в литературе точкой зрения, согласно которой разновидностью преступного деяния могут являться также призывы, содержащие оправдание или обоснование экстремистской деятельности160.

Этимологически призыв – это политический лозунг, обращение, в лаконичной форме выражающее руководящую политическую идею, требование161. Представляется, что призыв – это воздействие на сознание, волю и поСм.: Полный курс уголовного права / под ред. А.И. Коробеева. Т. V: Преступления против государственной власти. Преступления против военной службы. Преступления против мира и безопасности человечества. Международное уголовное право. С. 55.

См.: Галяшина Е.И. Судебная экспертиза вербальных проявлений экстремизма:

правовые и методические проблемы // Эксперт-криминалист. 2009. № 2. С. 14–16.

См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 2003.

С. 591.

ведение людей с целью побудить их к совершению соответствующих действий или воздержанию от определенных действий. Следует отметить, что провозглашаемые обращения к совершению экстремистских действий далеко не всегда выражаются в лаконичной форме. Нередко в процессе призывов к осуществлению экстремистской деятельности объявляется целая программа действий определенных сил, партий, движений.

Под действием в контексте данной нормы следует понимать любой целенаправленный акт внешней деятельности, включая речевое изложение мысли и иные формы передачи информации языковыми или изобразительными средствами, в том числе с использованием технических средств, в котором выражено стремление оказать воздействие на сознание, волю и поведение людей с целью побудить их к совершению определенных действий или воздержанию от таковых. Такими действиями могут являться использование публичных высказываний, печатных изданий, иных средств массовой информации (радио, телевидение) для передачи устных, письменных, аудиовизуальных сообщений, имеющих соответствующую направленность.

Призывы должны носить не абстрактный, а достаточно конкретный характер и побуждать именно к осуществлению экстремистской деятельности, а не, например, к массовым беспорядкам. При этом лица, публично призывающие к осуществлению ряда форм экстремистской деятельности, например, к осуществлению террористической деятельности, должны нести ответственность по ст. 2052 УК РФ. За призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти, к массовым беспорядкам и к насилию над гражданами наступает ответственность по ч. 3 ст. 212 УК РФ.

Несмотря на то, что объективная сторона ч. 1 ст. 280 УК РФ выражается в публичных призывах к осуществлению экстремистской деятельности, мы полагаем, что призыв может иметь место и к совершению лишь одного из перечисленных деяний, составляющих это понятие. Несмотря на направленность призывов «к осуществлению экстремистской деятельности», для наступления уголовной ответственности достаточно призыва к совершению хотя бы одного преступления экстремистской направленности.

Законодатель определил совершение деяния во множественном числе («призывы»), поэтому буквальное толкование нормы требует установления, как минимум, двух обращений к осуществлению экстремистской деятельности. Но, исходя из смысла закона, рассматриваемое деяние окончено и при единичном призыве, и использование в законе слова «призыв» во множественном числе следует расценивать как специальный прием законодателя162.

Публичные призывы имеют место не только в тех случаях, когда виновный несколько раз высказывает свои идеи об осуществлении экстремистской деятельности, но также и в случае длительного постоянного воздействия на сознание людей о полезности и необходимости совершения таких действий. Поэтому не вполне верным представляет мнение А.И. Бойко, согласно которому призывы не связаны с длительным и детальным воздействием на широкие массы, а нацелены на побуждение людей к поступкам163. Публичные призывы следует понимать как рассуждения, как развитие идей об осуществлении экстремистской деятельности, однако при этом необходима такая подача информации, высказывания, изложение своей позиции, которые формируют устойчивую направленность к совершению определенных действий.

Призыв представляет собой своеобразный посыл, обращенный вовне, поэтому для наступления уголовной ответственности безразлично, правильно ли воспринят этот призыв каким-либо третьим лицом (лицами) или нет (однако доведение призыва хотя бы до одного воспринимающего необходимо для признания преступления оконченным), осуществлена ли реально экстремистская деятельность или нет.

См. подр.: Кострова М.Б. Изобразительно-выразительные средства языка в уголовном законе: о допустимости использования // Журнал российского права. 2002. № 8.

С. 67–68.

См.: Бойко А.И. Международное уголовное право. Ростов-н/Д., 2004. С. 365.

По способу совершения действия, направленные на публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, могут быть вербальными (словесными) (на собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях, пикетированиях, иных массовых мероприятиях) и демонстративными (изобразительно-печатными) (книги, сборники, иные издания, листовки, плакаты, изображения). При расследовании уголовного дела главным объектом исследования и основным источником доказательств должен стать сам текст публикации, выступления, изображения, требующий содержательного анализа и юридической оценки. При этом возможны два способа передачи информации – прямо, отчетливо и недвусмысленно, и здесь не требуется специальных познаний от правоприменителя, и «завуалировано», с подтекстом, с использованием специальной лексики. Во втором случае необходимы именно специальные познания, и проведение соответствующих экспертиз на предмет установления в тексте призывов к осуществлению экстремистской деятельности представляется обязательным. Анализ судебно-следственной практики, проведенный нами, свидетельствует, что такие исследования проводились только в 9% случаев.

Призывы могут осуществляться как устно (на демонстрациях, митингах и т.п.), так и посредством изготовления и распространения печатных материалов, в том числе через сеть Интернет, а также с использованием современных технических средств передачи информации (смс-рассылки, почтовые рассылки). Следует не согласиться с мнением авторов, полагающих, что призывы возможны также и в изобразительной форме164. Представляется, что само изображение, без словесного или текстового комментария, не способно призывать к осуществлению экстремистской деятельности.

В отличие от состава преступления, предусмотренного ст. 282 УК РФ, который также допускает вербальную или изобразительно-печатную форму возбуждения ненависти или вражды, в данном случае направленность дейстСм.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред.

В.М. Лебедева. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2004. С. 708.

вий более узкая, сводится к побуждению к совершению противоправных деяний. Соответственно, например, если само по себе распространение книги, унижающей национальное достоинство, образует состав преступления, предусмотренный ст. 282 УК РФ, то распространение таких книг, содержащих, кроме всего прочего, призывы к осуществлению экстремистской деятельности следует квалифицировать по ст. 280 УК РФ. На практике вместе с тем довольно часто наблюдается совокупность преступлений, предусмотренных ст. 280 и 282 УК РФ.

Примечательно в этом отношении уголовное дело, рассмотренное Ленинским районным судом г. Санкт-Петербурга о привлечении к уголовной ответственности членов экстремистского сообщества «Шульц-88». В числе иных преступлений экстремистской направленности обвиняемыми были совершены публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности с использованием средств массовой информации при следующих обстоятельствах.

В 2001 г. в г. Санкт-Петербурге Б. создал экстремистское сообщество под названием «Шульц-88», т.е. организованную группу лиц для подготовки и совершения по мотивам расовой, национальной, религиозной ненависти или вражды преступлений, предусмотренных ст. 213, 280, 282 УК РФ, в отношении лиц еврейской национальности и лиц, исповедующих иудаизм, выходцев из районов Кавказа, Азии, Африки, которое не прекратило свою преступную деятельность и после 20 июля 2002 г., когда была введена в действие и включена в УК РФ ст. 2821 УК РФ.

Осуществляя руководство созданным им экстремистским сообществом «Шульц-88», Б., используя персональный компьютер и принтер в неустановленных местах в г. Санкт-Петербурге выпустил с целью дальнейшего распространения среди широкого круга лиц четыре номера печатного журнала «Made in St-Petersburg», т.е. печатного издания, относящегося к средству массовой информации, в текстах которого содержится информация, побуждающая к экстремистским действиям против лиц еврейской национальности и лиц, исповедующих иудаизм, выходцев из районов Кавказа, Азии, Африки на почве непринятия «иного» по расовому, религиозному и национальному признаку как потенциального врага русских. В течение трех лет Б., умышленно, путем продажи и дарения распространял среди членов экстремистского сообщества «Шульц-88», среди лиц из других молодежных группировок г.

Санкт-Петербурга, а также среди лиц, разделяющих националистические и расистские идеи, пропагандируемые экстремистским сообществом «Шульцжурналы «Made in St-Petersburg» №№ 1, 2, 3, 4, содержащие информацию, побуждающую к действиям против лиц еврейской национальности и лиц, исповедующих иудаизм, выходцев с Кавказа, Азии, Африки на почве расовой, национальной и религиозной розни, на унижение национального достоинства.

Также Б., осуществляя руководство созданным им экстремистским сообществом «Шульц-88», организовал сбор членов сообщества с целью поиска лиц, подходящих для совершения в отношении их преступления, предусмотренного п. «а», «в» ч. 2 ст. 282 УК РФ. Б., осознавая публичный характер своих действий, с целью объединить членов экстремистского сообщества «Шульц-88», а также находившихся с ними в тот момент иных лиц, которые не являлись членами экстремистской группировки «Шульц-88», для осуществления экстремистской деятельности призывал данных лиц нападать на встречающихся на их пути выходцев из районов Кавказа, т.е. лиц не славянской внешности и национальности и избивать их165. В данном случае суд верно квалифицировал действия Б. по совокупности ст. 280 и 282 УК РФ, поскольку если само по себе издание экстремистской литературы можно расценивать как публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, то последующее длительное распространение такой литературы уже образует состав преступления, предусмотренный ст. 282 УК РФ. Кроме того, о наличии в действиях Б. состава преступления, предусмотренного ст. 280 УК Архив Федерального суда Ленинского района г. Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 1-49. 2005 г.

РФ, говорит и тот факт, что он систематически для осуществления экстремистской деятельности призывал нападать на встречающихся выходцев из районов Кавказа, т.е. лиц не славянской внешности и избивать их.

Следует также отметить, что призывы – это проявление целенаправленной деятельности, которую следует отличать от формально схожего выражения личного мнения в семейных, дружеских и других беседах. Это не любые высказывания о необходимости осуществления экстремистской деятельности, не просто мнение, которым лицо делится с другими в порядке преодоления собственных сомнений, поиска ответов и выработки личной позиции. Нельзя в качестве призывов оценивать семейные и дружеские беседы, защиту своих убеждений в споре, разговоры в состоянии опьянения, стремление выделиться или оригинально выглядеть. Полагаем, что для уголовно наказуемых призывов характерными являются целенаправленность, активное воздействие на сознание, волю и поведение людей, навязывание определенных мыслей другим с указанием на то, что и как им следует делать. При этом сутью таких призывов должна являться возможность и желание оказать на граждан объединяющее воздействие, вызвать массовые действия, обеспечивающие, например, насильственный захват власти или насильственную замену политических институтов, составляющих основы государственного и общественного строя.

При этом уголовная ответственность наступает только в том случае, если указанные действия совершены в определенной обстановке – публично.

Публичность означает, что призывы носят открытый, доступный для понимания характер и непосредственно обращены к широкому, точнее – к неопределенному кругу лиц. При этом не имеет значения насколько, или какая часть данной аудитории как реального адресата восприняли или разделяют предлагаемую позицию. Публичность предполагает, что лицо, совершающее преступление, гласно, демонстративно обращается к адресатам с определенной информацией. В теории уголовного права указывается на направленность призывов к неограниченному, неопределенному кругу лиц и соответственно их исключительно «безличный характер»166.

Представляется, что призывать к осуществлению экстремистской деятельности можно и вполне определенный (ограниченный) круг лиц, и исключение возможности обращения с призывами к конкретной группе лиц (например, к трудовому коллективу, членам съезда политической партии и т.п.) будет существенным ограничением сферы действия рассматриваемой нормы. Что же касается письменной формы призывов, то публичность в данном случае предполагает расчет на ознакомление с ними неопределенного, случайного и непостоянного круга лиц путем расклеивания плакатов, листовок, т.п., издания брошюр, сборников, т.п.; электронно-техническая форма, в свою очередь, предполагает их распространение с помощью современных средств связи.

Формально действительно признак публичности имеет место, если призыв производится в присутствии двух и более лиц или если его могут воспринимать два и более лица. Однако следует согласиться с позицией С.В.

Дьякова, утверждающего, что «…арифметический подход в оценке признания или непризнания публичности неприемлем»167. В каждом конкретном случае вопрос решается с учетом всех обстоятельств дела: способ, обстановка и другие обстоятельства дела (обращение к группе людей в общественных местах, на собраниях, митингах, демонстрациях, открытое распространение материалов с таким призывом, разбрасывание листовок, вывешивание плакатов, транспарантов, размещение обращения в сети Интернет (размещение призывов на различных сайтах, распространение призывов в блогах или форумах, веерная рассылка электронных сообщений широкому кругу лиц) и т.п.). Таким образом, вряд ли обосновано «автоматическое» признание публичными призывов, которые воспринимаются несколькими лицами – «от двух и более»168.

См.: Кочои С.М. Терроризм и экстремизм: уголовно-правовая характеристика.

М., 2005. С. 106; Российское уголовное право: учебник / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, В.С. Комиссарова, А.И. Рарога. В 2 т. Т. 2: Особенная часть. М., 2006. С. 338.

Дьяков С.В. Государственные преступления и государственная преступность.

М., 1998. С. 49.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. М., 1998. С. 647.

Как уголовно-правовая категория призывы во многом совпадают с подстрекательством, которым признается склонение лица к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом (ч. 4 ст. 33 УК РФ). Разграничивая публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности как преступление, предусмотренное ст. 280 УК РФ, и подстрекательство к осуществлению преступлений экстремистской направленности как соучастие в их совершении, закрепленное ч. 4 ст. 33 УК РФ и соответствующей статьей Особенной части УК РФ, следует учитывать, что публичные призывы не имеют конкретного адресата, и виновный может обращаться к группе, массе, толпе, нередко безликой. Если же виновный обращается к относительно узкому кругу лиц, то такие действия также можно расценивать как публичные призывы при условии, что призывы носят в данном случае неопределенный обобщенный характер; подстрекательство, напротив, всегда конкретно, точно, является желанием побудить именно определенное, конкретное лицо выполнить конкретное преступление. Призывы по своему содержанию лишены конкретности; виновный стремится информационно воздействовать на сознание и психологию людей, намеревается создать у них позицию необходимости осуществления указанных в законе действий, создать атмосферу их полезности, чтобы они обрели психологическую уверенность, ощущение необходимости и неизбежности осуществления экстремистской деятельности.

Приготовление к рассматриваемому преступлению, например, изготовление листовок, плакатов, подготовка произведений соответствующего содержания, не является уголовно наказуемым, так как преступление, предусмотренное ст. 280 УК РФ, отнесено к числу преступлений средней тяжести (ч. 2 ст. 30 УК РФ). Однако изготовление листовок, плакатов, различных произведений соответствующего содержания, т.е. подготовка к проведению публичных призывов, признается экстремистской деятельностью в соответствии с Федеральным законом «О противодействии экстремистской деятельности».

Статья 15 данного закона предусматривает, что «автор печатных, аудио-, аудиовизуальных и иных материалов (произведений), предназначенных для публичного использования и содержащих хотя бы один из признаков, предусмотренных статьей 1 настоящего Федерального закона, признается лицом, осуществлявшим экстремистскую деятельность, и несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке». В настоящее время такое лицо может нести административную ответственность, и о реформировании соответствующих норм уже шла речь выше.

Несмотря на проводимую правоохранительными органами работу, направленную на пресечение проявлений экстремизма в виде публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности, рассматриваемые деяния имеют тенденцию к распространению. Регулярно возбуждаются уголовные дела об ответственности за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, однако такие дела впоследствии в основном приостанавливаются по п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ (в связи с тем, что лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено).

С субъективной стороны преступление совершается только с прямым умыслом. Виновный осознает, что призывает граждан к осуществлению экстремистской деятельности, понимает общественно опасный характер этих экстремистских призывов и желает таким образом склонить людей к осуществлению экстремистской деятельности.

Законодатель не указывает цели таких призывов, однако они вытекают непосредственно из самой направленности действий и содержания умысла.

Цель в данном случае заключается в возбуждении желания у граждан осуществлять экстремистскую деятельность. Таким образом, цель является обязательным признаком преступления, предусмотренного ст. 280 УК РФ. Мотивы рассматриваемого преступления являются экстремистскими. В нашем исследовании практики националистические и религиозные мотивы составили 93%.

Субъектом преступления, предусмотренного ст. 280 УК РФ, является любое лицо (гражданин России, иностранный гражданин, лицо без гражданства), достигшее 16-летнего возраста.

Квалифицирующим признаком рассматриваемого состава преступления признается его совершение с использованием средств массовой информации (ч. 2 ст. 280 УК РФ). Установление повышенной ответственности за данный способ совершения публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности обусловлено общей концепцией последних законодательных новаций, ограничивающих распространение экстремистских материалов в любой форме в средствах массовой информации. Так, согласно изменениям, внесенным Федеральным законом от 24 июля 2007 г. № 211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму»169 в Закон Российской Федерации от 27 декабря 1991 г.

№ 2124-1 «О средствах массовой информации»170 часть вторая ст. 4 этого закона дополнена словами «…а равно распространение информации об общественном объединении или иной организации, включенных в опубликованный перечень общественных и религиозных объединений, иных организаций, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности по основаниям, предусмотренным Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», без указания на то, что соответствующее общественное объединение или иная организация ликвидированы или их деятельность запрещена».

Общественная опасность призывов к осуществлению экстремистской деятельности повышается при использовании средств массовой информации, так как их бльшая способность воздействовать на психику, сознание, устаСобрание законодательства РФ. 2007. № 31. Ст. 4008.

Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. № 7.

Ст. 300.

новки неопределенного круга лиц увеличивает опасность данного преступления.

В соответствии с законодательством под массовой информацией понимаются предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, теле-, видеопрограммы, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы.

Соответственно, средство массовой информации – это любое периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации.

Периодичность распространения всех указанных средств массовой информации – не реже одного раза в год; печатные издания должны иметь текущий номер. Соответственно, не могут быть признаны средством массовой информации книги, сборники и иные издания, вышедшие один раз либо выходящие хотя и чаще одного раза в год, но не имеющие признаков серии (таких как одинаковое обобщающее заглавие серии, оформление, текущий номер, внутренняя структура, наличие органа, отвечающего за создание, производство и выпуск издания). Неоднократный выпуск таких изданий образует совокупность преступных эпизодов, квалифицируемых самостоятельно по ст. 280 УК РФ.

Квалифицированный состав рассматриваемого преступления будет налицо в случаях, когда соответствующие публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности имеют место в периодическом печатном издании, в теле-, радио-, видеопрограмме или в иной форме периодического распространения массовой информации.

Следует отметить, что в XXI в. экстремизм приобрел новую форму своего проявления. Так, например, посредством сети Интернет любая провокационная информация или подрывная идея может стать всеобщим достоянием, поэтому экстремистские действия в компьютерном информационном пространстве представляют собой реальную опасность. Что касается использования сети Интернет для совершения публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности, то практика идет по пути признания ее средством массовой информации. Так, например, Кемеровский суд признал виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 280 и ч. 1 ст. 282 УК РФ, 21-летнего студента четвертого курса факультета филологии и журналистики местного госуниверситета С. В январе 2005 г. студент разместил на своем сайте статью, пропагандирующую деятельность кемеровских национал-большевиков – «Самая конструктивная партия». По мнению представителей прокуратуры, студент, являясь участником Кемеровского регионального отделения Национал-большевистской партии, желал изменения политической системы в России. Обвиняемый полностью признал свою вину и раскаялся в совершенных им действиях171. В той же Кемеровской области в июле 2005 г. за ее публикацию в газете «Курс» был приговорен другой член НБП Александр Николаенко. Эксперты пришли к выводу, что публикация содержит обращения и призывы, направленные на возбуждение гражданской розни, вражды, свержение существующего конституционного строя. Подсудимый вины не признал и заявил, что его преследуют по политическим мотивам172.

Часть 2 ст. 280 УК РФ предполагает наличие специального субъекта, в качестве которого можно рассматривать не только лиц, занимающихся выпуском периодических печатных изданий, телепрограмм и т.д. (например, главных и ответственных редакторов, иных руководителей при условии наличия состава преступления в их действиях), но и конкретных авторов статей, программ, репортажей, содержащих призывы к осуществлению экстремистской деятельности.

В завершение отметим, что имеются определенные резервы для совершенствования ст. 280 УК РФ. Анализ судебной практики свидетельствует, что прямые призывы к осуществлению экстремистской деятельности встречаются редко. Вместе с тем пропаганда экстремизма, не упоминающаяся в ст.

Архив Кемеровского областного суда. Уголовное дело № 1-265. 2005 г.

Архив Кемеровского областного суда. Уголовное дело № 1-157. 2005 г.

280 УК РФ и криминализируемая лишь путем расширительного толкования уголовного закона, является распространенным явлением.

Насыщенность информационного поля подобными материалами изменяет правосознание граждан, формируя у них ощущение легитимности насильственных методов решения конфликта. Высказывание экстремистских взглядов преследует цель расширения числа их сторонников, т.е. фактически осуществляется их пропаганда, когда распространение этих взглядов и идей направлены на неопределенный круг лиц. Основной целью пропаганды является формирование негативного мировоззрения у масс, культивирование экстремистской идеологии.

Таким образом, представляется необходимым криминализировать пропаганду осуществления экстремистской деятельности, а также публичное ее оправдание, так как и это явление обладает повышенной общественной опасностью. Понятие «публичное оправдание экстремистской деятельности»

должно составлять публичное заявление о признании идеологии и практики экстремизма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании. При этом публичное оправдание экстремистской деятельности может заключаться: а) в одобрительных рассуждениях и выводах об идеологии экстремизма;

б) в поддержке практики его осуществления. Глубинный смысл установления преступности этого деяния – лишение лиц, осуществляющих экстремистскую деятельность, возможности юридически легализовать свои действия под каким-либо благовидным предлогом (борьбы за независимость, восстановление справедливости, признания особых прав и т.п.). Поэтому при криминализации публичного оправдания экстремизма, его идеологии и практики совершения следует иметь в виду оправдание совершения любого преступления экстремистской направленности, так как оправдание экстремизма по существу превращается в реабилитирующую пропаганду экстремистской деятельности как таковой, вне зависимости от религиозной, национальной, этнической, расовой и прочей направленности.

Представляется, что расширение содержания названия и диспозиции ст. 280 УК РФ оказало бы благоприятное воздействие на состояние защищенности основ конституционного строя.

Необходимо также криминализировать совершение данного деяния лицом с использованием своего служебного положения, с чем согласны 88% респондентов – сотрудников правоохранительных органов.

Учитывая изложенное, предлагаем следующую редакцию ст. 280 УК

РФ:

«Статья 280. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, пропаганда экстремистской деятельности или публичное оправдание экстремизма

1. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, пропаганда экстремистской деятельности или публичное оправдание экстремизма – наказываются…

2. Те же деяния, совершенные:

а) лицом с использованием своего служебного положения;

б) с использованием средств массовой информации, – наказываются… Примечание. В настоящей статье под публичным оправданием экстремизма понимается публичное заявление о признании идеологии и практики экстремизма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании.».

§ 4. Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ) Непосредственным объектом преступления «выступают отношения, связанные с конституционным запретом действий, направленных на возбуждение ненависти или вражды, на унижение человеческого достоинства по этническим, гендерным, религиозным или социальным признакам»173.

Данной нормой уголовного закона устанавливается уголовная ответственность за самые первые проявления экстремизма, вслед за которыми может последовать совершение более тяжких преступлений по экстремистским мотивам. Кроме того, частными либо смежными проявлениями этого состава преступления могут являться деяния, ответственность за которые предусмотрена ст. 148, 149, 280 и другими УК РФ.

Объективная сторона преступления предполагает два альтернативно предусмотренных деяния, которые на практике часто сочетаются в конкретном преступном проявлении.

Первое заключается в действиях, направленных на возбуждение ненависти либо вражды по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе. Эти действия могут носить разнообразный характер, как-то, например, агитация и пропаганда, распространение литературы экстремистского содержания, распространение экстремистской информации в сети Интернет (о соотношении двух указанных деяний со ст. 280 УК РФ речь шла выше), погромы, разрушение культовых зданий, воспрепятствование проведению национальных или религиозных обрядов, проявления издевательства, глумление и цинизм по отношению к национально-культурным и религиозным традициям, обрядам, обычаям и символам.

Примером такого рода действий может послужить выставка «Запретное искусство – 2006» в г. Москве, выставленные на которой экспонаты носили кощунственный, антироссийский, порнографический характер, представляли собой глумление над святыми для христианина символами, а также государственными символами, российской армией, возбуждали ненависть и вражду к устроителям выставки и лицам, их поддерживающим, к христианству в цеСм.: Полный курс уголовного права / под ред. А.И. Коробеева. Т. V: Преступления против государственной власти. Преступления против военной службы. Преступления против мира и безопасности человечества. Международное уголовное право. С. 55.

лом и к православным в частности, а также унижали достоинство как православных верующих, так и граждан России, разжигали межрелигиозную рознь. Приговор, которым организаторы выставки были осуждены по п. «б»

ч. 2 ст. 282 УК РФ, был оставлен без изменения определением Московского городского суда от 4 октября 2010 г. (дело № 22-12570/2010)174.

Другой пример преступления можно привести из практики Верховного Суда РФ. Согласно обстоятельствам дела, «Я. в срок до 6 ноября 2006 года в г. N изготовил листовки, содержащие информацию экстремистского характера, предложил Б., С. и З. расклеить эти листовки и, получив от них согласие, передал изготовленные им листовки Б. для последующей передачи З., С.

и двум не установленным следствием лицам. Б. во исполнение сговора, направленного на совершение преступления с целью возбуждения ненависти и вражды по признакам расы и национальности, в ночь на 7 ноября 2006 года в г. N передал листовки З., С. и двум не установленным следствием лицам для их расклеивания в соответствии с состоявшимся сговором в публичном месте на ул. n г. N. В ту же ночь З., несовершеннолетний С. и два не установленных следствием лица, действуя умышленно, по предварительному сговору группой лиц, с целью возбуждения ненависти или вражды по признакам расы и национальности в публичном месте на ул. n г. N и в «nn», расположенном по ул. n г. N, расклеили не менее 10 листовок формата А4, содержавших высказывания, лозунги и невербальную символику, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека по признакам национальности, расы, происхождения, принадлежности к какой-либо социальной группе». Действия всех осужденных были правильно квалифицированы по ст. 282 УК РФ175.

Второе деяние заключается в действиях, направленных на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальОпределение не опубликовано; приводится с сайта Московского городского суда.

См.: определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 4 февраля 2010 г. № 47-О09-82 по делу Я. и др. // СПС «КонсультантПлюс».

ности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе. Такими действиями могут стать пропаганда превосходства одного человека или группы лиц над другой по указанным в законе признакам либо, напротив, пропаганда неполноценности одного человека или группы лиц по сравнению с другими по этим признакам; оскорбление или оскорбительные действия, грубо унижающие честь и достоинство потерпевшей стороны (при этом, в отличие от ст. 130 УК РФ, необязательно выраженные в неприличной форме) по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе.

Так, например, Славянским районным судом Краснодарского края рассмотрено уголовное дело по обвинению гражданина К., который, действуя умышленно, в нарушение ч. 2 ст. 29 Конституции Российской Федерации, запрещающей пропаганду, возбуждающую национальную рознь и вражду, реализуя свой преступный умысел, направленный на распространение идей, взглядов, подрывающих доверие и уважение к лицам армянской национальности, а также вызывающих неприязнь к образу жизни граждан данной нации, создал текст листовки при помощи персональной ЭВМ и размножил его, используя копировальную технику. Далее данные листовки были распространены по городу Славянску-на-Кубани в местах компактного проживания граждан. По делу были проведен ряд экспертиз, подтверждающих наличие в тексте этих листовок пропаганды, возбуждающей национальную ненависть и вражду176.

Действия, направленные на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам их принадлежности к определенному полу, расе, национальности, языку либо в зависимости от происхождения, отношения к религии, принадлежности к какой-либо социальной группе, совершаются с целью формирования у окружающих (или у неопределенного количества людей) отрицательного образа (стереотипа) представителей конкретной расы, Архив Славянского районного суда. Уголовное дело № 58114-00.

национальности, религии или социальной группы. При этом пороки и недостатки отдельных личностей переносятся на всю национальную, религиозную или социальную группу либо наличие у конкретного лица отрицательных качеств увязывается с его принадлежностью к одной или нескольким из указанных групп.

В данном составе преступления добавлены признаки пола, языка, происхождения человека, с которым законодатель связывает экстремистские проявления. Как уже указывалось ранее, это излишнее добавление, поскольку указанные признаки связаны с принадлежностью человека к социальной группе.

Для обоих преступных деяний общим и обязательным признаком, сформулированным альтернативно, является также то, что они совершаются публично или с использованием средств массовой информации. Содержание этих признаков совпадает с соответствующими признаками состава преступления, предусмотренного ст. 280 УК РФ.

От преступных действий необходимо отличать критические суждения, частные мнения, агитацию, направленную на защиту идей социальной справедливости, высказывание суждений по вопросам межнациональных, межрелигиозных и иных отношений в материалах, носящих научный, обучающий, дискуссионный характер, предназначенных для определенного круга специалистов и т.п., не преследующие цель возбуждения ненависти либо вражды, а также унижения достоинства человека либо группы лиц. Не являются наказуемыми сообщения об исторических, политических, антропокультурных и т.п. фактах, даже сделанные в грубой форме (например, «евреи распяли Христа»), если только сообщение этих фактов не сопровождается формулированием из них выводов, возбуждающих ненависть или вражду177.

См.: Рекомендации об использовании специальных познаний по делам и материалам о возбуждении национальной, расовой или религиозной вражды, утвержденные заместителем Генерального прокурора РФ М.Б. Катышевым 29 июня 1999 г. № 27-19-99.

См. также: Сычев Е.А., Мартынова Л.Л. Признаки возбуждения вражды и ненависти и их значение для определения смысловой и психологической направленности текста // Общество и право. 2008. № 1. С. 225–228.

Преступление окончено с момента совершения действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, независимости от их успешности (т.е. независимо от того, возникла ненависть или вражда или нет), и с момента унижения достоинства хотя бы одного человека или группы лиц.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом и экстремистскими мотивами. Совершение соответствующих действий по мотиву личных неприязненных отношений не может квалифицироваться по ст. 282 УК РФ. Целью виновного в действиях, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, является возникновение таковой ненависти или вражды; наличие этой цели отграничивает преступные действия от исторических, научных полемик, публикации с историческими или полемическикритическими целями явно экстремистских произведений (например, выдержек из «Майн кампф» А. Гитлера).

По аналогичным основаниям отсутствует состав преступления, предусмотренный ст. 282 УК РФ, в ходе мелких бытовых конфликтов на расовой, национальной, религиозной, социальной почве, когда экстремистские мотивы (например, в виде оскорбительных националистических высказываний) только «окрашивают» личные неприязненные отношения.

Квалифицированный состав преступления (ч. 2 ст. 282 УК РФ) содержит три квалифицирующих признака.

Признаком «применение насилия или угроза его применения» (п. «а») охватывается угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, высказанные в адрес одного лица или группы лиц, побои, причинение легкой и средней тяжести вреда здоровью, ограничение свободы потерпевшего (например, связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.). Все иные насильственные проявления (причинение тяжкого вреда здоровью, убийство, похищение человека, изнасилование и т.п.) квалифицируются по совокупности преступлений.

Следует проводить отграничение анализируемого состава от деяний, предусмотренных п. «е» ч. 2 ст. 112, п. «б» ч. 2 ст. 115, п. «е» ч. 2 ст. 116, п. «з» ч. 2 ст. 117 УК РФ. Насилие в данном случае является способом породить ненависть или вражду по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе.

Признак совершения преступления «лицом с использованием своего служебного положения (п. «б») предполагает доказывание признаков специального субъекта: должностного лица, государственного или муниципального служащего, лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, использующего для совершения преступления свое служебное положение, т.е. свои властные или иные служебные полномочия, форменную одежду и атрибутику, служебные удостоверения или оружие, а также сведения, которыми оно располагает в связи со своим служебным положением и т.п.

Например, в одном из дел данный квалифицирующий признак был установлен в действиях главного редактора журнала, в котором была напечатана антисемитская статья, «поскольку, являясь главным редактором ООО «S», зарегистрированного как средство массовой информации, согласно должностной инструкции главного редактора, обладал, как один из руководителей указанного юридического лица, обязанностями производить лично контрольное чтение рукописей, подготовленных к сдаче в печатное производство, обладал организационно-распорядительными полномочиями подписывать издания в производство, в печать и на выпуск в свет, нес персональную ответственность за совершенными им действия»178.

Организованная группа как квалифицирующий признак состава (п. «в») может, в частности, выступать в виде экстремистского сообщества (ст. 2821 УК РФ).

Определение Московского городского суда от 21 июня 2010 г. по делу № 22не опубликовано; приводится с сайта Московского городского суда.

§ 5. Организация экстремистского сообщества (ст. 2821 УК РФ) Статья 2821 УК РФ, очевидно «родственная» ст. 208, 209 и 210 УК РФ, расположена, тем не менее, в разделе о преступлениях против государственной власти. Это объясняется тем, что вред при совершении указанного преступления может быть причинен законным правам и свободам личности, может возникнуть реальная угроза целостного существования государства, его стабильности, поскольку в основе экстремизма лежит идеология, направленная на то, чтобы различными, в том числе и силовыми методами добиваться незаконных, несправедливых, необоснованных требований, чаще всего связанных с нарушением основ конституционного строя Российской Федерации.

Отметим, что необходимость введения в УК РФ статьи, предусматривающей уголовную ответственность за организацию экстремистского сообщества, назрела давно, так как экстремизм в различных его проявлениях присутствовал на Северном Кавказе практически с 1993 г., когда для того, чтобы осуществить планы по отторжению от России Северо-Кавказского региона стала использоваться идеология, призванная облегчить задуманное. В связи с этим стали создаваться различные общественные и религиозные сообщества, объединения, основной целью которых стало совершение действий, направленных на разжигание национальной, религиозной ненависти или вражды.

Однако ни создание этих обществ, ни участие в них не получало должной уголовно-правовой оценки, хотя в материалах уголовных дел имеются сведения о фактическом совершении указанных деяний.

Так, например, Карачаевским городским судом было рассмотрено уголовное дело по обвинению гражданина Ш. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 280 и ч. 1 ст. 282 УК РФ. При этом в материалах уголовного дела указано, что Ш. с 1998 по март 2001 г. являлся активистом, а с 1999 г. и руководителем экстремистского религиозного объединения «Мусульманское общество № 3», основной целью создания которого была деятельность, направленная на насильственный захват власти в КарачаевоЧеркесской Республике и во всем Северо-Кавказском регионе, насильственное удержание власти и насильственное изменение в этом регионе конституционного строя Российской Федерации путем насильственного установления религиозного мусульманского правления. При этом активисты его общества по его приказу публично пропагандировали исключительность и превосходство мусульман перед остальным населением Карачаево-Черкесской Республики и всего Северо-Кавказского региона, публично призывая к ведению войны против немусульманского населения региона с целью его порабощения, указывая на его неполноценность по религиозному признаку. Согласно справке, представленной УБОП МВД РФ по КЧР следует, что в 1997 г. руководителем «Мусульманского общества № 3» был Ачемез Гочияев,179 а из числа членов этого общества 19 человек было привлечено к уголовной ответственности за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, причем 9 из них – за участие в незаконном вооруженном формировании. Кроме того, по данным УБОП МВД РФ по КЧР члены данного общества продолжают оказывать посильную помощь и содействие лицам, причастным к совершению террористических актов180. В данном случае это сообщество имело ярко выраженные признаки экстремистского, однако создание и руководство данным экстремистским религиозным объединением «Мусульманское общество № 3» не получило должной уголовно-правовой оценки, хотя действия гражданина Ш. могли на тот момент быть справедливо квалифицированы по ст.

210 УК РФ.

Статья 2 УК РФ, определяя задачи уголовного законодательства, утверждает приоритет защиты прежде всего личности, ее прав и свобод, общества и государства. В число важнейших объектов защиты уголовноправовыми средствами включены общественный порядок и общественная безопасность, конституционный строй России. Следуя этим положениям, в А. Гочияев считается одним из организаторов взрывов жилых домов в Москве 8 и 13 сентября 1999 г. и 16 сентября 1999 г. в Волгодонске.

Архив Карачаевского городского суда. Уголовное дело № 21110.

качестве основного непосредственного объекта ст. 2821 УК РФ следует обозначить отношения, обеспечивающие запрет экстремистской деятельности, внутреннюю безопасность, устойчивость государственной власти, отсутствие угроз целостности страны. При этом законодатель посчитал, что в нашей стране в настоящее время такая угроза выходит за рамки только общественных интересов, и преступления такого рода по своей опасности перерастают в государственные.

Сомнительным представляется утверждение А.Г. Хлебушкина о том, что «объектом данного преступления являются, в первую очередь, конституционные основы межличностных отношений»181. Следует согласиться с тем, что межличностные отношения влияют на отнесение деяния к группе экстремистских преступлений, однако они не являются в данном случае определяющими, так как мотивы политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотивы ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы теперь присутствуют во многих составах преступлений и указаны в п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

В качестве дополнительных непосредственных объектов следует обозначить общественные отношения по обеспечению интересов личности, а также политических, идеологических, социальных, расовых, национальных, религиозных групп в сфере осуществления конституционных прав и свобод.

Итак, в ст. 2821 УК РФ установлена уголовная ответственность за организацию экстремистского сообщества. Сразу же отметим, что в уголовном законе имеется текстуальное несоответствие заглавия ст. 2821 УК РФ «Организация экстремистского сообщества» с ее содержанием. Исходя из заглавия данной нормы, следует предположить, что состав этого преступления ограничивается организацией экстремистского сообщества. Но ч. 2 данной статьи предполагает и участие в экстремистском сообществе. С целью приведения в соответствие заглавия ст. 2821 УК РФ с действительным кругом признаков Хлебушкин А.Г. Экстремизм: уголовно-правовой и уголовно-политический анализ. С. 69.

объективной стороны данного состава следует внести соответствующие изменения (79% респондентов высказали ту же точку зрения).

Рассматривая объективную сторону данного деяния, следует отметить, что она характеризуется совершением только активных действий, выражающихся в создании экстремистского сообщества (ч. 1) или участии в экстремистском сообществе (ч. 2).

В действующей редакции уголовного закона экстремистское сообщество определяется как организованная группа лиц для подготовки или совершения преступлений экстремистской направленности.

Представляется, что данное определение слабо вписывается в правила законодательной техники уголовного кодекса. Соответственно, норма ст.

2821 УК РФ уже неоднократно достаточно серьезно критиковалась в литературе, причем высказывались предложения в том числе и о ее исключении из УК РФ. Так, по мнению Н.Г. Иванова, «немедленная реакция законодателя на существующие “порфироносные” мнения без учета теоретических резонов, без необходимой доктринальной экспертизы способна породить лишь законодательного монстра, нарушающего основополагающие принципы ответственности в силу технического несовершенства правовых норм, а также в силу аморфности законодательных формулировок. Как представляется, именно такая метаморфоза произошла с уголовно-правовой регламентацией экстремистской деятельности в результате новеллизации УК РФ ст. 2821…»182. Как указывает А.Г. Хлебушкин, ст. 2821 УК РФ – крайне неудачная копия ст. 210 УК РФ. Соответственно, «…исключение ст. 2821 из УК РФ было бы вполне оправданным шагом»183.

О неясности законодательного текста пишет А.И. Долгова: «Законодатель использует раздельно понятия “сообщество” и “организация” в статьях Иванов Н.Г. Нюансы уголовно-правового регулирования экстремистской деятельности как разновидности группового совершения преступления // Государство и право. 2003. № 5. С. 42.

Хлебушкин А.Г. Экстремизм: уголовно-правовой и уголовно-политический анализ. С. 87.

2821 и 2822 УК РФ»184. В. Тюнин утверждает, что в ст. 2821 УК РФ понятие «преступное сообщество» употребляется как идентичное понятию «организованная группа». Получается, что в данном случае для признания факта создания сообщества не требуется установление признака сплоченности и ее характерных черт, отличающих сообщество от организованной группы. Кроме того, общественная опасность тех преступлений, для совершения которых создается сообщество, показывает, что не все они являются преступлениями тяжкими и особо тяжкими. Следовательно, в норме ст. 2821 УК РФ речь идет о создании организованной группы185.

С высказывавшимися критическими суждениями в адрес действующей редакции ст. 2821 УК РФ во многом следует согласиться.

Как следует из диспозиции ч. 1 статьи, экстремистское сообщество рассматривается законодателем как одна из разновидностей преступного сообщества, описываемого в ст. 35 и 210 УК РФ. Как и они, ст. 2821 УК РФ предполагает такие характеристики экстремистского сообщества, как: 1) формальное наличие группы лиц; 2) их организованность; 3) цель существования такой группы; 4) мотивы ее деятельности, непосредственно не указанные в диспозиции нормы, однако вытекающие из определения преступлений экстремистской направленности; 5) возможность существования в рамках данного сообщества частей, структурных подразделений, объединения их организаторов, руководителей или иных представителей.

Налицо группа признаков преступного сообщества (преступной организации), являющегося наряду с организованной группой, группой лиц по предварительному сговору, группой лиц, одной из форм соучастия. Тем не менее, диспозиция ч. 1 ст. 2821 УК РФ определяет экстремистское сообщество как просто «организованную группу» без упоминания о ее структурированности и остальных признаках, хотя, как известно, организованная группа Долгова А.И., Евланова О.А. Методика анализа организованной преступности.

М., 2005. С. 43.

См.: Тюнин В. Организация экстремистского сообщества // Уголовное право.

2006. № 3. С. 52.

вовсе не предполагает наличия в ней каких-либо частей, структурных подразделений и уж тем более объединения представителей. Соответственно, позиция законодателя по поводу правового положения экстремистского сообщества требует анализа и прояснения.

Согласно положениям Общей части УК РФ образования, где присутствуют двое и более соучастников, представлены следующим образом: группа лиц без предварительного сговора; группа лиц по предварительному сговору;

организованная группа и преступное сообщество (преступная организация).

Из дефиниций, данных в ст. 35 УК РФ, следует, что они по своей природе различны и являются определяющими для всех групповых образований Особенной части УК РФ. Однако законодатель при конструировании норм Особенной части УК РФ создает еще ряд групповых разновидностей, которые отличаются от групп Общей части УК РФ. К таким разновидностям групп Особенной части УК РФ, не вписывающимся в положения Общей части УК РФ, законодатель отнес преступную группу (ч. 4 ст. 150 УК РФ); незаконное вооруженное формирование (ст. 208 УК РФ); банду (ст. 209 УК РФ); религиозное или общественное объединение, посягающее на личность и права граждан (ст. 239 УК РФ) и экстремистское сообщество (ст. 2821 УК РФ).

Такая позиция законодателя усложняет правоприменительную практику при квалификации рассматриваемых преступлений. Проведенный нами опрос сотрудников правоохранительных органов (вопросы 4, 35–39) показал, что большинство не могут определенно отнести экстремистское сообщество к какому-либо групповому образованию, предусмотренному ст. 35 УК РФ.

Так, на вопрос «что следует понимать под экстремистским сообществом?», были получены следующие ответы:

организованная группа 45% преступное сообщество 32% сочетание преступного сообщества, его части, структурных под- 12% разделений и организованной группы как составляющей преступного сообщества сочетание экстремистского сообщества как организованной 11% группы и объединения организаторов, руководителей, иных представителей или структурных подразделений данного сообщества Таким образом, из представленной таблицы видно, что большинство сотрудников правоохранительных органов (45%) отождествляют экстремистское сообщество с признаками организованной группы, однако, рассматривая диспозицию ст. 2821 УК РФ, определенно нельзя сказать, что именно организованная группа как групповое образование является в ней определяющей составляющей. Довольно-таки большая группа респондентов (32%) рассматривает экстремистское сообщество как преступное сообщество (преступную организацию).

Следуя далее, отметим, что в соответствии со ст. 35 УК РФ устойчивость является обязательным признаком организованной группы, а структурированность – обязательным признаком преступного сообщества (преступной организации). Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» указанное в ч. 4 ст. 35 УК РФ преступное сообщество отличается от иных видов преступных групп, в том числе от организованной группы, более сложной внутренней структурой, наличием цели совместного совершения тяжких или особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды, а также возможностью объединения двух или более организованных групп с той же целью.

Однако ст. 2821 УК РФ определяет экстремистское сообщество как организованную группу без признака структурированности, причем законодатель в ст. 2821 УК РФ предусматривает две разновидности объединений соучастников: экстремистское сообщество и объединение организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений такого сообщества. При этом обе названные разновидности объединений охватываются едиными рамками, очерченными названием статьи «Организация экстремистского сообщества». Такого рода градация преступных объединений не вызывала бы нареканий, если бы законодатель не употребил словосочетание «а также», указав, что объединение организаторов, руководителей или иных представителей и экстремистское сообщество – группы равнозначные. Используемый в данном случае законодательный прием вносит неопределенность и различное толкование экстремистского сообщества.

Недостаток конструкции ст. 2821 УК РФ в определении экстремистского сообщества создает трудности при разграничении данного состава преступления со ст. 210 УК РФ. Так как экстремистское сообщество смежно с преступным сообществом (преступной организацией), то эти два объединения отличаются друг от друга исключительно целями: преступное сообщество (преступная организация) преследует цели совершения общеуголовных преступлений, а экстремистское сообщество – цели совершения преступлений экстремистской направленности. Преступное сообщество (преступная организация) образуется для совершения общеуголовных преступлений, за что его создатели, руководители или участники будут осуждены по ст. 210 УК РФ. Однако если в процессе совершения тяжких или особо тяжких преступлений то же самое преступное сообщество (преступная организация) осуществляет подготовку к совершению преступлений экстремистской направленности, действия такого сообщества подлежат квалификации по ст. 2821 УК РФ, которая в таком случае вменяется в совокупности со ст. 210 УК РФ.

В целом же разграничение между экстремистским сообществом (ст.

2821 УК РФ) и преступным сообществом (преступной организацией) (ст. 210 УК РФ) следует проводить по следующим признакам.

Преступное сообщество (преступная организация) создано с целью совершения общеуголовных преступлений, а экстремистское сообщество – с целью совершения преступлений экстремистской направленности, а также с целью разработки планов и (или) условий для совершения преступлений экстремистской направленности;

Преступное сообщество (преступная организация) совершает 2.

преступления по различным мотивам, которые не являются определяющими при его создании, а экстремистское сообщество создано именно с целью подготовки к совершению преступлений экстремистской направленности по мотивам политической, идеологической, расовой, этнической, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, причем наличие данных мотивов является обязательным при определении понятия преступлений экстремистской направленности.

Существует также проблема разграничения ст. 2821 УК РФ и ст. 239 УК РФ. Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 239 УК РФ, предполагает уголовную ответственность за создание религиозного или общественного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами или иным причинением вреда их здоровью либо с побуждением граждан к отказу от исполнения гражданских обязанностей или к совершению иных противоправных деяний, а равно руководство таким объединением.

На практике возникает вопрос, как следует квалифицировать действия данного религиозного или общественного объединения, если они сопряжены с подготовкой к совершению преступлений экстремистской направленности:

по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 239 и 2821 УК РФ или ст. 2821 УК РФ охватываются и признаки состава преступления, предусмотренного ст. 239 УК РФ?

Полагаем, что разграничение между экстремистским сообществом (ст.

2821 УК РФ) и объединением, посягающим на личность и права граждан (ст.

239 УК РФ), следует проводить по следующим признакам:

1. экстремистское сообщество создано с целью совершения преступлений экстремистской направленности, а также с целью разработки планов и (или) условий для совершения преступлений экстремистской направленности, тогда как целью создания религиозного или общественного объединения выступает именно насилие над гражданами, причинение вреда их здоровью, побуждение граждан к отказу от исполнения гражданских обязанностей или к совершению иных противоправных деяний;

2. экстремистское сообщество создано с целью подготовки к совершению преступлений экстремистской направленности по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какойлибо социальной группы, причем наличие данных мотивов является обязательным при определении понятия преступлений экстремистской направленности, а религиозное или общественное объединение может быть образовано по различным мотивам, которые не являются определяющими при его создании.

Таким образом, если религиозное или общественное объединение создается исключительно с целью совершения преступлений экстремистской направленности, вменению подлежит ст. 2821 УК РФ. Если же наряду с такими преступлениями указанным объединением совершаются иные преступления, и объединение не возводит экстремистские цели во главу угла в своей деятельности, то применению подлежит ст. 239 УК РФ. Что же касается совокупности ст. 239 и 2821 УК РФ, то такая совокупность возможна в крайне редких случаях, когда, допустим, одна из частей общественного или религиозного объединения может быть рассматриваема как экстремистское сообщество (например, «боевой отряд» и т.п.).

Учитывая изложенное, можно было бы отказаться от понятия экстремистского сообщества, и попытаться привязать конструкцию нормы к упоминающейся в диспозиции ст. 2821 УК РФ организованной группе. Однако этот вариант неприемлем, так как понятие организованной группы не может в соответствии с действующим уголовным законодательством включать в себя возможность существования в ее рамках частей, входящих в нее структурных подразделений, объединения их организаторов, руководителей или иных представителей.

По нашему мнению, экстремистское сообщество является одним из разновидностей преступного сообщества (преступной организации) и отличается от собственно последнего тем, что целью создания экстремистского сообщества является не совершение только тяжких или особо тяжких преступлений, а совершение преступлений экстремистской направленности, в которые входят преступления и иных категорий.

Во избежание различного толкования понятия экстремистского сообщества необходимо его законодательное определение. Представляется необходимым в этой ситуации использовать такой прием юридической техники, как примечание. В науке уголовного права сложилось неоднозначное отношение к примечаниям. Так, Н.И. Коржанский, Е.В. Ильюк и М.С. Поройко предлагают вообще отказаться от них186. Однако следует поддержать точку зрения В.М. Баранова и Д.С. Кондакова, которые отмечают, что примечания

– это самостоятельный прием юридической техники, имеющий своеобразную функциональную нагрузку и занимающий определенное место в системе категорий общей теории права187. В уголовном законодательстве имеет место тенденция увеличения количества определений тех или иных понятий в ОбСм.: Ильюк Е.В. К вопросу о приеме законодательной техники в уголовном законодательстве // Вопросы совершенствования уголовно-правового регулирования.

Свердловск, 1988. С. 32–33; Коржанский Н.И. Очерки теории уголовного права. Волгоград, 1995. С. 35; Поройко М.С. Обязывающие и управомочивающие нормы в уголовном праве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ярославль, 2000. С. 8.

См.: Баранов В.М., Кондаков Д.С. Примечания в российском праве: природа, виды, проблемы реализации // Проблемы юридической техники: сб. ст. под ред.

В.М. Баранова. Н. Новгород. 2000. С. 340–341.

щей части УК РФ. Особенная часть УК РФ также имеет определения, сформулированные либо непосредственно в самой статье (ч. 1 ст. 331 УК РФ), либо в примечаниях.

В силу имеющейся тенденции помещения терминов и понятий в примечаниях к нормам Особенной части УК РФ и в целях отграничения понятия экстремистского сообщества от преступного сообщества может быть предложено соответствующе определение экстремистского сообщества: «Под экстремистским сообществом в настоящей статье следует понимать структурированную организованную группу или объединение организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких преступлений экстремистской направленности».

Вместе с тем, несмотря на отмеченные недостатки законодательного текста, безусловно требующие коррекции, уже сложившаяся практика применения ст. 210 и 2821 УК РФ позволяет, тем не менее, описать некоторые отличительные признаки экстремистского сообщества.

В частности, для экстремистского сообщества характерно сочетание в различной совокупности таких признаков, как наличие организационноуправленческих структур, общей материально-финансовой базы, образованной, в том числе, из взносов от преступной и иной деятельности, иерархии, дисциплины, установленных ими правил взаимоотношения и поведения участников преступного сообщества и т.д. В таком сообществе может наличествовать особая структура (например, руководитель, совет руководителей, исполнители отдельных заданий), руководящий состав, распределение функций между участниками, планирование преступной деятельности на длительный период, подкуп и другие коррупционные действия, направленные на нейтрализацию представителей правоохранительных и иных государственных органов.

Соответственно, следует признать обоснованным решение суда, когда признаки экстремистского сообщества не были установлены в следующем деле. «Органами предварительного следствия Я. обвинялся… по ч. 1 ст. 2821 УК РФ… Оправдывая Я. по обвинению в совершении этого преступления, суд привел в приговоре показания на предварительном следствии С., Б. и Я., из которых усматривается, что действительно Я. на собраниях скинхедов, проходивших в парках в центре города, пропагандировал идеи национализма, неприятия лиц нерусской, неславянской национальностей, необходимости проведения в отношении лиц данной категории «акций» – физических расправ, предоставлял участникам собраний литературу, листовки, видеозаписи и музыку соответствующего содержания, при этом никто из них не пояснял, что Я. предпринимал меры по организации конкретных преступлений, распределял роли, что в г. N имелась сплоченная группировка скинхедов с четкой иерархией и организационным построением, а также на аналогичные показания свидетелей И. А. С. и С. Суд также указал, что по смыслу закона, под экстремистским сообществом понимается преступное сообщество, созданное для подготовки и совершения преступлений экстремистской направленности.

Преступное сообщество, характеризующееся высшей степенью сплоченности ее участников, сложной иерархической структурой, наличием материальнофинансовой базы, жесткой дисциплины, установленных правил поведения и взаимоотношений между участниками, наличием организационноуправленческих структур. Суд пришел к выводу о том, что совокупностью доказательств по делу не подтверждается наличие указанных признаков в преступной деятельности, отсутствуют доказательства сплоченности и организованности до степени преступной организации и группы в составе Б., С., У. и З., все преступления по настоящему уголовному делу совершались ими либо группой лиц, либо группой лиц по предварительному сговору»188.

Под структурным подразделением сообщества следует понимать функционально и (или) территориально обособленную группу, состоящую из двух или более лиц (включая руководителя этой группы), которая в рамках и См.: определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 4 февраля 2010 г. № 47-О09-82 по делу Я. и др. // СПС «КонсультантПлюс».

в соответствии с целями сообщества осуществляет преступную деятельность.

Такие структурные подразделения, объединенные для решения общих задач сообщества, могут не только совершать отдельные преступления, но и выполнять иные задачи, направленные на обеспечение функционирования сообщества.

Под объединением организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений такого сообщества следует понимать группу, созданную в целях координации преступных действий различных самостоятельно действующих групп, разработки совместных планов для совершения преступлений экстремистской направленности, распределения сфер преступной деятельности между группировками, создания устойчивых связей с руководителями или иными представителями других преступных групп и т.п. В состав такого объединения могут входить организаторы, руководители и иные представители частей или структурных подразделений такого сообщества, в том числе лица, отвечающие за хранение и распределение финансовых средств, добытых преступным путем, а также другие лица, уполномоченные на это руководителями частей или структурных подразделений сообщества.

Статья 2821 УК РФ включает три части, две первые из которых содержат самостоятельные нормы, а третья – квалифицирующий признак. Деяние, предусмотренное ч.

1, может быть выражено в следующих действиях:

а) создание экстремистского сообщества;

б) руководство таким сообществом;

в) руководство частью такого сообщества или входящим в него структурным подразделением;

г) создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей таких частей или структурных подразделений.

Понятия и характеристики «создания» и «руководства» как форм преступного деяния применительно к иным преступлениям достаточно подробно проанализированы в литературе189, поэтому ограничимся лишь несколькими общими замечаниями.

Под созданием экстремистского сообщества следует понимать такие действия лица, результатом которых стало образование группы, обладающей признаками, указанными в ст. 35 и ст. 2821 УК РФ, например: приискание участников, распределение ролей, материальное обеспечение, определение направлений деятельности, приобретение оружия, экстремистских материалов, разработка системы организационных связей между участниками сообщества, создание и поддержание определенной корпоративной дисциплины, создание системы конспирации, установление коррупционных связей и т.д.190 Организация преступного сообщества (преступной организации), как пишет Е. Гришко, заключается в вовлечении в такое сообщество его участников, а также в определении и закреплении за ними тех ролей в составе сообщества, которые являются направлениями их деятельности, функциональных обязанностей, обеспечении иных условий совершения тяжких или особо тяжких преступлений191.

Руководство экстремистским сообществом состоит в осуществлении управленческих и распорядительных функций в отношении участников сообщества. Р.Р. Галиакбаров организацию группы отождествляет с созданием, См.: Мельникова Ю.Б., Устинова Т.Д. Уголовная ответственность за бандитизм.

М., 1995; Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации). М., 1997; Аксенов О.А. Ответственность за преступления против общественной безопасности, здоровья населения и общественной нравственности по новому уголовному законодательству России. Ростов-н/Д., 1997; Иванцова Н.В. Понятие организованной группы в уголовном законодательстве (проблемы квалификации), дис. … канд. юрид. наук. М., 1998; Балеев С.А. Ответственность за организационную преступную деятельность по российскому уголовному праву: дис. … канд.

юрид. наук. Казань, 2000; Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями. Краснодар, 2000; Дилоян В.А. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика организованной преступности: дис. … канд. юрид. наук. Ростов-н/Д., 2002; Пособина Т.А.

Криминологическая характеристика современного бандитизма и меры борьбы с ним: дис.

… канд. юрид. наук. Ростов-н/Д., 2002; Дмитренко А.В. Уголовно-правовой и криминологический аспекты организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем: дис. … канд. юрид. наук. Ростов-н/Д., 2003; и др.

Хлебушкин А.Г. Экстремизм: уголовно-правовой и уголовно-политический анализ. С. 71.

См.: Гришко Е. Понятие преступного сообщества (преступной организации) и его место в институте соучастия // Уголовное право. 2000. № 2. С. 19.

а под руководством предлагает понимать действия по объединению и направлению усилий остальных участников для достижения поставленных перед группой целей. Конкретно руководство выражается в наставлении рядовых участников и контроле за деятельностью группы. В отличие от организации руководство возможно только в рамках вполне сформировавшейся группы192.

При руководстве экстремистским сообществом, его частью или структурным подразделением либо при создании объединения организаторов, руководителей или иных представителей структурных единиц сообщества виновный выполняет функции руководителя созданной группы. Синонимом понятия «руководство» является понятие «управление».

Соответственно, под руководством следует понимать осуществление организационных и (или) управленческих функций в отношении сообщества, его структурных подразделений, а также отдельных его участников как при совершении конкретных преступлений, так и при обеспечении деятельности сообщества. Такое руководство может выражаться, в частности, в определении целей, в разработке общих планов деятельности сообщества, в подготовке к совершению конкретных преступлений экстремистской направленности, в совершении иных действий, направленных на достижение целей, поставленных сообществом и входящими в его структуру подразделениями при их создании (например, в распределении ролей между членами сообщества, в организации материально-технического обеспечения, в разработке способов совершения и сокрытия совершенных преступлений, в принятии мер безопасности в отношении членов сообщества, в конспирации и в распределении средств, полученных от преступной деятельности). К функциям руководителя сообщества следует также относить принятие решений и дачу соответствующих указаний участникам сообщества по вопросам, связанным с распределением доходов, полученных от преступной деятельности, с легализацией См.: Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповой преступностью средствами уголовного закона: учеб. пос. Саратов, 1999. С. 48; Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями: вопросы квалификации. Краснодар, 2000. С. 89.

(отмыванием) денежных средств, добытых преступным путем, с вербовкой новых участников, с внедрением членов сообщества в государственные, в том числе правоохранительные, органы. Руководство сообществом может осуществляться как единолично руководителем сообщества, так и двумя и более лицами, объединившимися для совместного руководства (например, руководителем сообщества, руководителем структурного подразделения).

Руководство возможно также на этапе осуществления преступлений, для выполнения которых создавалась организованная группа.

Таким образом, отличительными признаками руководства сообществом являются: а) властный характер действий, т.е. их обязательность для участников сообщества с возможностью применения мер воздействия за неподчинение этим действиям; б) действия способствуют достижению конечных преступных целей деятельности, т.е. руководство предполагает не организацию повседневного быта сообщества, а направлено к реализации целей, которые стоят перед всеми участниками; в) распоряжения отдаются лицом, обладающим в понимании подчиненных правом их отдавать, а не просто передающим чьи-то указания; поэтому фактическое равенство участников сообщества исключает ответственность одного из участников за руководство другими193.

Создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений означает, что образуется структура более высокого организационного уровня для координации действий всех организованных групп, представители или руководители которых в нее входят. Целью образования такого объединения является разработка планов и (или) условий для совершения преступлений экстремистской направленности. Разработка планов предполагает определение объектов, которые будут подвергаться посягательствам; установление места и времени их совершения; распределение сил, участников и средств, используемых при соСм.: Малиновский В.В. Организационная деятельность в уголовном праве России (виды и характеристика). М., 2009. С. 28–29.

вершении преступлений; координацию действий между организованными группами или их частями (структурными подразделениями)194.

Вместе с тем использование словосочетания «разработка условий» в ст.

2821 УК РФ нам представляется не вполне верным. Правильнее говорить о «создании условий», т.е. о том, что необходимо сделать для реализации умысла преступления, которое только планируется совершить, так как законодатель непосредственно оперирует данным термином. Так, в ч. 1 ст. 30 УК РФ приготовлением к преступлению наряду с приисканием, изготовлением или приспособлением лицом средств или орудий совершения преступления признается иное умышленное создание условий для совершения преступления.

Представляется, что если отделить создание условий от разработки планов совершения преступлений, то под таким созданием будет пониматься иная деятельность, обеспечивающая совершение преступления; существующая настоящая редакция не дает оснований понимать под термином «разработка условий» какие-то практические шаги, направленные на создание условий как приготовления к совершению преступлений. Поэтому предлагаем дополнить диспозицию ч. 1 ст. 2821 УК РФ после слов «и (или)» словом «создания».

Следует отметить, что судебная практика без трудностей дает уголовно-правовую оценку организации экстремистского сообщества и его руководству.

Так, например, Новгородским областным судом П. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2821 УК РФ за организацию экстремистского сообщества при следующих обстоятельствах.

В период с июля 2002 г. по август 2003 г. П. была создана общественная организация НРОО РНЕ (Новгородская региональная общественная организация «Русское национальное единство»), которая включала в себя более трех человек, имела свою структуру, руководителя, организаторов структурных См.: Тюнин В. Организация экстремистского сообщества. С. 53.

подразделений, свой печатный орган. Целью деятельности данной организации являлось распространение националистических идей, возбуждение национальной и религиозной вражды к лицам не русской национальности, к лицам, исповедующим иудаизм. Согласно показаниям свидетелей, после призыва на службу в армию предыдущего руководителя главным в организации стал П., на собраниях именно он был старшим, также он давал поручения другим членам данной организации, например, об оформлении в органах власти документов на разрешение проведения митингов195.

Под частью экстремистского сообщества следует понимать его составляющую, т.е. группу, объединенную по территориальному признаку или признаку подчиненности, а структурным подразделениям – конструктивный элемент сообщества как единого целого, осуществляющий отдельные его функции: оперативного планирования, связей с властью, снабжения, разведки, внутренней безопасности, финансовую, пропагандистскую и др.

По конструкции объективной стороны состав данного преступления формальный, и преступление является оконченным с момента совершения указанных в законе деяний. Преступление будет считаться оконченным, если группа лиц организационно оформлена и готова к совершению преступлений экстремистской направленности; не является обязательным, чтобы экстремистское сообщество уже совершило одно из преступлений экстремистской направленности. Полагаем, что употребляемый в данном случае термин «подготовка» следует рассматривать как синоним слова «приготовление» к совершению преступления, признаки которого описаны в ч. 1 ст. 30 УК РФ.

Действия, не приведшие к созданию экстремистского сообщества, могут рассматриваться лишь как приготовление к преступлению или как покушение на его совершение. Так, если лицо намеревается создать преступную группу и для этой цели собирает информацию о возможных участниках группы, в его действиях содержатся признаки приготовления к преступлению. Покушение на преступление будет иметь место в случае формирования Архив Новгородского областного суда. Уголовное дело № 1-12. 2005 г.

группы, вербовки в нее лиц, которые будут являться исполнителями будущих преступлений, выполнения других организационных действий: проведение совещаний, собраний с целью выработки плана действий на определенный период; определение и распределение обязанностей внутри группы; действия по поиску финансовых средств и т.д.196 Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2821 УК РФ, характеризуется виной в виде прямого умысла, когда виновное лицо полностью осознает фактический характер и общественную опасность своих действий и желает их совершить. Необходимо отметить наличие мотивов экстремистского сообщества, данных в примечании: мотивы политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивы ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Кроме этого, преступление, описанное в ст. 2821 УК РФ, характеризуется специальными целями:

• для экстремистского сообщества – цели «подготовки или совершения преступлений экстремистской направленности»;

• для объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений экстремистского сообщества – цели «разработки планов и (или) условий для совершения преступлений экстремистской направленности».

Субъектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2821 УК РФ, является физическое вменяемое лицо, достигшее 16 лет. Лицо, достигшее 14 лет, но не достигшее 16 лет, совершившее при этом преступление экстремистской направленности в составе экстремистского сообщества, способно нести уголовную ответственность лишь за фактически совершенные им преступления, ответственность за которые наступает с 14-летнего возраста. С.М. Кочои предлагает снизить возраст субъекта данного преступления до 14 лет. Свое предложение он аргументирует тем, что достаточно часто виновные уходят См.: Тюнин В. Организация экстремистского сообщества. С. 52.

от ответственности в связи с не достижением возраста уголовной ответственности197. Полагаем, что данное предложение является излишним и противоречит общему направлению гуманизации уголовной политики Российской Федерации в отношении несовершеннолетних.

Объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 2821 УК РФ, характеризует «участие в экстремистском сообществе».

По мнению А.Г. Хлебушкина, «участие лица в экстремистском сообществе может выражаться в таких деяниях, которые: предусмотрены в качестве конкретного преступления (преступлений) Особенной частью УК РФ;

являются соучастием в конкретном преступлении (преступлениях); представляют собой приготовление или покушение на конкретное преступление (преступления)»198.

Участие в экстремистском сообществе предполагает принадлежность к нему в виде рядового участника сообщества или его структурного подразделения. Оно может состоять в действиях по подготовке и совершению преступлений, указанных в ч. 1 ст. 2821 УК РФ. Участие в экстремистском сообществе предполагает вхождение в состав сообщества, а также разработку планов по подготовке к совершению одного или нескольких преступлений экстремистской направленности и (или) непосредственное совершение указанных преступлений, либо выполнение лицом функциональных обязанностей по обеспечению деятельности такого сообщества (финансирование, снабжение информацией, ведение документации, подыскание жертв преступлений, установление в целях совершения преступных действий контактов с должностными лицами государственных органов, лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческой или иной организации, создание условий совершения преступлений и т.п.). Оказание лицом, не являющимся членом сообщества, содействия деятельности такого сообщества подлежит квалифиСм.: Кочои С.М. О противодействии экстремизму // Уголовное право. 2006. № 2.

С. 105.

Хлебушкин А.Г. Экстремизм: уголовно-правовой и уголовно-политический анализ. С. 74.

кации как соучастие в форме пособничества по ч. 5 ст. 33 УК РФ и ч. 2 ст. 2821 УК РФ.

Представляется, что участие в экстремистском сообществе может быть выражено как в виде активных действий, так и в виде, скажем так, «бездействия», аналогичного «участию в банде». Так, по мнению Б.Д. Завидова, «закон не разделяет участие в экстремистском сообществе по степени активности такого участия», хотя условно оно может быть «пассивным» и «активным».

Пассивное – это такое участие, когда лицо не участвует в разработке планов (условий) для совершения преступлений экстремистского сообщества, являясь рядовым членом такого сообщества, а активное – когда лицо принимает участие в экстремистском сообществе в целях разработки планов (условий) для совершения преступлений данного вида199. То есть участием будет считаться нахождение, членство в данном сообществе, и для квалификации преступления по ч. 2 ст. 2821 УК РФ не потребуется реального совершения преступлений экстремистской направленности.

Однако судебная практика склонна давать уголовно-правовую оценку деятельности участников экстремистского сообщества только при конкретном совершении ими преступлений экстремистской направленности.

Так, например, С. и З. были осуждены по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 2821 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 282 УК РФ, за участие в экстремистском сообществе и за осуществление организованной группой действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека или группы лиц по признакам расы, национальности, отношения к религии, совершенные с использованием средств массовой информации. С. с мая 2002 г. по декабрь 2003 г. принимал участие в издании информационного бюллетеня, содержание которого носило характер экстремистского, а З. публично исполнял на стенах домов надписи, направленные на возбуждение ненависти или вражды, а также на унижение См.: Завидов Б.Д. Комментарий преступлений экстремистской направленности (ст. 280, 2821 и 2822 УК РФ). (Уголовно-правовой анализ) // СПС «Консультант Плюс».

достоинства человека либо группы лиц по признаку национальности. Как указал суд, данные лица участвовали в экстремистском сообществе, то есть организованной группе лиц, для подготовки и совершения по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 282 УК РФ и ч.

2 ст. 2821 УК РФ200.

Следует также отметить, что поскольку ч. 1 ст. 2821 УК РФ устанавливает ответственность только за создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений экстремистского сообщества, то участники таких объединений, являющиеся членами экстремистского сообщества, несут уголовную ответственность по ч. 2 ст. 2821 УК РФ, а являющиеся создателями или руководителями экстремистского сообщества, его частью или входящими в такое сообщество структурными подразделениями – по ч. 1 ст. 2821 УК РФ.

Субъективная сторона участия в экстремистском сообществе включает вину в виде прямого умысла. Мотивы, равно как и цели участия лица в экстремистском сообществе чаще всего будут совпадать с перечисленными выше для ч. 1 статьи, однако в данном случае возможны и другие варианты, например, вполне вероятны мотивы корысти, мести и т.д., цели обогащения, улучшения карьеры и др. В таком случае лицо, действующее по иным мотивам, осознает свою принадлежность к экстремистскому сообществу, осознает мотивы, которыми руководствуются другие участники сообщества; и хотя может быть оно и не разделяет такие мотивы, однако их осознание позволяет квалифицировать его действия по ст. 2821 УК РФ.

Часть 3 ст. 2821 УК РФ предусматривает повышенную ответственность за совершение деяний, описанных в ч.ч. 1 и 2, с использованием своего служебного положения. Усиление уголовной ответственности за совершение преступления лицом, наделенным служебными полномочиями, с одной стороны, направлено на предотвращение участия в создании сообщества или Архив Новгородского областного суда. Уголовное дело № 1-12. 2005 г.

участия в нем лиц, наделенных властью, имеющих право воздействовать на других подчиненных им лиц. С другой стороны, участие в совершении преступлений лиц, использующих служебные полномочия, облегчает их совершение201.

Субъект в данном случае специальный, использующий свое служебное положение для достижения целей создания экстремистского сообщества либо участвующий в нем. К лицам, использующим свое служебное положение, следует относить должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными примечанием 1 к ст. 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК РФ. Использование служебных полномочий означает использование лицом своих властных или иных служебных полномочий, форменной одежды и атрибутики, служебных удостоверений или оружия, а также сведений, которыми оно располагает в связи со своим служебным положением и т.п.

Следует согласиться с мнением В. Тюнина о том, что законодатель необоснованно установил одинаковую меру ответственности для лиц, указанных в ч. 3 ст. 2821 УК РФ, пренебрегая характером их деятельности. Такая нивелировка ответственности не отражает различий общественной опасности организационных действий и действий участника экстремистского сообщества202.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
Похожие работы:

«Э. А. Урусова Ю. В. Иванов Мусульманское право. Библиографический указатель по мусульманскому праву и обычному праву народов, исповедующих ислам Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=9749755 Мусульманское право: библиогр. указ. по мусульм. праву и обыч. праву народов, исповеду...»

«С. А. Зотов Материальные и процессуальные права и обязанности как основные составляющие правового статуса налогоплательщика В статье раскрывается понятие материальных и процессуальных прав, которые определяют в...»

«О возмутительной плагиаторской деятельности профессора Дмитриева Ю.А. Открытое обращение к научной юридической общественности Считаем своим гражданским долгом поднять вопрос о многократных фактах плагиата, интеллектуального воровства чужих научных и образовательных материалов доктором...»

«УДК 94(4)1914/19 РОССИЙСКИЕ ПОДДАННЫЕ В ГЕРМАНИИ В АВГУСТЕ 1914 Г., И ФОРМИРОВАНИЕ ОБРАЗА ГЕРМАНСКОГО ВРАГА В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ В статье предпринята попытка реконструкции образа Э.Е. АБДРАШИТОВ германского врага в общественном сознании россиян в первые мес...»

«ХАЗИЕВ Шамиль Николаевич ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ И ОРГАНИЗАЦИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА В ОБЛАСТИ СУДЕБНО-ЭКСПЕРТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ Специальность 12.00.12 – криминалистика; судебноэкспертная деятельность; оперативно-розыскная деятельность Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридически...»

«Приложение №1 к повестке дня общего собрания ДПК "Алешкино" от 16.04.2011г Проект внесения изменений в Устав ДПК "Алешкино" № Старый вариант Новый вариант комментарий изм. Раздел "Общие положения"Официальный сайт ДПК Алешкино в сети После пункта 1.6 добавить новый пункт, с Интернет: www.moe-...»

«Право акционеров на получение информации Последнее время у многих на слуху такие словосочетания как "информационная прозрачность общества", "раскрытие информации эмитентом". Встречается и более загадочный термин: "снятие корпоратив...»

«МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ "СИМВОЛ НАУКИ" №4/2016 ISSN 2410-700Х 6. Мельников А.А. Правовое положение личности в советском гражданском процессе. М., 1969. С. 21 25; Он же. Конституция СССР и проблемы судебн...»

«Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь, 23.08.2014, 7/2883 ПОСТАНОВЛЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО СТАТИСТИЧЕСКОГО КОМИТЕТА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 13 августа 2014 г. № 135 Об утверждении формы государственной статистической отчетности 2-охота (Минлесхоз) "Отчет...»

«ЗАО "Вэб Маркетинг" ValueHost.Ru Адрес: 191023, Санкт-Петербург, ул. Караванная, 1 Телефон: (812) 313-29-08, (495) 540-52-24 Факс: (812) 406-01-60, (812) 313-29-08 ИНН 7826728815 Закрытое Акционерное Общество "Вэб Маркетинг", и...»

«Пользовательское соглашение к использованию мобильного приложения "ВСЕ ТВ" Настоящее Пользовательское соглашение (далее также – "Соглашение") регулирует отношения по использованию Сервиса и общие условия оказания Услуг между Публичным акционерным обществом междугородной и международной электрической связи...»

«проект ВЫСШИЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № Москва _ 2011 г. О некоторых вопросах, связанных с участием арбитражных заседателей...»

«МЕТОДИЧЕСКИЙ ЦЕНТР РАЗВИТИЯ КУЛЬТУРЫ, ИСКУССТВА И НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА МУНИЦИПАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ГОРОД НОВОРОССИЙСК МЕТОДИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ об организации деятельности клубно-досуговых учреждений и клубных формирований 2013 г.Необходимый перечень документов: 1. Устав учреждения, утвержденный и зарегистрированный в налоговой инспекции. 2...»

«Акт по итогам проверки исполнения органами местного самоуправления отдельных государственных полномочий Новосибирской области 30 октября 2014 года Коченёвский район На основании Федерального закона от 24.06.1999 № 120-ФЗ "Об основа...»

«Анатолий Федорович Никитин Обществознание. 10 класс. Базовый уровень Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8883230 Обществознание. 10 кл. Базовый уровен...»

«Крис Пэйли Не бери в голову. 100 фактов о том, как подсознание влияет на наши решения Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11282411 Не бери в голову. 100 фактов о том, как подсознание...»

«Конвенция о физической защите ядерного материала от 3 марта 1980 г. Государства участники настоящей Конвенции, признавая право всех государств на развитие и применение атомной энергии в мирных целях и их законную заинтересованность в получении воз...»

«КоК-НВО Рабочая группа II 21 мая 2009 года Изменения в текстах основных документов: обновлённая информация о ходе работ Введение КоК-НВО должен представить Конференции рекомендации относительно утверждения 1. в 2009 году проекта поправок к текстам уставных документов Организации, опираясь на предложения, подготовленные Комит...»

«2 1. Общие положения 1.1. Муниципальное бюджетное учреждение культуры "Международный морской клуб" Находкинского городского округа (далее Учреждение) осуществляет свою деятельность в соответствии с Гражданским кодексом Росси...»

«Регистрация на сайте Госуслуги — инструкция. Что понадобится для регистрации на портале Госуслуги? паспорт (необходимы паспортные данные); страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования (СНИЛС, его одиннадцатизначный номер); мобильный телефон или электронная почта. После того как Вы перешли на портал gosuslugi.ru, Вам...»

«ЗАЯВКА НА КОНКУРС "МЕДИАТЭК" Название организации Информационное агентство "Невские новости" Сфера деятельности СМИ Регион, в котором реализован конкурсный Санкт-Петербург проект Почтовый адрес 197373, г.Санкт-Петербу...»

«ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА к профессиональному стандарту "Лаборант химического анализа" Альметьевск 2015 ВВЕДЕНИЕ Пояснительная записка характеризует основное содержание проекта профессиональ...»








 
2017 www.net.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.