WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

«ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ЭКСТРЕМИЗМУ) В РОССИИ (СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВОЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ) ...»

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

ФРИДИНСКИЙ СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ЭКСТРЕМИЗМУ) В РОССИИ

(СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВОЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ

ИССЛЕДОВАНИЕ)

12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени доктора юридических наук

Научный консультант:

доктор юридических наук, профессор И.М. Мацкевич Москва – 2011 СОДЕРЖАНИЕ Введение

Глава 1. Становление и реализация уголовной политики Российской Федерации в сфере противодействия экстремистской деятельности (экстремизму)

§ 1. ПОНЯТИЕ, СУЩНОСТЬ И ОСНОВНЫЕ ФОРМЫ ПРОЯВЛЕНИЯ ЭКСТРЕМИЗМА.. 21

§ 2. ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ФОРМИРОВАНИЯ НОРМ, ПРЕДУСМАТРИВАЮЩИХ

УГОЛОВНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЭКСТРЕМИСТСКУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ............ 52

§ 3. УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СФЕРЕ

ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЭКСТРЕМИЗМУ

Глава 2. Уголовно-правовая характеристика преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности

§ 1. СИСТЕМА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С ОСУЩЕСТВЛЕНИЕМ



ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

§ 2. ПРЕСТУПЛЕНИЯ, КВАЛИФИЦИРОВАННЫЕ НАЛИЧИЕМ ЭКСТРЕМИСТСКИХ

МОТИВОВ

§ 3. ПУБЛИЧНЫЕ ПРИЗЫВЫ К ОСУЩЕСТВЛЕНИЮ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (СТ. 280 УК РФ)

§ 4. ВОЗБУЖДЕНИЕ НЕНАВИСТИ ЛИБО ВРАЖДЫ, А РАВНО УНИЖЕНИЕ

ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА (СТ. 282 УК РФ)

§ 5. ОРГАНИЗАЦИЯ ЭКСТРЕМИСТСКОГО СООБЩЕСТВА (СТ. 2821 УК РФ)......... 154 § 6. ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ (СТ. 2822 УК РФ)

Глава 3. Криминологическая характеристика преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности

§ 1. СОСТОЯНИЕ И ДИНАМИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С ЭКСТРЕМИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ

§ 2. КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИЧНОСТИ ЭКСТРЕМИСТА....... 205

§ 3. ФАКТОРЫ, ДЕТЕРМИНИРУЮЩИЕ СОВЕРШЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ

С ОСУЩЕСТВЛЕНИЕМ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Глава 4. Совершенствование мер борьбы с экстремистской деятельностью

§ 1. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ БОРЬБЫ С ЭКСТРЕМИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ

§ 2. ОБЩИЕ И СПЕЦИАЛЬНЫЕ МЕРЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Заключение

Библиографический список

Приложения

ВВЕДЕНИЕ Актуальность темы исследования обусловливается вызовами экстремизма, которые в начале XXI в. представляют не только угрозу национальной безопасности и целостности России, но и общемировую проблему.

Стратегией национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г.

определено, что Российская Федерация при обеспечении национальной безопасности в сфере государственной и общественной безопасности на долгосрочную перспективу исходит из необходимости постоянного совершенствования правоохранительных мер по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию актов терроризма и экстремизма наряду с другими преступными посягательствами.

При этом одним из основных источников угроз национальной безопасности в сфере государственной и общественной безопасности выступает экстремистская деятельность националистических, религиозных, этнических и иных организаций и структур, направленная на нарушение единства и территориальной целостности Российской Федерации, дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации в стране1.

Возникновение политического, религиозного, национального и иных видов экстремизма как значимого явления – это тревожный сигнал для всего общества. В течение двух десятилетий после распада Союза ССР Российская Федерация в силу многочисленных факторов объективного и субъективного порядка превратилась в узел переплетения острейших проблем. Наиболее остро это проявилось в возникновении в Российской Федерации идеологических течений, основой которых стали политическая, идеологическая, расовая, национальная или религиозная ненависть или вражда и ненависть или вражда в отношении какой-либо социальной группы.

Указ Президента РФ от 12 мая 2009 г. № 537 «О стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» // Собрание законодательства РФ. 2009.

№ 20. Ст. 2444.

Очевидную угрозу национальной безопасности Российской Федерации представляет также имеющая экстремистский окрас тенденция размывания единого правового пространства страны местным нормотворчеством, поощряемым определенной частью региональных чиновников достаточно высокого уровня, что стимулирует сепаратистские настроения, неуважение к федеральному законодательству, правам и свободам человека, отдельным нациям.

Наиболее остро эти проблемы проявились на Северном Кавказе, самом сложной в этническом и религиозном отношении части России. В регионе, где проживает 12% населения России и более 140 национальностей, периодически обостряется обстановка: возникают конфликты в Чечне, Ингушетии, Северной Осетии, Дагестане, Карачаево-Черкессии и Кабардино-Балкарии.

Роль экстремизма в этнополитических процессах, в том числе на Северном Кавказе, исследуется в социологических, политических, исторических аспектах. Вместе с тем, на наш взгляд, отсутствуют именно комплексные исследования правовых основ борьбы с данным явлением.

В этой связи следует отметить, что только в 2002 г. был принят действующий Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности». В действующий Уголовный кодекс РФ 1996 г. (далее – УК РФ) были введены новые нормы: ст. 2821 «Организация экстремистского сообщества» и ст. 2822 «Организация деятельности экстремистской организации»; содержание ст. 280 УК РФ «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности» подверглось существенным изменениям. Являвшиеся с тех пор предметом ряда исследований, указанные нормы вместе с тем еще далеки от совершенства, подвергались (как и сам Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности») изменениям и неоднозначно трактуются в правоприменительной практике, что также свидетельствует о необходимости проведения концептуального исследования данных правовых норм с целью дальнейшего их совершенствования и разработки единообразной практики их применения.

При этом динамика преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, является негативной. Так, если в 2003 г. в Российской Федерации было зарегистрировано 157 преступлений экстремистской направленности, а в 2004 г. – 130 (–17,2%), то последующие годы показывают неуклонный рост числа регистрируемых преступлений: в 2005 г. – 152 (+16,9%), в 2006 г. – 263 (+73%), в 2007 г. – 356 (+35,4%), в 2008 г. – 460 (+29,2%), в 2009 г. – 548 (+19,1%), в 2010 г. – 597 (+25,2%) преступлений. В январе-мае 2011 г. зарегистрировано 280 экстремистских преступлений, что на 16,2% больше, чем за аналогичный период 2010 г.2 Таким образом, необходимость проведения комплексного уголовноправового и криминологического исследования экстремистской деятельности (экстремизма), необходимость выработки предложений по созданию эффективных мер противодействия экстремистской деятельности обусловливает актуальность избранной темы исследования, а также постановку крупной научной проблемы, имеющей важное значение для методологического обеспечения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г. (в части касающейся противодействия экстремистской деятельности).

Степень научной разработанности темы диссертационного исследования. В отечественной литературе экстремизм являлся предметом систематического научного исследования во всех своих проявлениях, и имеется значительное количество публикаций, посвященных различным проявлениям экстремизма. Уголовно-правовые и криминологические аспекты противодействия преступлениям, связанным с осуществлением экстремистской деятельности, исследовались П.В. Агаповым, Ю.

И. Авдеевым, Р.А. Адельханяном, А.И. Алексеевым, Д.И. Аминовым, Ю.М. Антоняном, М.М. Бабаевым, И.А. Бикининым, Т.А. Боголюбовой, В.А. Бурковской, А.А. Васильченко, Л.Д. Гаухманом, В.И. Гладких, Е.А. Гришко, А.И. Гуровым, А.Я. Гуськовым, А.И. Долговой, С.В. Дьяковым, В.П. Емельяновым, Э.Н. Жевлаковым, М.Г. Жилкиным, Н.Г. Ивановым, С.М. Иншаковым, М.П. Киреевым, С официального сайта МВД России http://www.mvdinform.ru/ В.С. Комиссаровым, О.Н. Коршуновой, С.М. Кочои, М.А. Красновым, Н.Ф. Кузнецовой, В.В. Лунеевым, С.В. Максимовым, Г.М. Миньковским, Б.А. Мыльниковым, А.В. Наумовым, А.В. Павлиновым, В.А. Плешаковым, П.Г. Пономаревым, Э.Ф. Побегайло, В.И. Поповым, А.В. Ростокинским, Д.Н. Саркисовым, Р.С. Тамаевым, В.А. Тишковым, И.Л. Труновым, В.Н. Фадеевым, Е.Г. Чугановым, А.А. Швыркиным и др. Отдельные аспекты экстремизма, в том числе его соотношение с терроризмом, рассматриваются в работах Н.Б. Бааль, П.П. Баранова, В.В. Витюка, С.А. Воронцова, И.В. Дементьева, А.Г. Залужного, П.А. Кабанова, Е.П. Кожушко, В.В. Красинского, Е.Г. Ляхова, Н.Е. Макарова, В.Н. Мальцева, И.В. Манацкова, Б.К. Мартыненко, С.В. Помазан, К.А. Салимова, Е.В. Сальникова, А.И. Тиводара, О.М. Хлобустова, С.А. Эфирова и других ученых.

Уголовно-политические аспекты экстремизма исследовались в трудах А.И. Александрова, А.И. Алексеева, С.С. Босхолова, Ю.В. Голика, А.Э. Жалинского, А.И. Коробеева, В.Н. Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, Г.Ю. Лесникова, Н.А. Лопашенко, В.В. Лунеева, С.Ф. Милюкова, Г.М. Миньковского, Р.И. Михеева, В.С. Овчинского, П.Н. Панченко, Э.Ф. Побегайло, Б.Т. Разгильдиева, Я.Г. Стахова, А.А. Тер-Акопова, А.В. Усса, В.С. Устинова, В.Ф. Цепелева и др.

Вместе с тем в настоящее время, по прошествии почти десяти лет с момента принятия Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», по итогам наработанного опыта применения норм указанного закона и УК РФ, в условиях постоянного роста числа преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, существует необходимость проведения комплексного фундаментального уголовно-правового и криминологического исследования экстремистской деятельности (экстремизма), системно аккумулирующего научные достижения предшествующего десятилетия, опыт международного и российского правотворчества в реализации уголовной политики в сфере противодействия экстремистской деятельности. Необходимо, кроме того, также провести на обновленной статистической и эмпирической базе криминологическое исследование преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, личности экстремиста, факторов, детерминирующих совершение указанных преступлений, и мер борьбы с экстремистской деятельностью.

Объектом диссертационного исследования выступают общественные отношения, возникающие в процессе обеспечения национальной безопасности Российской Федерации от угроз экстремистской деятельности (экстремизма).

Предметом исследования являются:

– памятники русского уголовного права об ответственности за экстремистскую деятельность и схожие с ней преступные проявления;

– действующие уголовно-правовые нормы, которые предусматривают ответственность за совершение преступлений экстремистской напарвленности;

– нормы конституционного, административного и иных отраслей права, связанные с противодействием экстремистской деятельности (экстремизму);

– судебная практика по делам о преступлениях, связанных с осуществлением экстремистской деятельности;

– статистические данные о проявлениях экстремизма;

– научные публикации по исследуемым вопросам.

Целью диссертационной работы является системное исследование уголовно-правовых и криминологических проблем экстремизма как угрозы национальной безопасности Российской Федерации с тем, чтобы на основе теоретических исследований, изучения эмпирического материала и статистических данных: 1) разработать научно обоснованные предложения по уточнению конструкций норм, предусматривающих ответственность за преступления, связанные с осуществлением экстремистской деятельности; 2) разработать научно обоснованные рекомендации по практике применения указанных норм; 3) определить основные направления по предупреждению данных преступлений, по противодействию экстремистской деятельности в целом; 4) разработать основные направления реализации уголовной политики Российской Федерации по противодействию экстремизму.

Для достижения указанных целей были поставлены и решены следующие задачи:

• исследованы международные основы борьбы с экстремизмом и исторический опыт регламентации уголовной ответственности за совершение преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, в российском уголовном законодательстве;

• проведено криминологическое исследование тенденций экстремисткой преступности, изучены состояние и динамика преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности;

• обоснованы концептуальные, правовые и фактические подходы к определению экстремистской деятельности (экстремизма), разработаны меры борьбы с экстремистской деятельностью;

• проведен анализ системы, объективных и субъективных признаков преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности;

• исследованы вопросы разграничения преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, от смежных составов преступлений;

• проведено криминологическое исследование личности экстремиста;

• установлены факторы, детерминирующие совершение преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности;

• разработаны предложения по совершенствованию действующего уголовного законодательства об ответственности за совершение преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, и практики их применения.

Методология и методика исследования. Методологической основой исследования является диалектический метод познания общественных явлений.

В процессе работы использовались общенаучные методы исследования:

исторический, системно-структурный, сравнительного анализа, а также частно-научные методы: статистический, изучение материалов уголовных дел и судебных решений, анкетирование и интервьюирование сотрудников правоохранительных органов.

Теоретическая и правовая основы работы. В качестве теоретической основы диссертации выступили научные труды в области уголовного права и криминологии, философии, социологии, политологии, психологии, криминологии и др.

Правовой основой исследования стали: а) памятники русского права дооктябрьского периода, УК РСФСР 1922, 1926 и 1960 гг.; б) действующие нормативные правовые акты: Конституция РФ 1993 г., международные правовые акты, Уголовный кодекс РФ 1996 г., положения уголовнопроцессуального и уголовно-исполнительного законодательства, административного и иных отраслей права в той части, в какой они регулируют общественные отношения в сфере противодействия экстремистской деятельности.

Эмпирическую основу диссертационного исследования составила следственная и судебная практика по делам о преступлениях, связанных с осуществлением экстремистской деятельности за период 2002–2010 гг. При подготовке диссертации изучено 200 уголовных дел о таких преступлениях.

Автором использованы статистические сведения ГИАЦ МВД РФ, ИЦ ГУМВД при ЦФО, ИЦ ГУМВД при ЮФО, результаты, полученные при анкетировании 326 сотрудников правоохранительных органов, а также материалы информационно-аналитического управления Комитета по делам национальностей Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.

Научная новизна исследования заключается в научно-теоретическом осмыслении вопросов реализации уголовной политики в сфере противодействия экстремизму как угрозы национальной безопасности Российской Федерации, выдвижении актуализированных требованиями современности предложений по совершенствованию уголовно-правовых и криминологических мер противодействия экстремизму, что определяется развернутым системным анализом преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности.

Автором предложено понятие «экстремизм», выделены его признаки, выявлены основные формы его проявления, определены меры борьбы с данным явлением; разработано понятие и принципы уголовной политики Российской Федерации по противодействию экстремизму; определены основные направления ее реализации; проанализированы объективные и субъективные признаки преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности (что позволило сформулировать конкретные рекомендации по их квалификации); обобщены и критически оценены актуальные данные о состоянии и динамике преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности; выявлены факторы, детерминирующие совершение указанных преступлений; разработаны меры, направленные на противодействие экстремистской деятельности; представлены конкретные предложения по совершенствованию действующего уголовного законодательства и других нормативных правовых актов.

Результаты исследования позволяют вынести на защиту следующие основные научные положения, выводы и рекомендации:

1. Предложено авторское определение экстремизма, согласно которому под экстремизмом следует понимать социальное системное явление, в рамках которого объединенные на основе общих политических, идеологических, национальных, религиозных, расовых, социальных, экологических, экономических взглядов и убеждений представители последних совершают, движимые экстремистскими побуждениями, противоправные действия, направленные на насильственное распространение таких взглядов и искоренение взглядов, отличных от отстаиваемых ими.

2. К существующим в отечественной научно-исследовательской литературе трем основным формам проявления экстремизма (политический, национальный и религиозный) предложено добавить также две новые его формы: экономический и экологический экстремизм.

3. Разработано новое понятие уголовной политики Российской Федерации по противодействию экстремизму в сфере обеспечения национальной безопасности России, которое представляет собой единую стратегию по противодействию экстремистской деятельности, обеспечиваемую комплексом экономических, социальных, правовых, организационных, политических и иных мер.

4. На основе уголовно-правовой характеристики преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности:

• сформулирована система преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности, которую образуют: а) «чистые» экстремистские преступления, т.е. деяния, совершая которые, виновные движимые экстремистскими побуждениями, совершают действия, направленные на насильственное распространение таких взглядов и искоренение взглядов, отличных от отстаиваемых ими, или организацию таких действий в будущем (ст. 280, 282, 2821, 2822 УК РФ); б) любые иные преступления из предусмотренных УК РФ, при условии, что они совершаются по экстремистским мотивам; в) террористическая деятельность как крайняя форма проявления экстремизма;

• проанализированы экстремистские мотивы политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы;

• раскрыты основные признаки составов преступлений, предусмотренных ст. 280, 282, 2821, 2822 УК РФ;

• уточнены дискуссионные вопросы толкования ряда признаков составов указанных преступлений;

• предложены правила квалификации составов указанных преступлений и разграничения смежных составов преступлений;

• выдвинуты предложения по совершенствованию уголовного закона и практики его применения.

5. В результате проведенного анализа состояния преступности в сфере экстремистской деятельности за 20 лет и более детально за последние 10 лет доказано, что статистические данные не отражают объективную картину распространения экстремистских проявлений в стране, поскольку преступления, совершаемые по мотивам политической, идеологической, национальной, расовой, религиозной, социальной ненависти и вражды, характеризуются достаточно высокой степенью латентности. С одной стороны, сотрудники правоохранительных органов не хотят регистрировать совершаемые преступления в качестве экстремистских, тем самым ухудшая показатели собственной работы, а с другой, потерпевшие от таких преступлений тоже не обращаются с соответствующими заявлениями в правоохранительные органы, поскольку зачастую нелегально находятся в стране, плохо знают русский язык, запуганы и боятся совершения более тяжких преступлений против себя.

6. Предложена собственная криминологическая характеристика личности экстремиста. Установлено, что личность экстремиста отличается своеобразием, поскольку в основном это молодые люди (дана возрастная классификация экстремистов), с неустоявшимися взглядами, примитивно воспринимаемой идеологией, борющиеся одновременно за чистоту расы, проповедующие религиозную нетерпимость, но стремящиеся, по их убеждению, к установлению справедливого миропорядка, основанного в то же время исключительно на насилии.

Особняком применительно к личности экстремиста стоит их идеолог, который в условиях российской действительности является организатором и лидером экстремистской организации. Характерной чертой идеологов экстремизма является пренебрежение чужой жизнью, причем в одинаковой степени, как врагов, так и соратников.

7. Установлены причины роста экстремизма, которые обусловлены действием трех главных групп факторов: 1) экономических, к которым относятся: экономические кризисы, сопровождающиеся безработицей, обнищанием большой части населения; криминализация определенной части экономики; возникновение большого социального расслоения в обществе; наличие на той или иной территории запасов природных богатств или выгодное географическое положение, что может вызвать рост сепаратистских настроений; 2) социально-политических, к которым относятся: ослабление государственной власти и пассивность ее силовых структур; высокая коррумпированность чиновников; криминализация общества; содействие экстремистам со стороны представителей зарубежных общественных организаций, направляющих деньги на финансирование экстремистской деятельности; 3) идеологических, к которым можно отнести отсутствие в государстве общепризнанной идеологической концепции, разделяемой подавляющим большинством населения.

8. Разработаны и систематизированы профилактические мероприятия в сфере противодействия экстремистской деятельности. При этом главным направлением следует считать устранение экстремистских проявлений среди молодежи. К такого рода мероприятиям, в частности, относятся:

• разработка и реализация политики трудовой занятости с целью вовлечения молодежи в систему профессионального обучения, а также трудоустройство с расширением практики квотирования рабочих мест;

• расширение сети военно-патриотических, спортивных и других профильных лагерей с информационно-пропагандистским сопровождением их деятельности;

• активное и целенаправленное использование в средствах массовой информации материалов, разоблачающих идеологию экстремизма.

9. Предлагаются следующие изменения и дополнения уголовного закона:

а) п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ изложить в следующей редакции: «е) совершение преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти, вражды или розни либо по мотивам ненависти, вражды или розни в отношении какой-либо социальной группы;». Аналогичные изменения следует внести в п. «л» ч. 2 ст. 105, п. «е» ч. 2 ст. 111, п. «е» ч. 2 ст. 112, п. «б» ч. 2 ст. 115, п. «б» ч. 2 ст. 116, п. «з» ч. 2 ст. 117, ч. 2 ст. 119, ч. 4 ст. 150, ч. 2 ст. 214, п. «б» ч. 2 ст. 244 УК РФ;

б) ст. 280 УК РФ изложить в следующей редакции:

«Статья 280. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, пропаганда экстремистской деятельности или публичное оправдание экстремизма

1. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности, пропаганда экстремистской деятельности или публичное оправдание экстремизма – наказываются…

2. Те же деяния, совершенные:

а) лицом с использованием своего служебного положения;

б) с использованием средств массовой информации, – наказываются… Примечание. В настоящей статье под публичным оправданием экстремизма понимается публичное заявление о признании идеологии и практики экстремизма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании.».

в) ст. 282 УК РФ дополнить ч. 3–4 следующего содержания:

«3. Массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление либо хранение в целях массового распространения, – наказывается…

4. Деяния, предусмотренные частью третьей настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, – наказывается…»;

г) ст. 2821 УК РФ изложить в следующей редакции:

«Статья 2821. Организация экстремистского сообщества или участие в нем

1. Создание экстремистского сообщества для подготовки или совершения преступлений экстремистской направленности, а равно руководство таким экстремистским сообществом, его частью или входящими в такое сообщество структурными подразделениями, а также создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений такого сообщества в целях разработки планов и (или) создания условий для совершения преступлений экстремистской направленности – наказываются…

2. Участие в экстремистском сообществе, а равно участие в объединении организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений такого сообщества в целях разработки планов и (или) создания условий для совершения преступлений экстремистской направленности – наказывается…

3. Деяние, предусмотренные частью первой настоящей статьи, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, – наказываются…

4. Деяние, предусмотренные частью второй настоящей статьи, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, – наказываются… Примечания. 1. Под экстремистским сообществом в настоящей статье следует понимать структурированную организованную группу или объединение организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких преступлений экстремистской направленности.

2. Под преступлениями экстремистской направленности в настоящем Кодексе понимаются преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти, вражды или розни либо по мотивам ненависти, вражды или розни в отношении какой-либо социальной группы, предусмотренные соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса и пунктом «е» части первой статьи 63 настоящего Кодекса.

3. Лицо, добровольно прекратившее участие в экстремистском сообществе, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.»

д) действующую ст. 2822 УК РФ исключить, заменив ее новой статьей:

«Статья 2822. Изготовление, сбыт, приобретение, пропаганда или публичное демонстрирование фашистской символики

1. Изготовление или приобретение в целях сбыта, сбыт, пропаганда или публичное демонстрирование фашистской символики, в том числе свастики, знамен, значков, униформы или их атрибутов, приветственных жестов, либо символики, сходной с фашистской символикой до степени смешения, – наказывается…

2. Те же действия, совершенные с использованием средств массовой информации, – наказываются… Примечание. Действие настоящей статьи не распространяется на случаи использования фашистской символики при проведении антифашистских публичных мероприятий, в антифашистских художественных или научных публикациях, других материалах.»;

е) дополнить УК РФ ст. 3151 УК РФ следующего содержания:

«Статья 3151. Неисполнение решения суда о ликвидации или запрете деятельности общественного или религиозного объединения, иной некоммерческой организации в связи с осуществлением экстремистской деятельности Организация деятельности или участие в деятельности экстремистской организации, то есть общественного или религиозного объединения, иной некоммерческой организации, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности, – наказывается… Примечание. Лицо, добровольно прекратившее участие в деятельности экстремистской организации, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.».

Теоретическая и практическая значимость исследования связаны с комплексным исследованием крупной социально-правовой проблемы и порожденной ею крупной научной проблемы, сформулированными теоретическими выводами и практическими предложениями, позволяющими создать систему эффективных мер противодействия экстремистской деятельности с целью теоретико-методологического обеспечения Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г.

Практическая значимость проведенного исследования обусловлена также его направленностью на решение стоящих перед правоохранительными органами задач по своевременному выявлению, пресечению и предупреждению преступных экстремистских проявлений, а также точному и единообразному применению соответствующих уголовно-правовых норм.

Эмпирическая база диссертации, а также ее основные научные положения, выводы и рекомендации могут быть использованы в следующих направлениях: 1) при дальнейшей разработке теоретических вопросов исследования экстремизма в рамках уголовного права и криминологии; 2) в совершенствовании действующего уголовного законодательства и правоприменительной практики; 3) для разработки дополнительных мер предупреждения и профилактики преступлений, связанных с осуществлением экстремистской деятельности; 4) в учебном процессе высших учебных заведений юридического профиля при преподавании курсов «Криминология», «Уголовное право», а также в системе повышения квалификации сотрудников правоохранительных органов.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертационного исследования были изложены автором на заседаниях Комитета по делам национальностей Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (г. Москва), на научно-практических и научно-теоретических конференциях (г. Москва, г. Ростов-на-Дону), международных научно-практических конференциях и семинарах (г. Москва, г. Ростов-на-Дону), на международной научно-практической конференции по проблемам борьбы с терроризмом (г. Алма-Ата, 2005 г.), на международной научно-практической конференции стран-членов ОБСЕ (г. Вена, 2005 г.), на заседаниях коллегий, проводимых в ГУ МВД России при ЮФО, ГУ МВД России при ЦФО, на заседаниях коллегий МВД России, Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Результаты диссертационного исследования внедрены в практику работы прокурорско-следственных органов Российской Федерации. Новые подходы к реализации уголовной политики в сфере противодействия экстремистской деятельности, предложенные в диссертационном исследовании, нашли отражение в направлениях научно-исследовательской деятельности НИИ Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, а также в учебном процессе Московского университета МВД России, Ростовского юридического института МВД России, используются при изучении слушателями курсов повышения квалификации работников органов прокуратуры Российской Федерации. Результаты проведенного диссертационного исследования отражены в методических рекомендациях для работников прокурорско-следственных органов.

Основные положения проведенного диссертационного исследования рецензировались и обсуждались на кафедре криминологии и уголовноисполнительного права и уголовного права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина.

Основные положения диссертации опубликованы в монографиях, научно-методических пособиях, научных статьях, в том числе в ведущих рецензируемых научных журналах, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени доктора наук.

Объем и структура диссертации определены целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, четырех глав, объединяющих четырнадцать параграфов, заключения, библиографического списка и приложения. Объем и оформление диссертационного исследования отвечает требованиям, предъявляемым Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации.

ГЛАВА 1. СТАНОВЛЕНИЕ И РЕАЛИЗАЦИЯ УГОЛОВНОЙ

ПОЛИТИКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СФЕРЕ

ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЭКСТРЕМИСТСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ЭКСТРЕМИЗМУ)

§ 1. Понятие, сущность и основные формы проявления экстремизма Конституция Российской Федерации, принятая на референдуме 12 декабря 1993 г., подтвердила созданные в ходе реформ рубежа 1980–1990-х гг.

правовые основы жизни многонационального народа России в условиях национального, идеологического и политического многообразия, запрета создания и деятельности общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (ст. 13, 26); светский характер государства (ст. 14); равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств и запрет любых форм ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (ст. 19); в условиях запрета пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства (ст. 29). Тем не менее, реальности сегодняшнего дня таковы, что наши современники становятся очевидцами процесса повсеместного роста экстремистских настроений среди различных групп людей, проживающих в разных странах. Причин множество: глобализация экономики, волна религиозного возрождения, развитие национального самосознания и другие.

Наблюдаемое явление, экстремизм, весьма сложно для юридической оценки и толкования, и прежде чем понять суть проблемы, выявить ее особенности, основные направления борьбы с данным явлением, необходимо определиться с основными терминами, составляющими основу и целостность исследуемого. Таковыми терминами, основными понятиями, являются «экстремизм», «экстремистская деятельность».

Одним из наиболее перспективных направлений в сфере исследования этих понятий представляется исследование экстремизма как целостного феномена с политико-правовых, религио-национальных и уголовно-правовых позиций, позволяющее выявить основные сущностные характеристики экстремизма.

Сразу же необходимо оговориться о соотношении понятий «экстремизм» и «экстремистская деятельность». В Федеральном законе от 25 июля 2002 г. № 114–ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»3 в ст. 1 эти понятия используются как идентичные; по тексту закона в основном используется термин «экстремистская деятельность» и только в ст. 7–8, 17 употребляется термин «экстремизм» (в первых двух статьях, как можно предположить, это обусловлено соображениями правильного с точки зрения русского языка построения речи, поскольку там идет речь о «деятельности, содержащей признаки…»: продолжить словами «экстремистской деятельности» законодатель очевидно не мог, и потому было использовано слово «экстремизм»; в ст. 17 использован устойчивый оборот «борьба с экстремизмом»). Представляется, что подход, избранный законодателем, вполне обоснован. Вместе с тем с точки зрения теоретической экстремизм в нашем понимании представляет собой социальное явление, отражающееся в конкретных проявлениях, т.е. экстремистской деятельности. То есть эти понятия неразрывно связаны друг с другом: экстремистская по природе своей деятельность создает социальное явление экстремизма, а последнее не может существовать без того, чтобы не проявляться в конкретных поступках людей.

Собрание законодательства РФ. 2002. № 30. Ст. 3031.

Соответственно, при анализе исследуемого явления нами будут использоваться оба термина.

Следует признать, что хотя в последние годы резко возрос интерес к проблеме экстремизма, к исследованию его сущности и форм проявления (о чем свидетельствует проведение ряда научно-практических конференций, внесение законопроектов и предложений в законы, затрагивающих указанную проблему), в настоящее время в научном толковании понятия экстремизма не существует общепринятой точки зрения.

Экстремизм (от лат. extremus – «крайний») как явление уходит своими корнями в глубокую древность. Однако сам термин «экстремизм» многовековой истории не имеет, и как научное понятие его одним из первых использовал в начале XX в. французский юрист М. Лерой, который основным отличием экстремистских политических течений назвал требование от своих приверженцев абсолютной веры в исповедуемые политические идеалы. Примерами действовавших тогда на политической арене экстремистских политических сил М. Лерой назвал «красный экстремизм» большевиков и «белый экстремизм» монархистов. В начале XX в. политические противники называли «экстремистами» также представителей левого крыла партии «Индийский национальный конгресс», поскольку те были последовательными сторонниками борьбы за полную независимость Индии4.

Следствием исторической увязки термина «экстремизм» с политикой стало то обстоятельство, что в энциклопедических словарях экстремизм определяется как «приверженность к крайним взглядам, мерам (обычно в политике)»5. Однако данное определение для целей права крайне расплывчато и не отражает всех особенностей этого сложного явления. Следует отметить, что не совсем ясно, какие взгляды следует признавать «крайними», а какие – нет, и кто будет определять, являются ли какие-то конкретные взгляды крайними. При этом сами понятия «взгляды» и «меры» содержат различную смыСм.: Энциклопедический словарь / под ред. Б.А. Введенского. Т. 3. М., 1955.

С. 671.

Советский энциклопедический словарь. М., 1981. С. 52.

словую нагрузку. Под «взглядами» (в словаре С.И. Ожегова они определяются как «мнение, суждение»6) с определенным приближением можно понимать идеологию, идейные убеждения, не всегда связанные с какими-либо практическими, тем более противоправными действиями. А «меры» («средство для осуществления чего-н., мероприятие»7), в свою очередь, предусматривают совершение каких-либо конкретных действий, в том числе и насильственных, направленных, например, на свержение конституционного строя или дестабилизацию ситуации в стране.

В толковом словаре русского языка экстремизм определяется как приверженность в политике и идеологии крайним взглядам и действиям8, в том числе и насильственным. Экстремизм является основным содержанием, характеристикой радикально настроенных партий, групп, движений, течений, организаций. Это могут быть и общественно-политические организации, проповедующие безвластие, выступающие за немедленное уничтожение государственной власти и утверждение добровольных ассоциаций свободных индивидов и групп (анархизм); и группы, стремящиеся насильственным путем разрешить социальные противоречия; и объединения, ставящие своей целью захватить государственную власть; и т.п.

Некоторые ученые понимают под экстремизмом «деятельность по распространению таких идей, течений, доктрин, которые направлены на: ликвидацию самой возможности легального плюрализма, свободного распространения и обмена идеями; установление единственной идеологии в качестве государственной; разделение людей по классовому, имущественному, расовому, национальному или религиозному признакам; отрицание абсолютной ценности прав человека»9. Одни авторы экстремизм рассматривают как агрессивное социальное явление, в котором проявляется радикальное отрицаОжегов С.И. Словарь русского языка / под общ. ред. Л.И. Скворцова. 24-е изд., испр. М., 2005. С. 77.

Там же. С. 338.

Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1994. С. 896.

Как обуздать политический экстремизм // Росс. газ. 1998. 30 дек.

ние существующих социальных норм10, ряд ученых трактуют его как приверженность крайним взглядам и мерам11, третьи отождествляют его с терроризмом и насилием12. В понимании А.Г. Хлебушкина, считающего экстремизмом противоправную деятельность, осуществление которой причиняет или может причинить существенный вред основам конституционного строя или конституционным основам межличностных отношений13, экстремизм ошибочно и односторонне сводится к только к противоправному поведению.

Этой же точки зрения придерживаются В.А. Пономаренков и М.А. Яворский14. Более широко смотрят на экстремизм Ю.Е. Пудовочкин и Р.М. Узденов, увязывающие это понятие не только с противоправными действиями, но и с определенной идеологией: «Экстремизм – это совершение преступлений в соответствии с определенной системой взглядов, воззрений, убеждений, возведенных в культ, с целью достижения определенного результата, предусмотренного этой системой взглядов, в какой-либо области общественных отношений, существующий порядок в которой отрицается экстремистами»15.

Однако, как представляется, приведенные суждения не раскрывают сущности и содержания экстремизма.

Как известно, экстремизм может иметь различную идеологию, и направлен на различные сферы социально-политических отношений: национальную, религиозную, политическую и т.п. Поэтому, экстремизм – это системное социальное явление на пути духовного, социального, политичеСм.: Аршба О.И. Современный правый экстремизм в Европе // Вестник Московского университета. Сер. Социология и политология. 2002. № 4. С. 3.

См. также: Паин Э.А. Социальная природа экстремизма и терроризма // Общественные науки и современность. 2002. № 4; Семенцов А.М. Политический экстремизм как девиация в политическом процессе // Преступность и общество: сборник научных трудов.

М., 2004; и др.

См.: Политический экстремизм в Российской Федерации и конституционные меры борьбы с ним: мат. конф. М., 1998. С. 66.

Бюллетень фонда «Общественное мнение». 1998. № 77.

См.: Хлебушкин А.Г. Экстремизм: уголовно-правовой и уголовно-политический анализ / отв. ред. Н.А. Лопашенко. Саратов, 2007. С. 27.

См.: Пономаренков В.А., Яворский М.А. Сущностная характеристика современного экстремизма // Юридический мир. 2008. № 2. С. 42.

Пудовочкин Ю.Е., Узденов Р.М. Теоретические конструкции определения экстремизма: проблемы и перспективы // Криминологический журнал. 2005. № 2(8). С. 87.

ского и правового развития общества, проявляющееся в различных формах, порождение нестабильных социально-экономических условий, национальных, политических, расовых, религиозных обострений.

Следует отметить, что ряд отечественных исследователей предприняли попытку рассмотрения экстремизма с более общих позиций, как системного образования, с выделением основных признаков и характерных черт. С позиции методологии системного подхода обоснованы существенные характеристики экстремизма в работах А.С. Грачева, И.Н. Барыгина, А.К. Верховского, И.В. Воронова, А.В. Паппа, В.Н. Прибыловского, Р.А. Лопаткина, Н.А. Романова, Г.Ю. Семигина, В.Н. Кудрявцева, В.Н. Иванова16.

Экстремизм как идеология, образ мышления и действий при этом наделяется следующими признаками, к которым относят:

• отрицание инакомыслия и нетерпимость к сторонникам иных взглядов (политических, экономических, конфессиональных и др.). В «Докладе о целях и средствах противодействия политическому экстремизму в России» отмечается, что «это деятельность по распространению таких идей, течений, доктрин, которые направлены на ликвидацию самой возможности легального плюрализма, свободного обмена идеями; на установление единственной идеологии в качестве государственной; на разделение людей по классовому, имущественному, расовому, национальному или религиозному признакам; на отрицание абсолютной ценности прав человека»17;

• попытки идеологического обоснования применения насилия по См. подр.: Барыгин И.Н. Социальная база крайне правых в Западной Европе.

СПб., 1990; Верховский А.К., Папп А.В., Прибыловский В.Н. Политический экстремизм в России. М., 1999; Воронов И.В. Основы политико-правового ограничения социальнополитического экстремизма как угрозы национальной безопасности РФ. М., 2003; Грачев А.С. Политический экстремизм. М., 1987; Иванов В.Н. Власть и массы: грани взаимоотношений. М., 1993; Кудрявцев В.Н. Проблема причинности и механизм преступного поведения // Причинность и механизм преступного поведения: мат. научно-теоретической конференции. М., 1996; Лопаткин Р.А. Экстремизм религиозный // Политическая энциклопедия. Т. 2. М., 1999. С. 637, 638; Романов Н.А. Политический экстремизм как угроза безопасности страны: дис. … д-ра полит. наук. М., 1997; Семигин Г.Ю. Политическая стабильность общества. М., 1997.

Доклад о целях и средствах противодействия политическому экстремизму в России. М., 1999. С. 10.

отношению не только к активным противникам, но и к любым лицам, не разделяющим убеждения экстремистов. Это идеология, предусматривающая принудительное распространение ее принципов, нетерпимость к оппонентам и насильственное их подавление. В отличие от действующих легитимно, стремящихся реализовать свою стратегию и тактику в правовом поле, экстремисты стремятся к немедленному разрушению существующей государственно-правовой системы и созданию общества на идеологической основе конкретных политических концепций и доктрин. Отличительным признаком «экстремизма», по нашему мнению, является ориентация на захват политической власти или ее дестабилизацию, использование средств и методов борьбы, которые выходят за рамки законных с точки зрения международного или национально-государственного права, включая насильственные методы и террор. Вместе с тем, по нашему мнению, не следует буквально понимать насилие в контексте экстремизма. Действительно, в большинстве случае экстремизм связан с физическим насилием, однако экстремистские проявления возможны и без такового18. В этой связи правильным представляется мнение Д.Н. Саркисова о специфической природе насилия в экстремизме, не сводимой к уголовно-правовой характеристике насилия: «По своей политикоправовой сути насилие, как первооснова экстремизма, представляет собой такое отношение одного субъекта социального общения к другому, которое направлено на реализацию интересов доминирующего субъекта без учета интересов другого участника отношений. Формой реализации такого отношения является подавление (физическое, психологическое, политическое, правовое, экономическое и пр.) одного субъекта другим»19;

• апелляцию к каким-либо известным идеологическим или религиозным учениям, претензии на их «истинное» толкование или «углубление» и, См.: Хлебушкин А.Г. Экстремизм: уголовно-правовой и уголовно-политический анализ. С. 14; Пономаренков В.А., Яворский М.А. Сущностная характеристика современного экстремизма // Юридический мир. 2008. № 2. С. 41–42; Ревина В.В. К вопросу о понятии экстремизма // Российский следователь. 2009. № 13. С. 38.

Саркисов Д.Н. Уголовно-правовые средства противодействия экстремистской деятельности: дис. … канд. юрид. наук. М., 2010. С. 23.

в то же время, фактическое отрицание многих основных положений этих учений. Следует согласиться с точкой зрения Н.Н. Афанасьева, что идеологию экстремизма можно охарактеризовать как комплекс крайне радикальных идейных установок (крайне левых, крайне правых, национал-экстремистских, сепаратистских, великодержавных, религиозных, социально-экономических и духовно-психологических)20;

• доминирование эмоциональных способов воздействия в процессе пропаганды экстремистских идей; обращение в том числе к чувствам и предрассудкам людей, а не к их разуму. Такая идеология в подавляющем большинстве случаев основана на слепой эмоциональной вере, на «откровении», а не на логических рационалистических принципах, и во многом напоминает идеологию сектантов. Это подтверждается на примере любого экстремистского движения, псевдореволюционного, националистического или религиозного;

• создание харизматического образа лидеров экстремистских движений, стремление представить этих лиц «непогрешимыми», а все их распоряжения не подлежащими обсуждению. Экстремизм есть изначально отрицание всякого чувства меры. Он оперирует искаженными, деформированными представлениями о действительности и это выражается в крайности суждений, безапелляционности, категоричности21.

При этом следует учитывать, что все эти признаки не только имеют место, но и в большинстве случаев тесно взаимодействуют между собой; вытекают один из другого; имеют неразрывную внутреннюю связь. Большинство из них присущи любому экстремистскому движению: от радикальных религиозных сект до профашистских организаций.

См.: Афанасьев Н.Н. Идеология терроризма // Социально-гуманитарные знания.

2001. № 1. С. 234–235.

См.: Даниленко В.И. Современный политологический словарь. М., 2000. С. 682, 791, 963; Арухов З.С. Экстремизм в современном исламе. Махачкала, 1999; Грачев А.С. Политический экстремизм. М., 1986 и др.

С точки зрения деятельностной экстремизм, в свою очередь, представляет собой совокупность действий, выражающихся:

а) в деятельности общественного объединения, организации, движения, должностных лиц (в широком смысле) и граждан, направленной на распространение идей, доктрин, учений, носящих крайние взгляды и противоречащих конституционным принципам общества и демократического государства;

б) в создании какого-либо общественного объединения, организации, движения, а также в деятельности должностных лиц (в широком смысле) и граждан для борьбы с неугодным по их мнению государственным строем, внутренней и внешней политикой, национальной, религиозной, экономической, социальной, военной программами государства;

в) в распространении экстремистской идеологии, учений, сопровождающемся применением насилия или иных радикальных способов, нарушающих установленные государством правовые запреты.

В отечественной научно-исследовательской литературе обычно выделяют три основные формы проявления экстремизма: политический, национальный и религиозный22. В настоящее время, по нашему мнению, к этим формам следует добавить также экстремизм экономический и экологический.

Вместе с тем, отметим, что подобное разделение экстремистских проявлений по политическому, национальному и религиозному признакам, которое присутствует в большинстве научных работ, посвященных этой проблеме, является условным, поскольку все факторы, влияющие на какое-либо социальное явление, находятся в тесном взаимодействии и взаимно влияют друг на друга. Поэтому и выделенные формы экстремизма, как правило, никогда в действительности не выступают в «чистом» виде23. Следует соглаСм.: Мартыненко Б.К. Политический терроризм: понятие, признаки, классификация // Северо-Кавказский юридический вестник. 1999. № 7. С. 66–74; Тамаев Р. Борьба с экстремизмом: необходимо международное сотрудничество // Законность. 2007. № 6.

С. 57.

См.: Верховский А., Папп А., Прибыловский В. Политический экстремизм в России. М., 1999. С. 14–21.

ситься с мнением В.В. Устинова о том, что классификация экстремизма не может быть единственной, окончательной и носить абсолютный характер, поскольку это явление многогранное и динамичное24.

1. Политический экстремизм является исторически и социально обусловленным явлением и его появление вызвано совокупностью объективных и субъективных причин экономического, национального, социального, идеологического, психологического характера. Ознакомление с литературой по проблеме определения понятия политического экстремизма показывает, что, несмотря на осознание необходимости проведения глубоких научных исследований, она недостаточно глубоко изучена как зарубежными, так и отечественными учеными. В Российской Федерации (а ранее в СССР) политический экстремизм в прямой постановке рассмотрен лишь в отдельных статьях и работах25. На него был сделан акцент во время парламентских слушаний «О предупреждении проявлений фашистской опасности в Российской Федерации» в феврале 1995 г. Определенный вклад в изучение вопроса внесла созданная в 1994 г. по инициативе Совета Безопасности Российской Федерации группа ученых из Института социально-политических исследований РАН, Института государства и права РАН, Академии МВД России, Академии ФСБ России и других научных центров и учебных заведений26.

Анализ зарубежной и отечественной литературы по проблеме политического экстремизма позволяет сделать вывод о том, что насилие в рамках данного вида выступает в качестве основного метода борьбы за власть27.

Против данного тезиса трудно возразить, так как действительно политический экстремизм является составной частью политической борьбы, которая, См.: Устинов В.В. Экстремизм и терроризм (проблемы разграничения и классификации) // Российская юстиция. 2002. № 5. С. 34–36.

См.: Грачев А.С. Политический экстремизм. М., 1986; Политический экстремизм в России: информационно-аналитический бюллетень. М., 1995.

См.: Романов Н.А. Указ. дис. М., 1997.

См.: Глухова А.В. Конфликты и кризисы. Консенсус и политические методы его достижения // Государство и право. 1993. № 6.

как известно, осуществляется в целях овладения властью (или ее укрепления, ослабления, ликвидации своих политических противников и т.д.).

Следует отметить, что экстремизм проявляется, прежде всего, именно в сфере политики, борьбы за власть. Здесь он имеет главным образом социально-классовые корни. Вместе с тем такой политический экстремизм дополняется нередко экстремизмом национальным, который втягивает в свою орбиту людей разных национальностей и даже целые народы28.

Политический экстремизм предусматривает насильственные действия, направленные на изменение политического строя или политики, проводимой правительством государства. Иногда его условно подразделяют на «левый», или «революционный», и «правый», однако подобное деление далеко не исчерпывает все формы политических экстремистских проявлений. Так, например, деятельность незаконных вооруженных формирований (с легкой руки журналистов такие формирования некорректно называют бандформированими, что противоречит законодательству)29 в Чечне или действия некоторых подразделений Ирландской республиканской армии трудно подвести под такую классификацию.

Интересно, что ст. 208 УК РФ помещена в раздел IX УК РФ («Преступления против общественной безопасности и общественного порядка»), в то время как основные статьи, устанавливающие уголовную ответственность за экстремизм (ст. 280, 282, 2821, 2822, находятся в разделе X УК РФ («Преступления против государственной власти»). Видимо, законодатель посчитал, что организация незаконного вооруженного формирования имеет прямое отношение к террористической деятельности. Кроме того, законодатель отдельно установил ответственность за организацию экстремистского сообщества (ст.

2821 УК РФ).

См.: Басалай А. Опасность политического экстремизма // Диалог. 1999. № 10.

С. 12 – 19.

См.: ст. 208 УК РФ; ст. 9 Федерального Конституционного закона О Военном положении //Собрание законодательства РФ, 2002, № 5, ст. 375; Ст. 3 Федерального Конституционного закона О чрезвычайном положении //Собрание законодательства РФ, 2001, № 23, Ст. 2277.

Обосновывается политический экстремизм обычно разнообразными утопическими социальными теориями: от псевдореволюционных до фашистских. В большинстве случаев он сопровождается осуществлением террористической деятельности, убийствами политических противников, попытками дестабилизации ситуации в стране и т.п.

Политический экстремизм часто понимается как специфическая позиция в политике, отвергающая компромиссы с противодействующей стороной и отражающая наиболее агрессивные установки субъекта, и как разновидность существующих политических течений, находящихся на крайне левых или крайне правых политических позициях, и как метод политической борьбы, отвергающий согласование и сотрудничество с политическими оппонентами или противником, и как негативный социальный протест, развивающийся на уровнях – общество, классы, отдельные общественные слои, этнонациональные и профессиональные группы – в различных территориальных пределах и на различной идейно-психологической и политической основах.

В связи с многообразием имеющихся точек зрения некоторые исследователи предлагают рассматривать понятие «политический экстремизм» в узком и в широком смыслах. Для решения практических задач, касающихся текущего момента, часто оказывается достаточной узкая трактовка политического экстремизма, под которым обычно понимают незаконную деятельность политических движений и партий, а также должностных лиц и рядовых граждан, направленную па насильственное изменение существующего государственного строя и на разжигание межнациональной и социальной розни.

Для политического экстремизма в таком понимании характерны следующие черты: нелегитимная политическая деятельность, прежде всего незаконное насилие; крайние формы национализма, расизма или социально-классового антагонизма; простота и общедоступность идеологии, умение предложить простые способы и пути решения сложнейших проблем общественной жизни и убедить массы в возможности их успешного осуществления на практике.

Широкий смысл понятия «политический экстремизм» выводится из его этимологии. В общем (и довольно абстрактном смысле) экстремизм – это приверженность к крайним мерам, действиям, взглядам, решениям. Расширительная трактовка политического экстремизма означает его характеристику как всеохватывающего, исторически изменяющегося социальнополитического явления, представляющего собой систему организаций, идеологических положений и установок, а также практических действий, для которых характерным является использование насилия или угрозы его применения по отношению к органам власти и управления, противостоящим политическим образованиям, международным и национальным организациям, отдельным гражданам, населению страны или региона в целях принуждения государственных и политических структур к совершению выгодных экстремистским силам действий30.

Вкладывая в этот термин предельно широкий смысл, под политическим экстремизмом следует понимать такую активность политических субъектов, которая выражается в стремлении определенных индивидов, общественных групп воплотить в жизнь свои политические идеалы и реализовать поставленные задачи всеми доступными средствами, включая различные формы насильственного воздействия, направленные на государственную власть, общество в целом или на какие-либо его элементы, международные организации, обосновывающих и оправдывающих это насилие идеологически.

Системообразующим фактором политического экстремизма как деятельности является цель, понимаемая как многоуровневое явление. Цель – одна из ведущих детерминант политического экстремизма, именно в ней находят концентрированное выражение как внутригосударственные, так и межгосударственные интересы личности, общества и государства. И.В. Воронов и А.Г. Басалай считают, что целью экстремизма как политического явления является дестабилизация, разрушение существующей политической системы, государственных структур и установление режима «правого» или «левого»

См.: Борьба с терроризмом: теория и практика. М., 2005. С. 7.

толка. Цель «левых» экстремистов – бескомпромиссная борьба за мировую революцию, цель «правых» – составить оппозицию правящей власти и добиваться ее свержения любыми средствами. Цели ультраправых экстремистов – борьба с прогрессивными общественными организациями, общественными и политическими деятелями31.

На основе изложенного можно сформулировать следующие характерные признаки политического экстремизма:

1. Политическая направленность экстремистской деятельности, осуществление ее в целях борьбы за власть. Политический характер целей указывает, что, не отличаясь от других подсистем политической борьбы постановкой основной цели – прихода к власти, политический экстремизм расходится с ними по способам ее достижения. Если его политические противники стремятся прийти к власти легитимным путем, то политический экстремизм пытается ее захватить, используя свой основной метод, т.е. насилие.

2. Использование насилия или угрозы его применения по отношению к объектам своих политических интересов путем агрессивного физического и морально-психологического воздействия, стремление добиться поставленных целей любыми средствами.

3. Организованный характер деятельности, наличие системы различных по своей структуре, идейно-политической направленности и материально-технической обеспеченности политических образований, составляющих субъект политического экстремизма.

4. Отказ субъектов политического экстремизма от компромиссов, принятия договоренностей с политическими противниками, что объясняется, вопервых, решительностью в достижении поставленных целей, во-вторых, использованием насилия в качестве основного метода в своей стратегии, и, втретьих, отсутствием веры в возможность достижения политических целей См.: Воронов И.В. Основы политико-правового ограничения социальнополитического экстремизма как угрозы национальной безопасности РФ: автореф. … дис.

канд. полит. наук. М., 2003. С. 4; Басалай А.Г. Опасность политического экстремизма // Диалог. 1999. № 10. С. 12–19.

иными путями.

Представляется, что выделенные признаки политического экстремизма отражают основные его свойства, указывают на отличие от других способов достижения поставленных целей конституционным путем.

2. Экстремизм национальный выступает под лозунгами защиты «своего народа», его экономических интересов, культурных ценностей, национального языка и т.д., как правило, в ущерб представителям других национальностей, проживающих на этой территории. Примечательно, что националистические экстремистские идеи разделяются далеко не всеми представителями этого же народа, что очевидно на примере различных регионов, в том числе и на Северном Кавказе. Обычно конечной целью националистов является создание самостоятельного независимого государственного образования, в котором они претендуют на политическую власть.

Следует отметить, что реализация национальных интересов, а также и решение вопросов, связанных с территориальным обособлением, может осуществляться как правовыми, так и противоправными методами.

К правовым средствам относятся следующие: выборы представителей национальной группы в органы местного самоуправления и в органы государственной власти, местный референдум, проводимый по вопросам национально-культурного развития, референдум по вопросу национальнокультурной автономии и т.п.

Средства и методы национального самоопределения, носящие противоправный характер, направленные на выход из-под юрисдикции суверенного государственного образования, по нашему мнению, следует интерпретировать как национальный экстремизм.

В сфере межнациональных отношений национальный экстремизм находит выражение в разжигании вражды и ненависти между нациями и народностями, вооруженных конфликтах и столкновениях, в региональных войнах, в актах геноцида по отношению к некоренному населению, представителям других этнических образований, выступает с позиции защиты «своей нации», ее прав и интересов, ее культуры и языка. При этом отвергаются подобные же права для других национальных и этнических групп.

Национальный экстремизм органически связан с сепаратизмом (фр.

separatisme – отдельный), т.е. со стремлением к отделению, обособлению. Он направлен на развал многонациональных государств, утверждение господства коренной нации, отражает стремление титульных наций в национальных республиках получить преимущества перед некоренными жителями в политической и социальных сферах. Подобный экстремизм ведет к обострению межнациональных отношений и является источником вражды и конфликтов между народами.

Как следует из п. 2 ст. 1 Шанхайской Конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом 2001 г. «сепаратизм» – «какое-либо деяние, направленное на нарушение территориальной целостности государства, в том числе на отделение от него части его территории, или дезинтеграцию государства, совершаемое насильственным путем, а равно планирование и подготовка такого деяния, пособничество его совершению, подстрекательство к нему, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством Сторон». Сепаратизм имеет признак насилия, и направленность такого насилия, его цель – нарушение территориальной целостности государства32.

Представляется, что сепаратизм (от лат. separatus — отдельный) следует рассматривать как проявление национального экстремизма. Он является особой формой политико-правовой девиации и представляет систему последовательных идей, взглядов и действий, направленных против установленных в законодательстве принципов и норм взаимного сосуществования и совместного проживания граждан на единой территории. Девиантный характер сепаратизма с точки зрения юридического аспекта данного понятия выражается в таких его свойствах, как нелегитимность и противоправность. НелегиСм.: Долгова, А.И., Гуськов А.Я., Чуганов Е.Г. Проблемы правового регулирования борьбы с экстремизмом и правоприменительной практики. М., 2010. С. 74.

тимность сепаратизма обусловливается неприятием целевых установок сепаратистского характера большей частью населения страны. Противоправность сепаратизма предполагает его характеристику в качестве «поведения, отклоняющегося от действующей юридической нормы, судебной практики или прямо такую норму нарушающего»33.

При этом идеологическое обоснование сепаратизма может реализовываться путем апеллирования к традиционным духовно-религиозным ценностям или к национальному самосознанию определенной этнической группы, к национальной идеологии. Эти идеологические установки, по точному замечанию В.Л. Тишкова, как правило, выражаются «в активной агитации за “национальное возрождение”, под которым подразумевается обычно возврат к некой утраченной норме, будь то “историческая территория”, “справедливые границы”, “гармония с природой”, “душа и память народа”, “вековые традиции”, “народная религия” и подобные, сочиненные археологами, историками, этнографами, писателями и журналистами, мифы. Национализм склонен идеализировать прошлое своего народа как цепь славных деяний и великих культурных достижений, а также страданий и несправедливостей, совершенных по отношению к нему другими народами. Происходившие и происходящие повсеместно в мире процессы колонизации территорий, экспансии государств, захватнических войн, культурного взаимодействия, в том числе в форме ассимиляции или интеграции культур, трактуются этническими предпринимателями как злонамеренные действия одного народа (“захватчика”, “колонизатора”) по отношению к другим. В России таким народом представляются русские»34.

Национальный экстремизм почти всегда несет в себе элементы экстремизма политического и весьма часто – религиозного. Представители экстремистских движений часто приравнивают национальность человека к его религиозным убеждениям.

Гревцов Ю.И. Социология права. Курс лекций. СПб., 2001. С. 252.

Тишков В.Л. Что есть Россия? (перспективы нациестроительства) // Вопросы философии. 1995. № 2. С 7.

В области культуры национальный экстремизм ориентирован на изоляционизм, отвержение опыта и достижений других культур; проявляется в пропаганде насилия, жестокости, уничтожении исторических памятников, являющихся национальным достоянием, и других крайних действиях, которые отрицательно сказываются на процессе воспитания, уровне культуры граждан35.

3. Что касается религиозного экстремизма, то под ним понимают нетерпимость по отношению к инакомыслящим представителям той же или других религий, а равно нетерпимость по отношению к атеистам. Религиозный экстремизм находит свои проявления во всех крупных религиях: исламе, индуизме и, отчасти, в христианстве и буддизме. Характерно, что в современных условиях его проповедниками выступают по большей части представители каких-либо сект, в своей идеологии достаточно далеко ушедших от традиционных религиозных догматов.

Например, в исламе религиозный экстремизм берет свое начало в средневековой секте исмаилитов, значительно расходившихся в своих религиозных представлениях с другими мусульманами и практиковавших убийства своих идейных противников, т.е. классические экстремистские, перерастающие в террористические, действия.

По мнению С.Н. Поминова, основными признаками религиозного экстремизма являются: наличие религиозной идеологии, основой которой является нетерпимость к сторонникам иных религиозных взглядов; идеологическое обоснование применения насильственных средств и методов; доминирование эмоциональных способов воздействия в процессе пропаганды религиозных экстремистских идей; создание «непогрешимого» образа лидера религиозного экстремистского культа; наличие деформации сознания у членов экстремистского религиозного объединения, заключающейся в негативном отношении к общепринятым социальным нормам36.

См.: Там же. С. 8.

См.: Поминов С.Н. Организация деятельности органов внутренних дел в сфере Религиозный экстремизм обычно предусматривает не только распространение какой-либо религии, но и создание государственных или административных образований, в которых эта религия стала бы официальной и господствующей. При этом нередко преследуются и чисто экономические и политические цели37. Таким образом, религиозный экстремизм иногда несет в себе элементы экстремизма политического, и на этой основе некоторые авторы ошибочно полагают, что религиозный экстремизм есть разновидность политического экстремизма38. Не менее часто здесь сочетаются религиозный экстремизм с национальным, когда представители какого-либо народа или нескольких народов заведомо считаются потенциальными сторонниками определенной религии, а все остальные – ее противниками. Представители экстремистских движений часто приравнивают национальность человека к его религиозным убеждениям.

В Чечне, например, имеют место и религиозный экстремизм, выступающей под видом модернизированной сектантской ваххабитской идеологии; и политический экстремизм, направленный на создание собственных административных структур, опирающихся в первую очередь на прямые насильственные действия; и националистический экстремизм, утверждающий превосходство вайнахского народа над другими. Все они неразрывно связаны между собой.

Таким образом, можно сделать вывод, что все три компонента имеют место в современных экстремистских действиях на Северном Кавказе, они неразрывно связаны между собой и их взаимодействие, в конечном счете, определяет общую картину экстремистских проявлений в регионе. Борьба с этими сложными и неоднозначными социально-политическими явлениями противодействия проявлениям религиозного экстремизма: автореф. дис. … канд. юрид.

наук. М., 2007. С. 10–11.

См.: Бурковская В.А. Актуальные проблемы борьбы с криминальным религиозным экстремизмом в современной России. М., 2005. С. 15.

См.: Хоровинников А.А. Экстремизм как социальное явление (философский анализ): автореф. дис. … канд. философ. наук. Саратов, 2007. С. 20–21.

требует тщательного анализа и выявления всех составляющих экстремистской деятельности.

Практика показывает, что сосредоточение усилий на преодолении какой-либо одной из этих составляющих, как правило, не приводит к положительному эффекту. Этого можно добиться, лишь используя комплекс различных экономических, военно-политических и идеологических мероприятий, каждое из которых имеет объектом своего воздействия экстремизм в целом.

Причем все эти мероприятия также должны проводиться в тесной взаимосвязи, а их содержание должно своевременно корректироваться с учетом реальной обстановки.

4. В области экологических отношений экологический экстремизм выступает против эффективной природоохранительной политики и научнотехнического прогресса вообще, считая, что ликвидация неблагоприятных в экологическом отношении производств – единственно возможный путь улучшения качества окружающей среды. В отличие от правомерной природоохранной деятельности, экологический экстремизм нацелен на насильственное устранение вредных для окружающей среды производственных мощностей.

5. В сфере экономических отношений экономический экстремизм направлен, прежде всего, на уничтожение многообразия и установление какойлибо одной формы собственности, единых методов ведения хозяйства, сокращение социальных расходов, наступление на социальные завоевания трудящихся, устранение конкуренции в предпринимательской деятельности и др. Он находит отражение в деятельности преступных групп, соорганизовавшихся на базе акционерных обществ, коммерческих предприятий; бандитских нападениях на конкурентов; криминальных насильственных действиях работников кооперативов и товариществ; оказании давления, устрашении руководителей государственных предприятий и др. В последнее время в Российской Федерации самыми распространенными формами проявления экономического экстремизма стали действия, направленные на преступный захват предприятий, заводов, фабрик, иных коммерческих организаций при помощи судебных органов власти путем подделки документов, насильственного приобретения контрольного пакета акций акционерных обществ и т.п.

Существуют и более широкие определения экономического экстремизма. Так, по мнению Л.И. Сугановой, «экономический экстремизм обозначает крайние формы и методы попрания субъектом экономических отношений общепринятых норм и ценностей в отношении другого субъекта, проявляющиеся в нанесении ему витально-материального ущерба»39. С такой точкой зрения сложно согласиться, поскольку с этих позиций к экономическому экстремизму можно причислить практически все преступления против собственности, большинство преступлений в сфере экономической деятельности, а также все (за исключением коммерческого подкупа) преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях.

Анализируя экстремизм, следует, учитывая его многоплановость и многоаспектность, по нашему мнению, проанализировать его соотношение с такими ключевыми понятиями, как «радикализм», «национализм», «фундаментализм», «терроризм». Отметим, что данные термины в политикоправовой, этнополитической, религиоведческой литературе трактуются неопределенно и многозначно.

Прежде всего, это касается соотношения понятий «радикализм» и «экстремизм», которые часто или употребляются как синонимы, или граница между ними не проводится на основе четких критериев. Несмотря на обилие работ, претендующих на раскрытие понятия «радикализм»40, общепринятая дефиниция в научной литературе не выработана.

Суганова Л.И. Проявление экстремизма в социально-экономических отношениях // Феномен экстремизма / под ред. А.А. Козлова. СПб, 2000. С. 42.

См.: Авцинова Г.И. Политический радикализм в России: концептуальные подходы к понятию и пути нейтрализации // Вестник МГУ. 1995. № 3–4; Авцинова Г.И. Политический радикализм как одна из российских традиций // Власть. 1996. № 3; Демидов А.И.

Политический радикализм как источник правового нигилизма // Государство и право.

1992. № 4.

Изначально термин «радикализм» (от лат. radix – корень) означал людей и организации, придерживающихся взглядов на коренные решительные образования. Затем понимание «радикализма» было идеологизировано, закреплено за левым спектром политических сил: за сторонниками буржуазнодемократических преобразований (либерализацию парламента в Англии в XVIII в., введение всеобщего избирательного права во Франции в 1848 г.), за марксистами и другими левыми организациями (XIX – XX вв.). Затем по мере установления современных западных либеральных режимов термин «радикализм» стал употребляться в негативном смысле, в качестве синонима «экстремизма» относительно любых политических сил, принципиально не принимающих данную систему как «слева», так и «справа» (марксисты, правые, националисты, религиозные фундаменталисты и др.)41. В советских справочных изданиях политический радикализм также рассматривался идеализировано, к его сторонникам относили тех, кто «подвергает критике капиталистическую систему и настаивает на необходимости радикальных реформ в рамках его основных общественных институтов или политической системы в целом42.

Политические процессы в СССР во второй половине 1980-х гг. и радикальные реформы начала 1990-х гг. подтолкнули отечественных политологов рассматривать «радикализм» как более сложную категорию. В политических словарях стали указывать, что «не следует считать радикализм крайним течением в политике», так как он включает в себя «радикализм решительных реформаторов конструктивного толка»43, к которым были отнесены умеренные радикалы, которые стремятся к реформированию общества щадящими средствами с минимумом насилия, например, часть либералов и социодемократов.

См.: The New Encyclopedia Britannica. L., 1994. Vol. 8.

См.: Краткий политический словарь. М., 1983.

Политология. Энциклопедический словарь. М., 1993; Политология. Краткий энциклопедический словарь. Ростов-н/Д., 1995.

Многие отечественные и зарубежные авторы определяют «экстремизм»

как синоним радикализма или его крайнюю форму44. Во многих словарях и справочных изданиях вплоть до конца 1990-х гг. понятие «экстремизм» не включалось, а раскрывалось в составе понятия «радикализм»45.

При этом понятием «радикализм» довольно часто определяются такие социально-политические идеи и действия, которые направлены на наиболее кардинальное, решительное («радикальное», «коренное») изменение существующих социальных и политических институтов. Это соотносительный термин, обозначающий, прежде всего, разрыв с уже признанной, существующей традицией, ее капитальное изменение. Иногда радикализм трактуют как «психологический механизм качественного преобразования политических процессов, предполагающий решительные и бескомпромиссные действия для достижения цели, придерживающийся крайних средств достижения цели, социокультурная традиция, обусловленная соответствующим типом личности и национально-цивилизационными особенностями общества и государства»46.

Полагаем, что в современном употреблении термин «радикализм» означает, прежде всего, выраженное стремление к решительным, «корневым»

идеям, а затем и к методам их достижения, и к связанным с этими идеями соответствующим действиям. Соответственно, употребление термина «радикализм» как синонима понятия «экстремизм» есть не вполне точное словоупотребление: между данными понятиями существует определенная разница. В отличие от экстремизма, радикализм фиксируется, прежде всего, на содержательной стороне тех или иных («корневых», крайних, хотя и не обязательно «экстремальных») идеях и, во вторую очередь, на методах их реализации. Радикализм может быть исключительно «идейным», а не действенным, в отлиСм., напр.: Левшуков Р.А. Религиозный экстремизм в Карачаево-Черкесской Республике // Ислам и политика на Северном Кавказе. Ростов-н/Д., 2001; Малышева Д.Б. Религиозный фактор в вооруженных конфликтах современности: развивающиеся страны Азии и Африки в 70–80-е годы. М., 1991; Суслова Е.С. Религия и проблемы национальной безопасности на Северном Кавказе: дис. … канд. филос. наук. М., 2004.

См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1989.

Политическая психология. М., 2001. С. 382.

чие от экстремизма, который всегда бывает действенным, но не всегда идейным.

Экстремизм, в первую очередь, фиксирует внимание на методах и средствах борьбы, несколько отодвигая содержательные идеи на второй план. О радикализме обычно говорят применительно к идеологически, политически и социально крайне ориентированным организациям, партиям или партийным фракциям, политическим движениям, группам и группировкам, отдельным лидерам и т. д., оценивая идейную направленность и степень выраженности такого стремления. Об экстремизме говорят, оценивая степень крайности методов реализации таких стремлений.

Радикализм – это «идеология коренных перемен в обществе»; он может переходить в экстремизм тогда, когда идеологически обосновывается применения насилия для решения различных проблем общества. Радикализм заключается в требовании конкретного положительного результата, который является целью. Экстремизм отличается от радикализма тем, что является незаконным, противоречащим законодательству.

Итак, понятие «радикализм» не является составной частью понятия «экстремизм». Идеологически экстремизм неоднороден, может проявляться как в левом, так и правом спектре политического процесса. В отличие от радикалов, действующих легитимно, стремящихся реализовать свою стратегию и тактику в правовом поле, экстремисты стремятся к немедленному разрушению существующей государственно-правовой системы и созданию общества на идеологической основе конкретных политических концепций и доктрин.

Отличительным признаком экстремизма является ориентация на захват политической власти или ее дестабилизацию средствами и методами борьбы, которые выходят за рамки законных, с точки зрения международного или национально-государственного права, включая насильственные методы и террор.

С понятиями «экстремизм», «радикализм» тесно связано и понятие «национализм».

Отечественные исследователи выделяют в Российской Федерации пять типов национализма47:

• национализм «классический» – стремление к полной независимости;

• национализм паритетный – стремление к возможно полному суверенитету на основе концепции разделенного суверенитета;

• экономический национализм – самостоятельность в экономической сфере как обеспечение движения к возможно полному суверенитету;

• оборонительный, или защитный, национализм, при котором в идеологии и законодательной практике доминируют идеи защиты территории, культуры и др.;

• модернизационный (либеральный) национализм – идеология инновационного развития по сравнению с другими регионами.

В чистом виде, как отмечают исследователи, эти типы национализмов не прослеживаются, но вычленяются по доминирующем идеям48.

Радикальным национализмом являются классический и оборонительный, которые, при определенных условиях, могут приобрести характер этнонационального экстремизма. Этнонационализм находится в сложном взаимодействии с религией. Этнонационализм может включать в свои доктрины конфессиональное учение, но этнонациональная идеология и конфессиональная могут находиться и в состоянии конфликта. В основных современных конфессиях можно (в том числе на Северном Кавказе) выделить три направления: традиционализм (ортодоксы), фундаментализм и модернизм.

В православии, в силу исторических и доктринальных особенностей, традиционализм (официальная позиция Русской православной церкви) носит толерантный характер и не вступает в прямой конфликт с государством. Православные фундаменталисты жестко критикуют пороки современного общества, позицию Патриархии по ряду церковных и государственноСм.: Дробижева Л.М., Акаев А.Р., Коротеева В.В., Солдатова Г.У. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90-х годов. М., 1996. С. 375.

См.: Там же. С. 373.

политических проблем, межконфессиональным отношениям, но никогда не переходят грань, отделяющую радикализм от экстремизма, не прибегают и не призывают к насилию. Иначе обстоит дело с исламом.

Традиционалисты настаивают на строгом следовании выработанным в основном еще в эпоху Средневековья подходам к сакральным текстам, подчеркивают незыблемость традиции прошлого и непререкаемость мнения религиозных авторитетов. Для их позиции характерно резко критическое отношение к рационалистическому анализу религиозных догматов. Традиционалисты отвергают учение средневековых мусульманских мыслителей, ориентировавшихся на античные модели философствования, как явление, коренным образом чуждое исламу, или дают ему религиозно-теологическое толкование. Иначе говоря, по своим мировоззренческим позициям традиционалисты (в суннизме) наиболее близки к представителям суннитской ортодоксии, окончательно сложившейся в XI в.

Следуя далее, отметим, что, проводя различие между современными традиционализмом и фундаментализмом, французский ученый Ф. Бюрга делает упор на присущее последнему целенаправленное действие во имя восстановления адекватных, с точки зрения его сторонников, политических и социальных институтов49.

Иначе фундаментализм (или возрожденчество) определяется тем, что его приверженцы выступают за восстановление принципов «чистого» ислама, освобождение его от позднейших наслоений (которые защищают традиционалисты), призывают к полному (интегральному) претворению в жизнь норм ислама (поэтому их еще иногда называют интегристами). Он провозглашает в качестве своей цели восстановление в современной жизни мусульман конкретных институтов и норм раннего, времен пророка Мухаммеда и первых четырех (праведных) халифов, ислама. Преувеличивая значение уравнительных принципов в жизни мусульман того времени, фундаменталиСм.: Burgat F. L’Islamisme au Magghreb: la voix du Sud (Tunisie, Algerie, Libue, Maroc). P., 1988.

сты видят в ранних общинах идеальное объединение верующих на основе равенства и справедливости.

Исследователи движений радикального ислама указывают на теологические и политические особенности возрождения фундаментальных основ ислама. Если в первом случае речь идет о теории возрождения идеального исламского государства VII в., когда пророком Мухаммедом было основано первое исламское государство, то во втором следует говорить о борьбе фундаменталистов за захват власти насильственным путем и утверждении политической модели государства, основанной на шариате50.

В настоящее время западными учеными и политиками термин «исламский фундаментализм» понимается как совокупность течений мусульманской общественной мысли, направленных на укрепление веры в основополагающие источники ислама, неукоснительное выполнение предписаний Корана и требований шариата, введение традиционных мусульманских установлений в качестве обязательных норм всех сторон жизни51.

Ярким примером исламского фундаментализма, перерастающего в религиозный экстремизм, является ваххабизм, о котором большинству жителей России стало известно после нападения чеченских экстремистов на Республику Дагестан в 1999 г. Сегодня ваххабизм приобретает особую значимость в связи с его различными и всевозможными проявлениями, в том числе криминальными, которые распространяются на Северный Кавказ, Южный, Приволжский и Сибирские регионы России. В последнее время термин ваххабизм всё чаще упоминается средствами массовой информации. Его рассматривают, с одной стороны, с позиции религиозного течения в исламе, с другой

– его отождествляют с религиозным экстремизмом.

Политизация ислама и экстремистские проявления воинствующего исламизма предстали в последние десятилетия в общественном сознании, межСм.: Полонская Л.Р. Современный исламский фундаментализм: политический тупик или альтернатива развития? // Азия и Африка сегодня. 1994. № 11; Jansen J.J.G. The dual nature of Islamic fundamentalism. L., 1997. Vol. XVII. P. 198.

См.: Сажин В.И. К вопросу о цивилизациях, исламе и войнах // Ближний Восток и современность. М., 1998. С. 207.

дународной публицистике, а иногда даже в трудах ученых именно как «исламский фундаментализм». В нашей стране, особенно после развала Советского Союза и начала военных действий в Чечне, «исламский фундаментализм» в массовом сознании зачастую ассоциируется с угрозами и вызовами российской государственности, с радикализмом, экстремизмом и даже терроризмом. Подобные домыслы и страхи выливаются в разгул бытового национализма, в исламо- и ксенофобию, что проявляется в многочисленных публикациях на тему «исламского фундаментализма», которые, как подчеркивает авторитетный отечественный исламовед А. Сагадеев, этими же публикациями провоцируются52.

В таких публикациях, как правило, все мусульмане представляются фундаменталистами и радикалами, а смысловое значение самого ислама варьируется от «исламизма» до «исламского терроризма». Исламский фундаментализм возводится в ранг угрозы России и всему человечеству. Некоторые отечественные политологи и публицисты прямо подчеркивают негативный, устрашающий характер этого явления, якобы угрожающего безопасности России, ее позициям в мусульманском мире53.

Что касается соотношения понятий «экстремизм» и «терроризм», то они зачастую рассматриваются как синонимы. По нашему мнению, это неверно, так как они соотносятся несколько по-иному. В частности, с точки зрения содержательной, терроризм, следуя Федеральному закону «О противодействии экстремистской деятельности», есть одна из форм проявления (практически, крайняя из крайних, если иметь в виду этимологию слова «экстремизм») экстремизма. Экстремизм по своему содержанию значительно См.: Сагадеев А. Исламский фундаментализм: что же это такое? // Азия и Африка сегодня. 1994. № 6. С. 2–7.

См.: Беляев И. Ислам, религия и политика // Диалог. 1990. № 6; Данилов В. Турция и постсоветская Центральная Азия // Азия и Африка сегодня. 1994. № 2; Кудрявцев А.

Ислам и государство в Чеченской Республике // Восток. 1994. № 3; Лившиц В. Политическая ситуация в Таджикистане // Россия и мусульманский мир. 1993. № 1; Микульский Д.

Исламский фундаментализм вчера и сегодня // Заря Востока. 1992. № 1; Титоренко В. Ислам и интересы России // Международные отношения. 1995. № 1; Тыссовский Ю. Исламский фундаментализм // Modus vivendi. 1993. № 5.

шире понятия «терроризм», хотя именно с помощью террора экстремистские организации достигают поставленных политических целей.

Имеются свои особенности и у исламского терроризма. Они обусловлены, прежде всего, его религиозным обоснованием. Это отражается главным образом на индивидуальной мотивации членов экстремистских (террористических) групп, чей фанатизм, тщательно развитый и поддерживаемый руководством группы, позволяет им предпринимать такие рискованные и часто самоубийственные акции, на которые вряд ли решились бы не религиозно-мотивированные террористы. Гибель в ходе джихада – а именно так расценивают свою деятельность эти группы – являются, с их точки зрения, прямой дорогой в рай, и неудивительно, что многие экстремисты не только готовы, но и стремятся погибнуть во время выполнения задания.

Для исламских террористов характерна высокая степень духовноэмоциональной вовлеченности в террористический акт. Это еще одно отличие от нерелигиозного терроризма, которому свойственна некоторая отрешенность, отделение личности террориста от совершаемого им теракта. Террорист рассматривается и рассматривает себя как холодное, расчетливое орудие, инструмент, с помощью которого делается еще один шаг на пути к цели.

Исламский же экстремист видит в террористическом акте не только средства достижения цели, но и свое личное спасение (в религиозном смысле). Он относится к нему как к форме служению Аллаху, что делает для него террористический акт гораздо более «личным» делом, чем для нерелигиозного террориста. Применение террора может стать эмоционально религиозным действием, что приводит к тому, что его эмоциональное воздействие на террориста становится основной мотивирующей силой террористического акта.

Возвращаясь к началу настоящего параграфа, подчеркнем, что экстремизм как социальное явление невозможен без действий, его отражающих и выражающих. Эти действия можно именовать, следуя за законом, «экстремистская деятельность», и в задачу законодателя входит формулирование не определения экстремизма, как то иногда предлагается в науке54, а именно тех конкретных форм экстремистской деятельности, которые требуют уголовно-правового реагирования.

Отметим, что предпринимались попытки определить экстремистскую деятельность в международном праве. Так, наиболее удачная попытка в этом направлении была предпринята странами-участницами Шанхайской организации сотрудничества в июне 2001 г. В принятой ими Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом в ч. 3 ст. 1 экстремизм (точнее было бы, следуя изложенным выше соображениям, говорить об экстремистской деятельности) определяется как «какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них, и преследуемые в уголовном порядке в соответствии с национальным законодательством Сторон»55.

Статья 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» определяет содержательное наполнение экстремистской деятельности, относя к ней следующие преступные и административно наказуемые проявления:

• насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;

• публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;

• возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;

См., напр.: Жилкин М.Г. Уголовно-правовые аспекты борьбы с экстремизмом // Экстремизм и другие криминальные явления. М., 2008. С. 41; Сирик М.С. Квалификация экстремисткой деятельности по УК РФ // Противодействие преступности: уголовноправовые, криминологические и уголовно-исполнительные аспекты. Материалы III Российского Конгресса уголовного права, состоявшегося 29–30 мая 2008 г. М., 2008. С. 665.

Московский журнал международного права. 2001. № 4. С. 234.

• пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

• нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;

• воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения;

• воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения;

• совершение преступлений по мотивам, указанным в п. «е» ч. 1 ст.

63 УК РФ;

• пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения;

• публичные призывы к осуществлению указанных деяний либо массовое распространение заведомо экстремистских материалов, а равно их изготовление или хранение в целях массового распространения;

• публичное заведомо ложное обвинение лица, замещающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением;

• организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;

• финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путем предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг.

Таким образом, под экстремизмом следует понимать социальное системное явление, в рамках которого объединенные на основе общих политических, идеологических, национальных, религиозных, расовых, социальных, экологических, экономических взглядов и убеждений представители последних совершают, движимые экстремистскими побуждениями, противоправные действия, направленные на насильственное распространение таких взглядов и искоренение взглядов, отличных от отстаиваемых ими.

§ 2. Исторический аспект формирования норм, предусматривающих уголовную ответственность за экстремистскую деятельность Изучение истории развития уголовного права является необходимой методологической составляющей исследования его современного состояния, поскольку позволяет выявить прообразы нынешних норм уголовного закона, определить тенденции развития последних и сформулировать в ряде случаев согласованные с историческим опытом предложения по совершенствованию действующего законодательства. До настоящего времени не утратили актуальности слова Н.Д. Сергеевского: «…Наука уголовного права не может ограничиться одним действующим уголовным законом, оставив в стороне его прошлое, его историю. Проследив происхождение известного института или законоположения, мы узнаем те условия, которые породили его и которые влияли на его развитие; зная это, мы имеем возможность оценить его современное значение, иначе говоря, мы получаем возможность решить: должно ли быть это законоположение сохранено, или оно должно уступить место другому… Каково должно быть это новое законоположение – при разрешении этого вопроса изучение прошлых эпох дает опять-таки незаменимое руководство векового опыта. …Историческое направление ведет за собою не регресс уголовного законодательства, не возвращение к старым формам, а наоборот, оно есть необходимое условие прочного прогресса»56.

Обращаясь к истории норм, предусматривающих уголовную ответственность за экстремизм, нам представляется возможным выделить пять периодов в их развитии:

• с середины XIX в. до 1917 г. (дореволюционный период);

• с 1917 по 1958 гг. (советский период массовых идеологических репрессий);

• с 1958 г. по конец 1980-х гг. (советский период подавления инакомыслия);

• с конца 1980-х гг. по 2002 г. (период становления законодательства об ответственности за экстремистские проявления);

• с 2002 г. по настоящее время (современный период).

1. Дореволюционный период выделяется нами с середины XIX в. и оканчивается событиями октября 1917 г. Бесспорно, прообразы тех норм, которые сегодня устанавливают уголовную ответственность за экстремистскую деятельность, существовали в российском уголовном праве и ранее57, однако само по себе явление экстремизма в том виде, в каком его отличительные черты сформулированы в предыдущем параграфе, появилось в России лишь в середине XIX в., в основном с появлением крайне левых по убеждениям группировок, прибегавших для достижения своих целей к практике политического террора и ставивших своей целью свержение существовавшего государственного строя. «Петрашевцы», «Народная расправа», «Земля и воля», «Народная воля» и другие организации являют собой в истории России первые примеры экстремистских по методам деятельности организаций. Экстремистская идеология очевидно прослеживается в уставных и идеологичеСергеевский Н.Д. Русское уголовное право. Пособие к лекциям. Часть Общая.

Издание седьмое. СПб., 1908. С. 8.

См., напр.: Ревина В.В. Ретроспективный анализ уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за преступления экстремистской направленности // Российский следователь. 2009. № 14. С. 8–12.

ских документах этих организаций, таких, например, как «Катехизис революционера»58, составленный С.Г. Нечаевым в 1869 г.: «Революционер – человек обреченный. …Он в глубине своего существа, не на словах только, а на деле, разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром, и со всеми законами, приличиями, общепринятыми условиями, нравственностью этого мира. Он для него – враг беспощадный, и если он продолжает жить в нем, то для того только, чтоб его вернее разрушить. …Он презирает общественное мнение. Он презирает и ненавидит во всех ея побуждениях и проявлениях нынешнюю общественную нравственность. Нравственно для него всё, что способствует торжеству революции. …Беспощадный для государства и вообще для всего сословно-образованного общества, он и от них не должен ждать для себя никакой пощады. Между ними и им существует тайная или явная, но непрерывная и непримиримая война на жизнь и на смерть. …Революционер вступает в государственный, сословный и, так называемый, образованный мир и живет в нем только с целью его полнейшего, скорейшего разрушения. Он не революционер, если ему чего-нибудь жаль в этом мире. Если он может остановиться перед истреблением положения, отношения или какого либо человека, принадлежащего к этому миру, в котором – всё и все должны быть ему равно ненавистны».

Соответственно, с появлением экстремистски ориентированных организаций законодатель начинает специально реагировать на эти преступные проявления: если в процессе декабристов Верховный уголовный суд ограничился вменением обвиняемым общеуголовных преступлений, то, начиная с середины XIX в., в законодательстве появляются специальные, говоря современным языком, анти-экстремистские нормы.

Революционный радикализм в России: век девятнадцатый. Документальная публикация / под. ред. Е.Л. Рудницкой. М., 1997. С. 244–248.

Так, ст. 319 главы 6 «О противозаконных сообществах» Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.59 была предусмотрена ответственность за принадлежность к сообществам, которые «по особому, объявленному в установленном порядке, распоряжению правительства, запрещены». Кроме этой нормы, Уложение, что вполне ожидаемо, устанавливало ответственность за бунт против власти верховной (ст. 249–250), сопротивление распоряжениям правительства и неповиновение установленным от оного властям (ст. 262–2751); очевидно, что, устанавливая ответственность за эти деяния, законодатель предполагал, что они совершаются по политическим мотивам, из неприятия действующего государственного строя, и ставят своей конечной целью его свержение или ослабление. Отметить также следует ст. 2811 Уложения, устанавливавшую ответственность за публичное разглашение или распространение «заведомо ложных о деятельности правительственного установления или должностного лица, войска или воинской части сведений, возбуждающих враждебное к ним отношение…», как частичный прообраз нынешней ст. 282 УК РФ.

Приведенные нормы Уложения 1845 г. практически в полном объеме оставались действующими нормами до конца истории уголовного законодательства дореволюционной России. Вместе с тем, часть норм Уложения еще до 1918 г. была замещена нормами последнего памятника уголовного права Российской Империи – Уголовного уложения 1903 г.60 Преступления, которые относятся сегодня к проявлениям экстремизма, получили в этом Уложении значительно бльшую проработанность по сравнению с Уложением 1845 г., и значительное количество норм имеют свои параллели в действующем УК РФ 1996 г.

См.: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Издание 1885 г. Свод законов Российской Империи. Том XV // Свод законов Российской Империи. Издание неофициальное / под ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. В 5 кн. Кн. 5. СПб., 1912.

См.: Уголовное Уложение. (Статьи, введенные в действие). Издание 1909. Свод законов Российской Империи. Том XV // Свод законов Российской Империи. Издание неофициальное / под ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. В 5 кн. Кн. 5. СПб., 1912.

Так, в соответствии со ст. 100 Уложения наказывалось насильственное посягательство на изменение в России или в какой-либо ее части установленных Основными Государственными Законами образа правления или порядка наследия Престола или на отторжение от России какой-либо ее части;

ст. 101 карала приготовление к такому деянию, а ст. 102 – участие в сообществе для его учинения. Статья 124 Уложения устанавливала ответственность за участие «в сообществе, заведомо воспрещенном в установленном порядке», а ст. 125 – за участие «в сообществе, заведомо поставившем целью своей деятельности: 1) возбуждение к неповиновению, или противодействию закону, или обязательному постановлению, или законному распоряжению власти;

2) возбуждение вражды между отдельными частями или классами населения, между сословиями, или между хозяевами и рабочими; 3) возбуждение рабочих к устройству или продолжению стачки…». Более строго в соответствии со ст. 126 Уложения каралось участие «в сообществе, заведомо поставившем целью своей деятельности ниспровержение существующего в государстве общественного строя…»; как участник всех указанных сообществ наказывался также тот, кто допускал собрание сообщества в помещении или месте, ему принадлежащих или состоящих в его управлении или заведывании (ст. 127).

При этом ч. 2 ст. 127 Уложения позволяла освободить от наказания или смягчить наказание участнику сообщества, донесшему о нем прежде его обнаружения.

Целый блок статей Уложения (ст. 128–132) устанавливал ответственность за публичное произнесение или чтение публично речи либо сочинения, или распространение либо публичное выставление сочинения или изображения, порицающих существующий образ правления или порядок наследия престола (ст. 128), возбуждающих учинение бунтовщического или изменнического деяния, ниспровержение существующего в государстве общественного строя, неповиновение или противодействие закону или иным властным актам (ст. 129); за непубличное распространение таких учений в среде сельского населения, войск, рабочих или «вообще таких лиц, в коих эти учения или суждения не могли бы встретить надлежащего противодействия и возбуждение коих в то же время угрожало бы опасностью государственному спокойствию» (ст. 130). Авторство таких сочинений или изображений, а равно их размножение, хранение или перевозка специально карались ст. 132 Уложения (при условии, что их распространения или публичного выставления не последовало).

Таким образом, дореволюционному законодательству были известны нормы, которые сегодня содержатся в ст. 278–280, 282–2822 УК РФ, и позитивный опыт ряда из них может быть учтен современным законодателем, о чем еще будет сказано далее. С другой стороны, очевидно узкое понимание законодателем экстремистской мотивации, сводившейся только к мотивам политической (идеологической) ненависти или вражды и отчасти ненависти или вражды к социальной группе; официальная идеология Российской Империи еще не признавала существования национальной, расовой или религиозной неприязни или розни.

2. Советский период массовых идеологических репрессий в истории анти-экстремистского законодательства следует начинать с 1917 г. В Советской России, с одной стороны, идеи равенства наций и народностей, их право на самоопределение и суверенитет, были провозглашены в декрете II Всероссийского съезда Советов от 26 октября 1917 г. «О мире», Декларации прав народов России от 2 ноября 1917 г., Конституции РСФСР 1918 г. На этих идеях основывалась впервые появившаяся в отечественном законодательстве уголовно-правовая охрана национального и расового равноправия граждан.

Дореволюционное уголовное законодательство России, как только что было отмечено, не предусматривало ответственности за возбуждение национальной вражды и розни. С введением в действие УК РСФСР 1922 г.61 данная норма появилась впервые. Статья 83 УК РСФСР 1922 г. предусматривала одну форму возбуждения национальной вражды и розни: путем агитации и пропаганды. Вторая часть данной статьи предусматривала квалифицированСУ РСФСР. 1922. № 15. Ст. 153.

ный состав агитации и пропаганды, совершаемой во время войны и направленной к неисполнению гражданами возложенных на них воинских или связанных с военными действиями обязанностей и повинностей. Возбуждение национальной вражды и розни печатной пропагандой и агитацией, путем изготовления и распространения литературных произведений, в отношении других видов преступлений против порядка управления предусмотрено не было.

Следует также отметить ст. 125 кодекса, устанавливавшую ответственность за «воспрепятствование исполнению религиозных обрядов, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательствами на права граждан», в которой законодатель стремился хотя бы формально поставить заслон экстремистским проявлениям в отношении религии и религиозных обрядов.

С другой стороны, в это время уже формируются нормы, которые под видом борьбы с экстремистскими проявлениями фактически допускали преследование политических и идеологических противников существующего строя; и если в Российской Империи государственная власть мирилась с существованием отличной от официальной идеологии (при условии что она не угрожала насильственным ниспровержением государственного строя), то в СССР никакой иной идеологии, кроме официальной, существовать не могло.

Фактически и юридически любая иная идеология объявлялась угрожающей существующему строю, т.е. преступной, а говоря современным языком – экстремистской.

Средством к тому служила редакция ст. 57 УК РСФСР 1922 г., содержавшая понятие контрреволюционного преступления: «Контрреволюционным признается всякое действие, направленное на свержение завоеванной пролетарской революцией власти рабоче-крестьянских Советов и существующего на основании Конституции Р.С.Ф.С.Р. Рабоче-Крестьянского Правительства, а также действия в направлении помощи той части международной буржуазии, которая не признает равноправия приходящей на смену капитализма коммунистической системы собственности и стремится к ее свержению путем интервенции или блокады, шпионажа, финансирования прессы и т.п. средствами». Вполне обоснованно относя к контрреволюционным преступлениям организацию в контрреволюционных целях вооруженных восстаний или вторжения на советскую территорию вооруженных отрядов или банд или участие в них, участие во всякой попытке в тех же целях захватить власть в центре и на местах или насильственно отторгнуть от РСФСР какую-либо часть ее территории, или расторгнуть заключенные ею договоры (ст. 58, 60), участие в выполнении в контрреволюционных целях террористических актов (ст. 64), УК РСФСР 1922 г. наряду с тем допускал вследствие крайне расплывчатых формулировок преследование лиц, идеологически или политически не приемлющих сложившийся строй. Примером тому могут служить «участие в организации или содействие организации, действующей в направлении помощи международной буржуазии» (ст. 61) (т.е. необязательно ставящей своей целью насильственное свержение строя, поскольку в ст. 57 говорится о «т.п.», т.е. в том числе мирных способах свержения), «участие в организации, действующей в целях, означенных в 57 статье Угол. код., …всяким иным путем в явный ущерб диктатуре рабочего класса и пролетарской революции, хотя бы вооруженное восстание или вооруженное вторжение и не являлось ближайшей задачей деятельности этой организации» (ст. 62), «пропаганда и агитация в направлении помощи международной буржуазии, указанной в ст. 57-й» (ст.70), «изготовление, хранение с целью распространения и распространение агитационной литературы контр-революционного характера» (ст. 72).



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
Похожие работы:

«2 Вопросы правоприменительной практики (DE LEGE LATA) К. В. Звенигородская* ДОГОВОР СуПРуГОВ О РАзДЕЛЕ ИМущЕСТВА: ПРОбЛЕМы ТЕОРИИ И ПРАкТИкИ Необходимость в разделе общего имущества супругов возникает, как правило, в связи с расторжением брака. Однако закон не связывает возможность раз...»

«Зарема Хасановна Ибрагимова Кавказцы Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=16045965 Кавказцы. / Ибрагимова З.Х.: Пробел-2000; Москва; 2010 ISBN 978-5-98604-236-7 Аннотация Сборник статей приурочен к 65-летию Победы нашей страны над фашистской Герм...»

«ОТЧЕТ О ПРОВЕДЕНИИ ИССЛЕДОВАНИЯ контракт от 12.12.2014 № №25-МЮ/2014 на тему "Проведение исследования коррупции в Мурманской области социологическими методами в рамках регионального антикоррупционного мониторинга" Мурманск, 2014 СПИСОК ИСПОЛНИТЕЛЕЙ Вес...»

«Аргунов А.В 1. Справка по вопросу о санкционировании лжи в гражданском процессе Франции 2. Прежде чем ответить на вопрос о возможности сторон французского гражданского процесса безнаказанно лгать в отношении фактов дела,...»

«Пилы дисковые с твердосплавными пластинами Пилы для обработки древесины. И01М ПИЛЫ УНИВЕРСАЛЬНЫЕ Пилы дисковые с твердосплавными пластинами для продольного распила мягкой древесины на круглопильных станках. Тв...»

«24 июля 2007 года N 209-ФЗ РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН О РАЗВИТИИ МАЛОГО И СРЕДНЕГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Принят Государственной Думой 6 июля 2007 года Одобрен Советом Федерации 11 июля 2007 года (в ред. Федеральных...»

«ЖАЛЫБИН Владимир Витальевич КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА И ПРОФИЛАКТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С НЕЗАКОННЫМ ОБОРОТОМ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ Специальность 12. 00. 08 —уголовное право и криминология;...»

«ПРАК ТИК А Процесс Копия документа как доказательство в суде. Что делать, когда нет оригиналов? Основной вопрос: что делать, когда в подтверждение своей позиции в суде есть только копии документов? Примет ли суд их как доказательства, если подлинн...»

«Проспер Мериме Этрусская ваза Серия "Новеллы Проспера Мериме" Текст предоставлен правообладателем. http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=172022 Мериме П. Кармен: новеллы: Эксмо; Москва; 2011 ISBN 978-5-699-47962-7 Оригинал: ProsperMrime, “Le vase trusque” Перевод: Дмитрий Васильевич Григорович Аннотация ".Обязанность...»

«1 Автор Алфёров А.Н Директор Некоммерческого партнерства содействия государственно-общественному управлению в образовании "Доверие.Партнерство.Право" Роль Совета отцов как коллегиального органа управления в образовательной организаци...»

«стр.2 ББК67 УДК34 Т46 Тихомиров А.В. Медицинское право. Практическое пособие. М.: Издательство "Статут", 1998. 418 с. В правовых спорах, вытекающих из оказания медицинской помощи, до настоящего времени не сло...»

«2012 ВЕСТНИК САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА Сер. 14 Вып. 4 НАЛОГОВОЕ ПРАВО Е. В. Килинкарова* ПРАВОВЫЕ ПОЗИЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ ПО ВОПРОСАМ НАЛОГООБЛОЖЕНИЯ1 Правовые позиции Конституционного Суда РФ по вопросам налогообложения имеют огромное значение для развити...»

«ОТЧЕТ об итогах голосования на внеочередном общем собрании акционеров акционерного общества "Псковский кабельный завод" г. Псков 25.05.2016 г. Полное фирменное наименование Общества: Акционерное общество "Псковский кабельный завод" Место нахождения Общества: Российская Федерация, г. Псков Вид общего собрания: внеочередное Форма проведе...»

«Вестник Евразийского национального университета им. Л. Н. Гумилева Серия Юридические науки. 2012 № 4 (14) Нурмаганбетов А.Ж., студент Евразийского национального университета им. Л.Н.Гумилева www.enu.kz ПРОСВЕЩЁННЫЙ АРАБСКИЙ АБСОЛЮТИЗМ В XXI ВЕКЕ И...»

«Дункан Уоттс Здравый смысл врет. Почему не надо слушать свой внутренний голос Серия "Мозг на 100%" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=2819815 Здравый смысл врет. Почему не надо слушать свой внутренний голос / Дункан Уоттс ; [пер. с англ. А. Чичериной].: Эксмо; Москва; 2012 ISBN 978-5-...»

«УТВЕРЖДАЮ Заведующий ГУО "Ясли-сад №9 г. Пружаны" О.А. Кот Правила внутреннего трудового распорядка для работников ГУО "Ясли-сад №9 г. Пружаны"СОГЛАСОВАНО Протокол заседания профсоюзного комитета от _№ 1. О...»

«ПРИНУДИТЕЛЬНЫЙ ТРУД И ТОРГОВЛЯ ЛЮДЬМИ Руководство для инспекторов труда Целевая программа борьбы с принудительным трудом ПРИНУДИТЕЛЬНЫЙ ТРУД И ТОРГОВЛЯ ЛЮДЬМИ Руководство для инспекторов труда Беате Андрес Международное бюро труда © Международная организация труда, 2009 Перв...»

«РОССИЙСКИЙ НОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Т.Э. ЗУЛЬФУГАРЗАДЕ НОТАРИАТ Учебная программа МОСКВА РОССИЙСКИЙ НОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ 00.0353 Т.Э. ЗУЛЬФУГАРЗАДЕ НОТАРИАТ Учебная программа МОСКВА Т.Э. Зульфугарзаде – к.ю.н., доцент кафедры...»

«1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1.1. Основная образовательная программа бакалавриата (далее по тексту–ООП), реализуемая АНО ВПО "Академический международный институт" по направлению подготовки 030900 (40.03.01).62 Юриспруденция (гражданско-правовой профиль подготовки) представляет собой систему документов, ра...»

«Отчет по внешнему визиту (аудиту) IQAA Отчет по внешнему визиту (аудиту) IQAA СОСТАВ ВНЕШНЕЙ ЭКСПЕРТНОЙ ГРУППЫ Ювица Николай Владимирович, руководитель группы, д.э.н., профессор кафедры менеджмента Евразийского национального университета имени Л.Н.Гумилева, И...»

«Дмитрий Игоревич Демин E-mail-маркетинг. Как привлечь и удержать клиентов Серия "Маркетинг для профессионалов" Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8480997 E-mail-маркетинг. Как привлечь и удержать клиентов: Питер; Санкт-Петербург; 2...»

«С изменениями Утверждаю Генеральный директор МУП ПО "Казэнерго" Ю.Д.Елисеев _ "16" января 2012 г. Конкурсная документация к открытому конкурсу на право заключения договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на о...»

«Россия | Налоговое и юридическое консультирование | 19 сентября 2016 года Legislative Tracking Be in the know Содержание Разъяснения Минфина России по вопросу переноса убытка КИК на будущие периоды для целей исчисления налога на прибыль Разъяснения Минфина Росси...»









 
2017 www.net.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.