WWW.NET.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет ресурсы
 

«МИФОТВОРЧЕСТВО ...»

На правах рукописи

Найдыш Ольга Вячеславовна

ОБЫДЕННОЕ СОЗНАНИЕ И МИФОТВОРЧЕСТВО

Специальность 09.00.01 – онтология и теория познания

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Москва - 2011

Работа выполнена на кафедре онтологии и теории познания факультета

гуманитарных и социальных наук Российского университета дружбы

народов.

Научный руководитель: доктор философских наук, профессор Гнатик Е.Н.

Официальные оппоненты:

доктор философских наук, профессор Делокаров К.Х.

доктор философских наук, профессор Баксанский О.Е.

Ведущая организация: Московский государственный горный университет

Защита состоится 15 июня 2011 г. в 15-00 часов на заседании Диссертационного совета по философским наукам Д 212.203.02 в

Российском университете дружбы народов по адресу:

17198, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 10 а, ауд. 415.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке

Российского университета дружбы народов по адресу:

117198, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 6.

Автореферат разослан 13 мая 2011 г.



Ученый секретарь Диссертационного совета кандидат философских наук, доцент О. Н. Стрельник

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. На рубеже ХХ-ХХ1 вв. в условиях глубинных социально-экономических и общественно-политических преобразований нашего общества в его духовной культуре проявилась тенденция роста активности обыденного сознания. Все основные профессионализированные формы духовной культуры (политическая идеология, правосознание, мораль, искусство, философия, наука, религия и др.) оказались под сильнейшим прессом обыденного сознания. В некоторых случаях обыденное сознание даже претендует на то, чтобы заменить собой некоторые из них. Прежде всего это касается науки, которую пытаются подменить либо возрождающимися архаичными формами сознания (оккультизмом, магией, астрологией, спиритизмом и др.), либо комплексом квазинаучной мифологии, в котором синкретично соединены элементы научной картины мира и мифообразы народных верований, сохранившиеся в недрах обыденного сознания до наших дней1.

Важно, что возрастание активности обыденного сознания проявляется не только в отечественной духовной культуре. Это явление характерно и для культурной жизни других обществ и цивилизаций. «Восстание масс», о котором глубоко рассуждал Х. Ортега-и-Гассет еще в первой половине ХХ в., - не только социально-политический, но и культурный феномен, который со всей своей несокрушимой силой проявился в конце ХХ – начале ХХ1 вв.

На наших глазах все более усиливается глубинная мировая тенденция возрастание роли и значимости обыденного сознания в системе духовной культуры.

Все это актуализирует вопрос о сущности обыденного сознания.

Старая, сложившаяся в отечественной философской литературе советского времени точка зрения на обыденное сознание как преходящую, реликтовую, пережиточную, давно исчерпавшую свой духовный потенциал и не имеющую никакой исторической перспективы форму культуры, которая должна быть неизбежно преодолена и «снята» высшими, рафинированными формами сознания, себя изжила. На обыденное сознание нужно посмотреть новыми глазами, попытаться прояснить его глубинные существенные особенности, детальнее охарактеризовать его конкретно-исторические формы, оценить творческие возможности, исторические перспективы и др.

Степень разработанности проблемы. Понятие «обыденное сознание»

имеет длительную историю. В мировой философской литературе (особенно в новоевропейскую эпоху) был накоплен первоначальный опыт исследования обыденного сознания. В отечественной философской литературе систематическое исследование проблемы обыденного сознания начинается с 1960-х гг. В истории исследования обыденного сознания в отечественной литературе можно выделить несколько этапов.

См. В защиту науки. Бюллетень №1. М., 2006; Наука и квазинаучные формы культуры.

М., 1999; Наука и квазинаука. М., 2008, и др.

На первом этапе этих исследований (1960-1970-е гг.) обыденное сознание анализировалось в русле марксистской философской традиции и отождествлялось с массовым сознанием, общественной психологией.

Обыденное сознание противопоставлялось научному и философскому сознанию, трактовалось как правило в контексте категориальных противопоставлений «эмпирическое-теоретическое», «теоретическоепрактическое», «когнитивное-ценностное», «систематизированноенесистематизированное» и др. (Б.А.Грушин, В.Ж. Келле, М.Я. Ковальзон3, Т.А. Кузьмина4, Т.И.Ойзерман5, В.П. Тугаринова6, А.К. Уледов7, И.А.

Чудинов8, В.А. Штофф9 и др.). В работах этого этапа отмечалась связь обыденного сознания с многовековым опытом масс, детерминация обыденного сознания формами практики, его связь с генезисом научнофилософского познания, отмечалось, что формой его объективации является естественный язык, а продуктом является знание особого, дотеоретического типа и др. При этом, в целом доминировали отрицательные оценки обыденного сознания. Подчеркивалось, что обыденное сознание связано лишь с непосредственным отражением структур повседневности и в силу этого неизбежно ограничено, негативно, наивно, наполнено предрассудками, заблуждениями, ложными воззрениями, антагонистично по отношению к теоретическому, научно-философскому знанию и др.

Вместе с тем, на данном этапе были заложены теоретикометодологические основы гносеологического и социологического анализа обыденного сознания. Кроме того, было показано, что обыденное знание не является аморфным хаотическим образованием, оно в определенной мере систематизировано; когнитивные, эмоционально-аффективные и волевые компоненты в нем тесно переплетены и представлены различными синкретическими сочетаниями – это здравый смысл, эмпирические знания, навыки (в том числе технологические), привычки, предрассудки, иллюзии, устоявшиеся взгляды, обычаи, суеверия, мифологические и фольклорные формы (сказки, пословицы, верования, приметы и др.), заблуждения и др.

При этом, в обыденном сознании доминирует не когнитивные, а непосредственно практические цели, поэтому оно позволяет субъекту осваивать и воспроизводить формы предметно-практического освоения мира, ориентироваться в повседневной жизни, структурах повседневного общения и др. Это позволило уточнить связь понятия «обыденное сознание» с понятиями «массовое сознание», «практическое сознание», «практический Грушин Б.А. Мнение о мире и мир мнений. М., 1967.

Келле В.Ж., Ковальзон М.Я. Формы общественного сознания. М., 1959.

Кузьмина Т. А. Проблема соотношения философии и обыденного сознания в истории философии//Вопросы философии. 1970. № 10.

Ойзерман Т. И. Философия и обыденное сознание//Вопросы философии. 1967. № 4.

Тугаринов В.П. Философия сознания. М., 1971.

Уледов А.К. Структура общественного сознания. М., 1968.

Чудинов И.А. Обыденное сознание масс. Л., 1973.

Штофф В.А. Введение в методологию научного познания. Л., 1972.

разум», с общественной психологией, показать, что между ними существуют достаточно непростые отношения.

Второй этап - 1980-1990- е гг. - время развития и утверждения идеалов демократизации общества, перестройки и гласности. Жизненнопрактический опыт людей, апробированный практикой их здравый смысл все чаще противостояли официальной идеологической догматике. Реальной опорой в оценках социальных перспектив все в большей мере становилось обыденное сознание людей, их здравый смысл. В этих условиях в отечественной философской литературе закономерно возрос интерес к обыденному сознанию, диапазон его исследований значительно расширился.

Проблема обыденного сознания становится одной из центральных в комплексе философских и социо-гуманитарных исследований духовной культуры. Особенность этого этапа в том, что отечественная философская мысль в исследовании обыденного сознания вышла за рамки марксистской традиции и активно усваивала те непреходящие наработки в понимании сущности сознания, психики, духовности, которые были получены в западноевропейской философии и гуманитарной мысли ХХ в. 10 В результате «концептуальное поле» проблемы обыденного сознания значительно расширилось (Б.А. Грушин, И.А. Бутенко, Л.Г. Гуслякова, В.А.





Черняк, К.Т.Талипов, Б.Я. Пукшанский, В.Н. Горелова, В.Г.Федотова, Л.И.

Насонова, Л.Я. Гозман, Е.В. Улыбина и др.) В него оказались включенными вопросы об отношении обыденного сознания к бессознательному11, социокультурный контекст обыденного сознания12, углубилась проработка гносеологических аспектов проблемы обыденного сознания и др. Обыденное сознание рассматривалось как «мир повседневности»13, как носитель здравого смысла14, языковой картины мира15, как особый тип Прежде всего, это труды по проблемам сознания и духовности Э. Гуссерля, Э.Кассирера, З. Фрейда, К.Г. Юнга, М.Хайдеггера, К. Леви-Строса, Э. Фромма, Ж.-П.

Сартра, К. Ясперса и др. В том числе и труды в области философского анализа связи языка и сознания – Л. фон Витгенштейна, Н. Хомского, Ж.Лакана, Р. Барта, П. Рикера и др. Важную роль здесь сыграли и философские работы Дж. Бернала, М. Вартовского, М.

Бунге, К. Поппера, Т.Куна, И. Лакатоса, С. Тулмина, Г. Райла и др. Теоретический аппарат, используемый для решения проблемы обыденного сознания, расширялся и за счет использования достижений отечественной дореволюционной философской традиции в области постижения природы сознания (В.С. Соловьев, С.Л. Франк, Н.О. Лосский, Н.А.

Бердяев, Г.Г. Шпет, С.Н. Булгаков, братья С.Н. И Е.Н. Трубецкие, А.Ф. Лосев и др.).

См.: Бессознательное. Сб. статей. Т.1. Новочеркасск. 1994.

Насонова Л.И. Духовное жизнетворчество личности. М., 1995; Белов В.Н. Обыденное сознание и человеческое бытие. Саратов. 1996.

Грушин Б.А. Массовое сознание. М., 1987; Бутенко И.А. Социальное познание и мир повседневности: горизонты и тупики феноменологической социологии. М., 1987;

Гуслякова Л.Г. Динамика обыденного сознания. Минск. 1985.

Общественное сознание и его формы. М.,1986; Черняк В.А., Талипов К.Т. Диалектика теоретического и обыденного сознания. Алма-Ата. 1985.

Яковлева Е.С. Фрагменты русской языковой картины мира (модели пространства, времени и восприятия). М., 1994.

рациональности16, как носитель вненаучного знания17, как особая субкультура18, в связи с психологией эмоциональных состояний19, этнопсихологией20 и др.

В итоге было выяснено, что многие сущностные черты обыденного сознания не определяются через их противопоставление научнотеоретическому познанию; обыденное сознание многофункционально, оно регулирует не только познавательное отношении к миру, но и практическое, эстетическое, соционормативное. Обыденное сознание – это не просто некий реликтовый уровень общественного сознания, а особая, качественно своеобразная, самостоятельная сфера духовной жизни общества, имеющая свои закономерности функционирования и исторического развития21. Была показана многокомпонентность, многослойность состава и структуры обыденного знания. Углубленный анализ структуры обыденного сознания привел к формированию новых понятий – обыденное самосознание, обыденное мировоззрение, обыденная картина мира как обобщенная чувственно-образная составляющая обыденного мировоззрения 23 и др.

В конце 1990-х гг. и в 2000-е гг. исследования обыденного сознания в отечественной философской литературе поднимаются на качественно новый уровень. Начинается новый, третий этап в их развитии. Расширяется «поле исследований» обыденного сознания и его теоретико-методологическая база.

Так, в частности, углубляется связь философских и психологических аспектов данной проблематики24. Основные акценты в проблематике обыденного сознания сместились в область конкретных типов обыденного сознания25; исторических типов (парадигм) обыденного сознания26; роли обыденного сознания в решении глобальных проблем цивилизации27; его Загадка человеческого понимания. М., 1991; Горелова В.Н. Обыденное сознание как философская проблема. Пермь. 1993.

Заблуждающийся разум? Многообразие вненаучного знания. М., 1990.

Структура культуры и человек в современном обществе. М., 1987; Федотова В.Г.

Практическое и духовное освоение действительности. М., 1992.

Гозман Л.Я. Психология эмоциональных отношений. М., 1987.

Улыбина Е.В. Обыденное сознание: структура и функции. Ставрополь. 1998.

См.: Миронов М.Е. Обыденное сознание и современность (философский анализ). М., 2002.

Пукшанский Б.Я. Обыденное сознание. Опыт философского осмысления. Л., 1987.

Бабушкин В.У. О природе философского знания. М., 1978. С.179-180.

Фронтально используются достижения отечественной психологической науки (Л.С.

Выготский, С.Л. Рубинштейн, А.Н.Леонтьев, А.Р. Лурия, П.Я. Гальперин, В.П. Зинченко, В.В. Давыдов, А.Г. Спиркин, П.В. Симонов, А.В. Брушлинский и др.), в том числе исторической психологии.

Рачипа А.В. Обыденное правосознание населения среднего города России:

социокультурный аспект. Ростов на Дону. 2004.

Челышев П.В. Исторические парадигмы обыденного сознания. М., 2003; Ледовских Н.П.

Обыденное сознание россиян ХУ111-Х1Х вв. СПб. 2001.

Делокаров К.Х. Философия и человек в век глобальных проблем. М., 1998.

аксиологических аспектов28; ментальности29; проблемы понимания30 и его разных типов31; закономерностей функционирования обыденного сознания в сетях современных социальных отношений32, связей обыденного сознания и властных отношений33 и др.

Выделились и совершенно новые, ранее мало исследовавшиеся аспекты проблемы обыденного сознания. Среди них особый интерес вызывает проблема связи обыденного сознания с мифотворчеством. В философской литературе наличие тесной связи обыденного и мифологического сознания неоднократно отмечалось34. Вместе с тем, конкретный характер этой связи в литературе трактуется самым различным образом. Здесь и полное отождествление мифологического и обыденного сознания35, и представление мифологического сознания как одного из типов обыденного сознания36, и представление мифологического и обыденного сознания как двух последовательных уровней сознания37. Существуют и другие точки зрения по данному вопросу. Сложилась ситуация, выраженная одним из авторов следующим образом: «утверждение о мифологической природе обыденного сознания нуждается в более детальной проверке»38.

Таким образом, по вопросу о конкретном характере связи обыденного сознания и мифотворчества в отечественной философской литературе единого мнения нет, проблема нуждается в более глубоком и детальном анализе.

Объектом исследования является обыденное сознание как особый компонент духовной культуры, общественного сознания.

выступают: структура обыденного Предметом исследования сознания, закономерности его функционирования и исторического развития, роль и место мифотворчества в функционировании обыденного сознания Цели и задачи исследования. Основной целью нашего диссертационного исследования является выявление закономерностей Афанасьев А.П. Мудрость или нравственная философия здравого смысла: исследованиеразмышление. М., 2004.

Социально-психологические проблемы ментальности. М., 2004.

Кашин В.В. Онтологические и гносеологические проблемы генезиса понимания. Уфа.

2000.

См., например: Аносова Л.М. Физиогномика. Курс лекций. Иркутск. 2006.

Маркова И. Социальные репрезентации демократии в обыденном и рефлексивном мышлении // Психологический журнал. 1996. №5. С.56-68.

Губин В.Д. Человек в поисках Родины. М., 2010. С.113-128.

Московичи С. Социальная психология. 7-е изд. СПб., 2007; Барт Р. Мифологии. М., 2008; Касавин И.Т., Щавелев С.П. Анализ повседневности. М., 2004, С. 153-170; и др.

Донцов А.И., Баксанский О.Е. Схемы понимания и объяснения физической реальности // Вопросы философии. 1998, №11.

Дашевский В.В. Социально-политические особенности мифологизации политического сознания. Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд. психологических наук. М., 1997.

Улыбина Е.В. Психология обыденного сознания. М., 2001.

Там же. С.104.

взаимоотношения обыденного сознания и мифотворческой активности сознания.

Достижение основной цели работы осуществляется в ходе решения следующих исследовательских задач:

1. Изучение и обобщение истории исследования обыденного сознания и мифотворчества в мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли, выработка понятийного аппарата для анализа проблемы связи обыденного сознания и мифотворчества.

2. Концептуальное моделирование сущности мифотворчества как формы активности сознания.

3. Выявление связей мифотворчества с фундаментальными характеристиками обыденного сознания.

4. Развитие представлений об историзме обыденного сознания, его исторических типах.

5. Анализ творческого потенциала обыденного сознания.

Теоретико-методологическая основа исследования определяется объектом, целью и задачами исследования. В основу исследования положены труды классиков мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли по проблемам обыденного сознания и природы мифотворчества.

Методологической основой работы выступают: принцип историзма, системный подход, типологический и компаративистский анализы, междисциплинарный синтез, категориальный аппарат философской теории развития. Используются результаты феноменологического метода.

Научная новизна исследования определяется тем, что в нем на основании обобщения истории исследований обыденного сознания и мифотворчества в мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли разработана оригинальная концепция взаимосвязи обыденного сознания и мифотворчества.

Результаты исследования, представляющие научную новизну, состоят в следующем:

1. Обобщена история исследования обыденного сознания в мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли с позиций, предполагающих выяснение связей обыденного сознания и мифотворчества.

2. Обобщена история исследования мифотворчества в мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли. Выбран и детализирован концептуальный аппарат, воспроизводящий сущность мифотворчества как особой деятельности сознания, продуцирующей различные формы неинтерпретируемой наглядно-чувственной образности.

3. Проанализированы закономерности связи обыденного сознания и мифотворчества; с помощью понятия «жизненный мир» прояснена роль мифотворчества в функционировании обыденного сознания.

4. На основе представлений о закономерной связи обыденного сознания и мифотворчества уточнены исторические характеристики обыденного сознания.

5. Проанализирован творческий потенциал обыденного сознания, его исторические перспективы в том новом типе духовной культуры, который складывается в эпоху постмодерна.

Положения, выносимые на защиту.

1. История исследования обыденного сознания в мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли показывает, что обыденное сознание – это уровень, пласт сознания, ориентированный на воспроизводство феноменальной стороны бытия (сферы явления), которое принципиально субъектоцентрично. Когнитивная составляющая обыденного сознания представлена обыденным знанием, а ценностная – здравым смыслом. По мере исторического развития познания, совершенствования образования, средств информации и др. обыденное знание существенно изменяется за счет обогащения результатами профессионального духовного производства. А здравый смысл, т.е. ценности, убеждения, нормы, ориентирующие в рамках обыденного сознания формы деятельности и общения человека, апробирован многовековой повседневной практикой и потому имеет объективное основание.

В силу субъектоцентричности воспроизводства феноменальной стороны бытия обыденным сознанием здравый смысл в конечном счете подчиняет себе обыденное знание. Иначе говоря, важнейшая характеристика обыденного сознания, его конституирующая основа – это доминирование смысловых, ценностных факторов над когнитивными.

2. Обобщение истории изучения мифотворчества показывает, что термин «мифотворчество» имеет два основных словоупотребления – широкое и узкое. В узком значении мифотворчество – это пласт, уровень сознания первобытной родовой формации, особый (дотеоретический) способ обобщения мира в виде наглядных образов. В широком значении мифотворчество – это некоторая универсальная особенность сознания, состоящая в порождении неинтепретируемой обобщенной наглядно– чувственной образности, характеризующаяся недифференцированностью когнитивного и ценностного аспектов сознания и волевой интенциональностью субъекта.

Если использовать термин «мифотворчество» только в узком значении, то проблема «обыденное сознание и мифотворчество» редуцируется до анализа особенностей первобытного сознания (имеет ли смысл выделять в первобытном сознании особую подсистему обыденного сознания; и если имеет, то в чем состоят ее особенности). Если же мы понимаем под мифотворчеством универсальную способность сознания, тогда возникает философская проблема о связи обыденного сознания и мифотворчества в истории духовной культуры. На этом пути необходимо связать историзм обыденного сознания с мифотворческом как культурной универсалией.

3. Закономерная связь обыденного сознания и мифотворчества раскрывается через понятие «жизненный мир». Это понятие отражает то обстоятельство, что обыденное сознание функционирует не в абстрактном пространстве психологических форм, а в реальных условиях жизни, являясь средством разрешения постоянно изменяющихся отношений субъекта (обладающего определенным набором потребностей, интересов, средств их удовлетворения и др.) с окружающей его средой (материально-природной и социальной). Жизненный мир – это особая подсистема обыденного сознания, воспроизводящая те глубинные сущностные связи (потребности человека как биосоциального существа, мотивы, интересы и др.), которыми субъект закономерно и необходимо погружен в мир, «вживлен» в него и таким образом становится неотрывным от бытия. Жизненный мир человека неизбежно мифологизирован.

4. Каким образом мифотворчество оказалось включенным в обыденное сознание, стало его неотъемлемым моментом? Ответ на этот вопрос лежит в области истории обыденного сознания, закономерностей основных исторических типов обыденного сознания, которые складывались в истории культуры по мере развития форм деятельности и способов общения людей.

Предметно-действенное сознание и первобытное мифологическое сознание – два первых исторических типа сознания. Предметно-действенное сознание предельно синкретично; здесь действие, смысл и образ еще неразрывны. В такой синкретичности коренятся глубинные истоки единства познания, искусства, нравственности и повседневного обыденного опыта.

Обыденное сознание как самостоятельная сфера коллективного сознания здесь еще не сложилась.

Сознание первобытной родовой общины двухслойно. Его нижний слой представлен массивом стихийно-эмпирического знания, который включал в себя множество конкретных сведений о среде, в которой протекала жизнедеятельность человека. Этот слой может быть отнесен к обыденному сознанию первобытности. Верхний слой сознания первобытной родовой общины - это первобытная мифология как «дотеоретический» способ обобщения мира в форме наглядных образов.

В условиях становления цивилизации формируется рациональнопонятийное отношение субъекта к объекту, преодолевается важнейшая особенность первобытного мифотворчества – отождествление объекта и его образа в сознании субъекта, неразличение объективной реальности и содержания сознания. Происходит становление обыденного сознания традиционного общества, в котором отождествление объекта и его образа в сознании субъекта уже преодолено, но связи обобщенных чувственных образов с объективной реальностью не осознаются, остаются не интерпретируемыми.

При этом постепенно дифференцируются когнитивные и ценностные функционалы сознания; на уровне обыденного сознания когнитивная составляющая проявляется в форме обыденного знания, а ценностная – в форме здравого смысла. Обыденное сознание традиционного общества носит ценностно-доминирующий характер.

В новоевропейском типе сознания (культура Модерна) на первый план выдвигается познавательная, логико-рациональная активность, а ценностные регуляторы отодвигаются на второй план. Это когнитивно-доминирующий тип сознания, в котором обыденное сознание выступает как подсистема, имеющая свою «область применимости» - структуры повседневности, регулируемые ценностно-смысловыми отношениями.

При этом, в эпоху Модерна элитарное сознание интеллектуализирует обыденное сознание. Мыслительный процесс преобразует чувственное содержание образов обыденного сознания так, чтобы на первый план выступили такие его свойства, которые связаны с семантическими функциями образа. Мир смыслов обыденного сознания, «жизненный мир»

отодвигается на "задний план" сознательной жизни, оставаясь как правило неявным.

5. Творческий потенциал обыденного сознания определяется его способностью продуцирования обобщенной наглядной образности, устанавливать множественные ассоциативные связи между наглядными образами, метафоризацией сознания, пролиферации образов и т.д. Все эти черты порождаются глубинной связью обыденного сознания и мифотворчества.

Обыденное сознание способствует катализации интеграционных процессов в сознании, с его помощью прокладываются новые связи, вырабатываются новые отношения между разными формами сознания, осуществляется ассоциативное взаимодействие между непроизвольными и произвольно регулируемыми тенденциями мыслительного процесса. При непосредственном участии обыденного сознания профессионализированные формы сознания насыщаются образностью и семантическим богатством, метафоричностью. Обыденное сознание поддерживает эмоциональное, чувственно-аффективное отношение человека к миру и тем самым способствует снижению накала противоречий человека и мира, меры отчуждения человека (и социума) от природы, сближению природного и культурного и др.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что полученные результаты могут быть использованы для дальнейшего анализа проблем обыденного сознания, природы мифотворчества, исторических закономерностей развития духовной культуры. Результаты исследования могут быть использованы при разработке спецкурсов по проблемам онтологии и теории познания, истории культуры, социальной философии, истории и философии науки, философии культуры.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации были представлены на 5 научных конференциях по тематике «Диалог цивилизаций: Восток-Запад. Глобализация и мультикультурализм: Россия в современном мире» в РУДН: VI Межвузовской научной конференции молодых ученых ( Москва, 2006 г.), VII Межвузовской научной конференции молодых ученых (Москва, 2007 г.), VIII Межвузовской научной конференции молодых ученых (Москва, 2008 г.), IХ научной конференции молодых ученых (Москва, 2009 г.), Х научной конференции молодых ученых (Москва, 2010 г.), а также в 7 научных публикациях в различных изданиях (в том числе и двух из списка ВАК).

Структура работы отражает цели и задачи исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и библиографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, показана степень разработанности проблемы, сформулированы цели и задачи диссертационного исследования, определены объект и предмет исследования, теоретико-методологическая основа исследования, показаны его новизна, сформулированы тезисы, выносимые на защиту, практическая значимость работы.

В первой главе диссертации («Проблема обыденного сознания в истории философской мысли») анализируется развитие представлений о природе обыденного сознания в истории философской мысли, начиная с эпохи античности вплоть до начала ХХ1 в.

В первом параграфе рассмотрены трактовки обыденного сознания в античной и средневековой философской мысли. Показано, что представление о своеобразии обыденного сознания, его отличии от философскотеоретического сознания и первые объяснения такого различия сложились еще в эпоху античности. Представление об обыденном сознании в античной философии трактуется по пути противопоставления форм чувственного и рационального знания, мнения и доказательного научно-философского знания, практического и теоретического разума, знания общедоступного и знания элитарного. Представлена общая логика развития античных представлений об обыденном сознании - от Гераклита к Элейской школе;

софистам; киникам, которые поставили обыденное сознание на уровень не только объекта, но и субъекта философского творчества; к Демокриту;

Платону с его концепцией мнения, которое может быть как ложным, так и истинным, которое «ведет нас к правильным действиям ничуть не хуже, чем разум»39; Аристотелю, который сближал обыденное сознание и практическое сознание, практическую мудрость (френезис), которая в вопросах практической жизни (к ним он относил не только повседневножитейские знания, но государственный практический рассудок) превосходит теоретическое сознание40.

В эпоху эллинизма философские интересы переместились в сферу анализа внутреннего мира личности, ее самосознания и самопереживания.

Изменились и трактовки обыденного сознания. Так, эпикурейцы не высоко оценивают обыденное сознание, которое, по их мнению, не способствует воспитанию, а лишь вызывает смятение душ, является вредной иллюзорной формой сознания, выражением суетливого мнения толпы. С точки зрения скептицизма бытие в его сущности и многоообразии не может быть постигнуто никаким сознанием, ни научно-философским, ни обыденным; в Платон. Теэтет // Платон. Соч.: В 3 т. Т. 2. М., 1970. С. 273-274. См. также Платон.

Менон. // Платон. Соч.: В 3 т. Т. 1. М., 1968. С. 408.

Аристотель. Никомахова этика// Аристотель. Соч.: В 4 т. Т. 4. М., 1983. С. 176-182.

этом отношении между ними нет никаких различий. При этом, обыденное сознание, опирающееся на чувственную достоверность, ближе к реальности, чем теоретическое, которое они трактовали как догматизм. А вот в стоицизме обыденное сознание получило высокую оценку. Душа человека часть божественной разумной души, а ее проявлением является здравый смысл, благодаря которому человек способен достичь разумной согласованности своей жизни и космического процесса, и тем самым найти путь к счастью.

Социальное лицо феодального средневековья определяли межличностные отношения, для воспроизводства которых в первую очередь необходимы эмоционально-ценностные, а не рационально-когнитивные функционалы сознания. Поэтому средневековое сознание ориентировано на продуцирование не объективных знаний, а ценностей; вере оно отдает предпочтение перед знанием. В духовной культуре средневековья господствовало обыденное сознание, обладавшее повышенной экзальтированностью, амбивалентностью реального и нереального, правды и вымысла и т.д. Элитарное (доктринально-религиозное, идеологизированное) сознание видело в обыденном сознании прежде всего практический здравый смысл, ограниченный жизненно-бытийными, мирскими ситуациями. Так, Фома Аквинский считал, что, формируясь в русле практической жизни (vita activa), обыденное сознание противостоит жизни духовной, религиозной, созерцательной (vita contemplativa), на путях которой только и возможно акты непосредственной интуиции, духовного сосредоточения, (через мистического озарения) познание бога. А такая созерцательная жизнь – достояние избранных. Обыденного сознания недостаточно для обоснования вероучения в целом. Однако его вполне достаточно для доказательства отдельных частей вероучения. Поэтому в нем можно усматривать хотя и не основное, но важное вспомогательное средство для приобщения к христианской вере.

Оценки обыденного сознания в истории средневековой культуры изменялись в направлении возрастания его значимости (в связи с изменением отношения к физическому труду, инженерной деятельности, утверждением духа изобретательности и др.). Качественный сдвиг происходит в эпоху Возрождения с ее ощущением самодостаточности личности, духом индивидуализма, гуманизмом. Обыденное сознание – это прежде всего умение устанавливать гармонические пропорции и соразмерности; при этом «от человеческого тела проистекает всякая мера», оно выражает собой гармонию мира. Обыденное сознание – мощный инструмент человека, но и оно, как и элитарное сознание, бессильно перед сверхсознанием Бога. В эпоху Ренессанса обыденное и элитарное сознание по своей значимости приравниваются друг к другу. Так, Николай Кузанский показывает, что даже самое глубокое философское познание, не уступает незнанию, не преодолевает обыденное знание41; ведь тождественность Бога и мира Кузанский Н. Об ученом незнании//Н.Кузанский. Соч. в 2 т. Т.1.М., 1979. С.48.

проявляется именно в «незнании», т.е. в обыденном сознании, в здравом смысле («прямом и искреннем» сердце).

Во втором параграфе анализируются трактовки обыденного сознания в новоевропейской философии42, которая в целом высоко оценивала роль и значение обыденного сознания в жизнедеятельности человека. В ХУ11 – ХУ111 вв. мировоззренческий контекст данной проблемы состоял в том, что человек – природное существо, все качества человека, в том числе обыденное сознание, определяются самой природой. Обыденное сознание – это некий естественный базис мышления и познания, в нем заключена немалая доля истины, это - фундамент интеллектуальной деятельности43. При этом, рационалисты усматривали такой фундамент в априорных (врожденных) структурах сознания, а эмпирики – в достоверности чувственного опыта44.

Век Просвещения разнообразно и противоречиво трактовал природу обыденного сознания. Наряду с мнением, что между обыденным и элитарным сознанием нет качественного различия, они различаются лишь в зависимости от предмета отражения (Кондильяк и др.) или различной эмоциональной нагруженностью (А.Гельвеций и др.), существовала точка зрения, что в обыденном сознании больше заблуждений, чем истины и потому оно требует «очищения» через образование и воспитание (П.Гольбах). В сенсуалистическом феноменологизме Д.Юма господствовало представление, что здравый смысл при всех его достоинствах существенно ограничен и не позволяет отличить реальное от воображаемого и иллюзорного. В идейной борьбе против этой позиции выросла философская школа «здравого смысла» (Т. Рид, Дж. Кэмпбелл и др.), согласно которой здравый смысл – это основа и условие нормального человеческого рассудка;

это априорные, изначальные, «врожденные», самоочевидные, интуитивные и непреложные принципы человеческого сознания, благодаря которым осуществляется связь между нашим разумом и внешним миром. Принципы здравого смысла являются фундаментом науки, философии, искусства, всех форм культуры45.

Новые подходы в трактовке сущности обыденного сознания сложились в немецкой классической философии. Так, Кант критикует школу «здравого смысла» с позиций принципа активности сознания и разрабатывает модель обыденного сознания, в которой функции обыденного В новоевропейской философии термин «обыденное сознание» полисемантичен: чувства, ощущения человека; манера суждения, свойственная всем людям; общепринятое знание или мнение; способность суждения; способность здравого беспристрастного рассуждения; умение правильно, логично, рассуждать и делать правильные выводы на основании рассудительного понимания жизненных ситуаций; совокупность стихийных, некритических, традиционных и наивных знаний, противостоящих научно-философскому осмыслению действительности; знание, непосредственно складывающее в практической деятельности или (и) морали человека; интуитивная способность сознания; инстинкты личности и способность основывать свое поведение на них и др.

Декарт Р. Правила для руководства ума// Р. Декарт. Соч.: В 2 т. Т.1.М.,1989. С.78.

Локк Дж. Об управлении разумом // Дж. Локк. Сочинения. В 3-х т. Т.2. М., 1985. С.220.

Рид Т. Исследование человеческого ума на принципах здравого смысла. СПб., 2000.

сознания определяются динамикой сознания и характером отношения сознания к внешнему миру - теоретическим или практическим. По Канту, обыденное сознание – это сознание, не достигающее уровня внутреннего единства, уровня всеобщности и необходимости. Оно не систематизировано и живет стихией предмета, потому ему свойственны сомнения, беспокойство, неуверенность. Пытаясь выйти за пределы чувственного восприятия, оно впадает в противоречия, опутывается загадками, погружается в туман неизвестности, неясности и неустойчивости. Чтобы достичь уровня элитарного сознания (наука, философия), обыденное знание должно быть подвергнуто обобщению и доведено до систематического единства. А в сфере «практического разума» обыденное сознание ограничивается непосредственными жизненными, насущными интересами и потребностями человека.

Достаточно глубоко трактовал обыденное сознание Ф.Шеллинг, который сближал его с художественно-эстетическим отражением мира. Для него обыденное сознание – это сознание, которое находится «на низшей степени абстракции»46, оно не способно различать «объект воздействия и воздействующее или действующее»47. Шеллингу удалось зафиксировать важную черту обыденного сознания – его нерефлексивность. Обыденное сознание – это такое сознание, в поле зрения которого попадает только объект и не попадает отношение субъекта к объекту.

Идея развития в теорию познания проникает в творчестве Гегеля, который усматривал основания эволюции сознания в его внутренних противоречиях. У Гегеля знание переходит от одной ступени к другой (сознание – самосознание – разум – дух) по мере обнаружения противоречий между сущностью и явлением, предметом и понятием о нем, и др. Как качественно различны сущность и явление, так закономерен и качественный разрыв между обыденным сознанием и теоретическим (философским) мышлением, сознанием. Гегель подчеркивал ограниченность, односторонность обыденного сознания, наличие в нем заблуждений, его метафизический, конечный и рассудочный характер, его «суеверное отношение к абстракциям»48. Обыденное сознание не способно постигать бесконечное49, входить в рассмотрение внутренних существенных связей, стремится «пересадить небо на землю» и др. 50. Вместе с тем, Гегель разграничивает понятия обыденного сознания и здравого смысла, придает здравому смыслу аксиологическое содержание, сближает его с понятиями общественного мнения и нравственности51. С точки зрения Гегеля, в истории культуры обыденное сознание преодолевается философским, теоретическим Шеллинг Ф. Система трансцендентального идеализма //Шеллинг Ф. Соч.: В 2 т. Т.1.М.,

1987.С.445.

Там же. С.445.

Гегель Г.В.Ф. Наука логики. Т.1. М.,1970. С.143.

Гегель Г.В.Ф. Энциклопедия философских наук. Т. 1. М,, 1974. С. 127.

Гегель Г.В.Ф. Эстетика. Т.3. М., 1971. С.358.

Гегель Г.В.Ф. Философия права. М.,1990. С.352.

сознанием, «снимается» им, уступает место философскому, научнотеоретическому видению мира.

В третьем параграфе рассмотрены трактовки сущности обыденного сознания в западноевропейской философии Х1Х-ХХ вв. Для преодоления разрыва между элитарной и народной культурой, научно-философским и обыденным сознанием много сделал в первой трети Х1Х в. романтизм, который исходил из того, что высшей формой духовности является искусство, которое призвано стать концентрированным выражением сущности жизни. Обыденное сознание – это рассудочное, абстрактнопонятийное сознание, свойственное науке, в то время как элитарное сознание – это «живое» художественно-образное, эстетическое сознание.

Призывая к возрождению мифологии, романтики стремились «оживить»

омертвевшее обыденное сознание.

В марксизме, связывавшем природу общественного сознания с практической деятельностью, сложилось противоречивое отношение к обыденному сознанию. С одной стороны, он подчеркивал недостаточность обыденного сознания для понимания и решения проблем науки и философии, неправомерность апелляций к здравому рассудку в решении глубоких теоретических проблем52. С другой стороны, им подчеркивалась и тесная взаимосвязь обыденного и научно-философского сознания, насыщение обыденного сознания достижениями научно-теоретической мысли53. При этом, для марксизма свойственно ограничивать ценностный аспект обыденного сознания, сводить его лишь к классовым ценностям, ставить здравый смысл в прямую зависимость от «классового интереса» и др.

В ХХ в. проблема обыденного сознания остается одной из ключевых в западноевропейской философской мысли. Развиваются экспериментальноэмпирические исследования обыденного сознания как фактора непосредственной коммуникации, личных отношений или взаимодействий между разными социальными группами54. В немецкой философии ХХ в., на наш взгляд, наиболее существенный вклад в разработку проблематики обыденного сознания был внесен феноменологической философией.

Сложившаяся в ней концепция «жизненного мира» вплоть до настоящего времени оказывает существенное воздействие на исследования обыденного сознания и открывает концептуальные возможности выяснения связей обыденного сознания и мифотворчества. Она анализируется в четвертом параграфе первой главы.

В феноменологии Э. Гуссерля развивается интенциональная трактовка сознания, которая приводит его к выделению двух установок сознания – естественной (мир простирается перед субъектом как мир реальной действительности, независимо от того, воспринимается она или не воспринимается субъектом) и феноменологической (мир как существующий Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 4. С. 299.

Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 302.

См.: Bartlett F.C. Thinking: an experimental and social study. L. 1958.

несомненно и конституируемый в абсолютном сознании). На базе естественной установки формируется обыденное сознание, естественнонаучное познание, эмпирические науки о природе и духе. При такой установке бытие сознания не зависит от реальной действительности, не нуждается в ней, а само существование реальности является сомнительным и неопределенным. Феноменологическая редукция – это очищение результатов естественной установки от их натуралистичности, преодоление их нерефлексируемости, способ осознания того, что начало бытия лежит в жизни самого сознания.

Можно ли отделить из комплекса многообразных форм сознания, возникших из естественной установки, собственно обыденное сознание?

Гуссерль предложил решение этого вопроса с помощью понятия «жизненный мир» (Lebenswelt). «Жизненный мир» – это донаучное, докатегориальное сознание, предшествующее возникновению науки и не исчезающее вместе с ее возникновением; это та мера, в которой сознание может определяться объективным миром. «Жизненный мир» представлен множеством наглядно-чувственных образов (восприятий), погруженных в контекст определенной культуры. Он имманентно включен в высшие формы культуры, в том числе в науку, и является истоком первоначальных, интуитивно очевидных смыслов. «Жизненный мир» - это смысловая основа обыденного сознания. Мир смыслов обыденного сознания имплицитно функционирует на "заднем плане" нашей сознательной жизни.

Дальнейший анализ этой категории показал55, что жизненный мир проявляет себя многообразно. Во-первых, он воплощает в себе и интуитивно функционирующий смысловой горизонт нашего историко-культурного опыта, и соответствующие такому опыту чувственно-эмоциональные переживания. Во-вторых, он выражает собой некие границы, основания и фон существования субъекта как телесно-биологического, органического существа, включенного в систему природно-определенных связей и отношений. В-третьих, он выражает основания субъективной способности к деятельности, к способности действовать в мире, изменять его и «располагаться» в нем. В-четвертых, в понятии жизненного мира имплицитно содержится и представление о пределах взаимопонимания субъектов, тех границах, где пересекаются «пространства» их социального опыта и пережитого времени.

В пятом параграфе первой главы проанализирована история развития проблемы обыденного сознания в отечественной философской традиции послеоктябрьского периода (см. стр. 4-9).

Вторая глава диссертации – «Мифотворчество в деятельности сознания». В ней анализируются историко-философские аспекты проблемы В работах М.Хайдеггера, М.Мерло-Понти, Х.-Г. Гадамера, Ю. Хабермаса и других представителей западноевропейской философской мысли ХХ в. Сложилась традиция изучения понятия жизненного мира в отечественной философской мысли (В.В. Бибихин, В.И.Молчанов и др.). Проблеме жизненного мира посвятил свою лекцию на Дне философии в Москве, в МГУ им. М.В.Ломоносова, 18 ноября 2009 г. Ю. Хабермас.

мифотворчества и современные подходы к пониманию места мифотворчества в деятельности сознания, в развитии знания от наглядночувственной образности к абстрактно-рациональной мысли.

В первом параграфе дан общий обзор подходов к анализу природы мифотворчества как особой деятельности сознания в истории философии и гуманитарного познания. Показано, что за прошедшие два столетия конкретно-научных исследований мифотворчества был не только накоплен грандиозный массив эмпирических данных о мифах народов мира, определен целый ряд закономерностей мифотворчества, но и разработано немало концепций и теорий мифотворчества56. Одним из важных результатов этих исследований является вывод о том, что термин «мифотворчество»

имеет два основных типа словоупотребления – широкое и узкое. В узком значении мифотворчество – это некоторая черта культуры первобытной родовой формации, пласт первобытного сознания («дотеоретический способ обобщения мира в виде наглядных образов»). В широком значении мифотворчество – это некоторая универсальная особенность сознания, состоящая в порождении неинтерпретируемой наглядной образности. И тогда первобытная мифология является в исторической развертке первой, но не единственной, формой такой наглядной образности.

Во втором параграфе анализируется мифотворчество как универсальная форма активности сознания. Оно характеризуется следующими чертами. Во-первых, продуктом этой деятельности сознания являются конкретно-чувственные, наглядные образы. Во-вторых, такие конкретно-чувственные образы являются обобщением действительности. Втретьих, мифологическое обобщение не стремится выделить в обобщаемом образе существенное и несущественное, а нацелено на абстрагирование таких свойств, которые кажутся субъекту жизненно значимыми. Вчетвертых, в мифотворческой образности когнитивное и ценностное, знание и переживание мира не отделены друг от друга; образ и его смысл здесь сплавлены. В-пятых, продукты такой мифотворческой деятельности принципиально не интерпретируемы, т.е. отношение мифоообразов к условиям (объективным или субъективным) их порождения сознанием не охватываются. В-шестых, продукты мифотворчества предполагают волевое самоопределение субъекта.

Выдающийся вклад в изучение мифотворчества был внесен лингвистической теорией мифа (М.Мюллер и др.), солярно-метеорологической теорией (А.Кун, Дж. Кох, Ф.

Вендорф и др.); теориями «низшей мифологии» (В. Шварц, В. Маннгардт, Г. Узенер);

концепциями анимизма, ритуализма, разработанными в британской эволюционной антропологии (Э.Б Тайлор., Э. Лэнг, Дж.Дж. Фрэзер и др.); психологической теорией мифа (В. Вундт); концепциями мифа в русле психоанализа (З.Фрейд, А. Адлер, К.Г.Юнг, Э. Нойманн и др.); в «мифосоциологии» Э. Дюркгейма, теории «дологического мышления» Л. Леви-Брюля; теории символических форм Э. Кассирера; функционализме Б.Малиновского; в грандиозном мифологическом синтезе К. Леви-Строса и др. В отечественной традиции изучения мифотворчества особо выделяются: «мифологическая школа» (Ф.И.Буслаев, А.Н.Афанасьев и др.), труды А.А. Потебни, А.Н.Веселовского, А.Ф. Лосева и др.

В современной культуре такого рода мифологические образования представлены разными типами. Прежде всего, это религиозные формы, идеологемы, реклама, квазинаучные мифологии и др. Кроме того, мифоподобна «виртуальная реальность» компьютерных игр, тренажеров, электронных средств массовой информации, Интернета и др. И, наконец, в наше время мифоподобные структуры порождаются также образным складом мысли, когда сознание не способно (или не хочет) отвлечься от конкретных форм жизни и всякую абстракцию низводит до их уровня. В конечном счете любая метафора превращается в неомиф, если она не осознается как метафора.

Таким образом, если использовать термин «мифотворчество» только в узком значении, то проблема «обыденное сознание и мифотворчество»

редуцируется до анализа особенностей первобытного сознания (имеет ли смысл выделять в первобытном сознании особый пласт обыденного сознания). И в этом случае правы те авторы, которые утверждают, что современное обыденное сознание не связано с мифотворчеством. Если же мы понимаем под мифотворчеством универсальную способность сознания, тогда возникает философская проблема о связи обыденного сознания и мифотворчества в истории духовной культуры.

В третьей главе диссертации («Мифотворчество в системе обыденного сознания») исследуется вопрос о том, какое место мифотворчество занимает в деятельности обыденного сознания.

В первом параграфе третьей главы анализируются онтологические основания обыденного сознания. Отмечается, что характеристика онтологических оснований обыденного сознания (различия сущностного и феноменального уровней бытия и др.) будет неполной без учета онтологии субъекта. Существенные моменты онтологии субъекта выражены категорией «жизненный мир». «Жизненный мир» воспроизводит в системе ценностей и смыслов те глубинные объективные сущностные связи, которыми субъект закономерно и необходимо погружен в мир, «вживлен» в мир, неотрывен от бытия. Через «жизненный мир» обыденное сознание непосредственно связано с ценностно-смысловой сферой жизнедеятельности личности, которая задает смысловую сторону чувственно-образного восприятия мира, которая так же бесконечно разнообразна, неисчерпаема как и сам субъект. Именно поэтому чувственно-образное, перцептивное отражение в принципе не интерпретируемо до конца.

Иначе говоря, связи перцептивного образа и его объективного коррелята средствами самого чувственно-образного отражения не могут быть проявленными до конца, полностью отслеженными57. Но неинтерпретируемость наглядного образа – это одновременно и важнейшая Именно поэтому различного рода иллюзорные образы не могут быть отличимы от действительных образов лишь средствами чувственного отражения. Для такого различения необходимо выйти за рамки чувственного восприятия - в область знаковосимволического, культурно-исторического опыта.

черта любой мифологической образности, ее родовой признак. Таким образом, с помощью представления о жизненном мире проявляется необходимость существования мифологической составляющей в системе обыденного сознания.

Во втором параграфе анализируется роль мифотворчества в системе обыденного сознания. Субстанциальным основанием мифотворчества (во всех его исторических формах) является связь образных (восприятие и представление) и смысловых моментов в развитии знания от образа к мысли.

Миф - это всегда наглядный образ, взятый в единстве с его ценностным смыслом. При этом, в любых формах мифотворчества ценностно-смысловое содержание в конечном счете превалирует над когнитивно-образным. Миф – это продукт сознания, в котором ценностно-смысловой функционал сознания превалирует над его когнитивным функционалом.

Включенность мифотворчества в деятельность обыденного сознания неизбежно придает и обыденному сознанию личностное содержание, личностный смысл. В этом и состоит главная роль мифотворчества в обыденном сознании. Причем, как и в мифе, в обыденном сознании ценностно-смысловая составляющая доминирует над образно-когнитивной.

Это важнейшая характеристика обыденного сознания, его конституирующая основа. Когнитивная составляющая обыденного сознания представлена обыденным знанием, а ценностная – здравым смыслом. Именно мифотворческая составляющая обыденного сознания обеспечивает превалирование в его функционировании здравого смысла над обыденным знанием.

Каким образом мифотворчество оказалось включенным в обыденное сознание, стало его неотъемлемым моментом? Ответ на этот вопрос лежит в области закономерностей исторического развития обыденного сознания. Он анализируется в третьем параграфе третьей главы.

Развитие культурно-исторической теории психики (трудов Л.С.Выготского, С.Л. Рубинштейна, А.Р. Лурии, А.Н. Леонтьева и др.) привело к выработке представления о том, что историческое развитие сознания осуществляется через формирование качественно своеобразных систем, типов. Каждый исторический тип сознания есть некоторая целостная система, обладающая собственными закономерностями функционирования, определенной структурой, иерархией взаимодействий между когнитивными и ценностными компонентами сознания. В истории культуры более ранние (низшие) исторические типы сознания не исчезают, а становятся подчиненным («снятым») моментом более поздних (высоких) форм. Это значит, что во всех типах сознания содержится их историческая базисная основа. Важнейшим компонентом такой базисной основы является мифотворчество. В каждом новом историческом типе сознания мифотворчество модифицировалось, изменяло свое место и роль в подсистеме обыденного сознания.

В диссертации анализируются (с точки зрения места и роли в них обыденного сознания) следующие исторические типы сознания: предметнодейственное сознание (эпоха нижнего палеолита); сознание первобытной родовой общины («первобытное мифологическое сознание»; эпохи - верхний палеолит, мезолит, неолит); сознание традиционного общества (античного и средневекового феодального); новоевропейское сознание (сознание эпохи Модерна); сознание постмодерна.

Первое - это предметно-действенное сознание. Исторически сознание зарождается в процессе совершенствования материально-предметных операций с природными объектами. В современной психологии убедительно доказано, что «порождается мышление сначала в ранге действия,…в недрах практического действия»58. Мыслительные операции, зарождающиеся как дериваты предметного действия, развиваются в направлении оперирования психическими структурами (восприятия, представления, понятия, символы и др.), сопровождаясь сначала внешней (громкой), а затем внутренней речью.

Предметно-действенное сознание предельно синкретично; здесь действие, смысл и образ еще неразрывны. В такой синкретичности коренятся глубинные истоки единства повседневного жизненного опыта и форм познания, искусства, нравственности и др. Обыденное сознание как самостоятельная сфера коллективного сознания здесь еще не сложилась.

Второй исторический тип сознания – сознание первобытной родовой общины. Этот тип сознания двухслоен. Нижний его пласт представлен слоем стихийно-эмпирических знаний о среде, в которой протекала жизнедеятельность человека. По существу этот пласт и представлял собой то, что может быть отнесено к обыденному сознанию первобытности. Слабая рационализированность мышления компенсировалась здесь глубиной и контрастностью чувственных образов. Собственно мифологическое мышление – это верхний пласт первобытного сознания, «дотеоретический»

способ обобщения мира в виде наглядных образов.

В эпоху неолитической революции субъект начинает выступать по отношению к природе как активная и творческая сила. На этой практической основе формируется тип абстрактно-понятийного сознания. Та его часть, которая обращена к феноменальному уровню бытия, образует подсистему обыденного сознания, в которой когнитивное и ценностное постепенно дифференцируются, становятся относительно самостоятельными.

(Когнитивная составляющая осознается в форме обыденного знания, а ценностная – в форме здравого смысла). Развитие процедур понятийного мышления (идеализации, абстрагирования, систематизации и др.) обеспечивают критико-рациональное мифологии, «приземление»

превращения ее в том числе и в формы фольклора. (Отсюда – неразрывная связь обыденного сознания с фольклорным творчеством). Вместе с тем, в обыденном сознании традиционного общества существенные связи и отношения мира даны субъекту еще преимущественно в чувственнообразных формах, а не абстрактно- понятийных. Такое обыденное сознание еще не умеет устойчиво связывать общее абстрактное положение с Леонтьев А.Н. Лекции по общей психологии. М., 2000. С. 342.

конкретным чувственным образом, отделять в объекте существенное от несущественного, закономерное от случайного и др.

В культуре Модерна обыденное сознание приобретает знакомые нам черты. В когнитивном функционале сознания эпохи Модерна обыденное знание конституируется на базе фактуально-эмпирической составляющей, ориентированной на непосредственную фиксацию характеристик объекта.

(Теоретико-методологическая составляющая оказывается компонентом профессионализированного, элитарного сознания). В ценностном функционале - здравый смысл выражает содержание его потребностномотивационной составляющей, т.е. мотивов, интересов, целей, потребностей, которыми порождаются и направляются различные формы деятельности и способы общения субъекта. (Нормативно-ценностная составляющая становится сферой «этоса» профессионализированных, элитарных форм культуры). Но и в обыденном сознании культуры Модерна здравый смысл в конечном счете доминирует над обыденным знанием. Иначе говоря, в культуре Модерна обыденное сознание имеет свою ограниченную «область применимости» - процессы, в которых доминируют ценностные функционалы.

Четвертый параграф посвящен анализу творческого потенциала обыденного сознания в эпоху постмодерна. Подчеркивается, что возрастание роли обыденного сознания в современной духовной культуре – процесс противоречивый. С одной стороны, оживление обыденного сознания с его ремифологизирующими тенденциями, реанимацией архаических пластов культуры и др. выступает мощной консервативной силой, обращает систему духовной культуры в прошлое, «приземляет» ее. Однако, было бы неверным усматривать в преобразованиях современного обыденного сознания только консервативные или регрессивные тенденции. В обыденном сознании заложены и творческие возможности, в нем сосредоточен немалый потенциал для возникновения качественно новых форм культуры. Чем же определяется творческий потенциал обыденного сознания?

Творческий потенциал обыденного сознания определяется его способностью продуцирования чувственно-наглядной образности, пролиферации чувственных образов, метафоризацией сознания, установление множественных ассоциативных связей между чувственными образами и т.д., т.е. по сути теми его чертами, которые роднят обыденное сознание и мифотворчество. Обыденное сознание способствует катализации интеграционных процессов в духовной культуре; с его помощью прокладываются новые связи, вырабатываются новые отношения между разными формами сознания, осуществляется ассоциативное взаимодействие между непроизвольными и произвольно регулируемыми тенденциями мыслительного процесса. При непосредственном участии обыденного сознания культурные формы насыщаются образностью и семантическим богатством, метафоричностью. Именно обыденное сознание прежде всего поддерживает эмоциональное, чувственно-аффективное отношение человека к миру и тем самым способствует снижению накала противоречий человека и мира, меры отчуждения человека (и социума) от природы, сближению природного и культурного и др.

Заключение диссертации посвящено подведению итогов проведенного исследования, в нем намечаются пути дальнейшего развития его проблематики.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях автора:

1. Найдыш О. В. Проблема типологии мировоззрений / О. В. Найдыш //

Диалог цивилизаций: Восток-Запад. Глобализация и мультикультурализм:

Россия в современном мире. Материалы У1 Межвузовской научной конференции молодых ученых. - Часть 2. - М.: Изд-во РУДН, 2006. - С. 282Найдыш О. В. Мифологические истоки образа «отечественного беса» / О.

В. Найдыш // Диалог цивилизаций: Восток-Запад. Глобализация и мультикультурализм: Россия в современном мире. Материалы У11 Межвузовской научной конференции молодых ученых. - М.: Изд-во РУДН, 2007. - С. 283-288.

3. Найдыш О. В. Физиогномика как форма донаучного психологического знания / О. В. Найдыш // Диалог цивилизаций: Восток-Запад. Глобализация и мультикультурализм. Материалы У111 Межвузовской научной конференции молодых ученых. - М.: Изд-во РУДН, 2008. - С. 317-323.

4. Найдыш О. В. Мифопоэтическое наследие в культурогенезе восточных славян / О. В. Найдыш // Вестник РУДН. Серия философия. – М.: Изд-во РУДН, 2008.- № 1. - С. 25-33 (входит в список ВАК).

5. Найдыш О. В. Творческий потенциал обыденного сознания / О. В. Найдыш // Диалог цивилизаций: Восток-Запад. Глобализация и мультикультурализм:

Россия в современном мире. Материалы 1Х научной конференции молодых ученых. - М.: Изд-во РУДН, 2009. - С. 25-32.

6. Найдыш О. В. Обыденное сознание и мифотворчество / О. В. Найдыш //

Диалог цивилизаций: Восток-Запад. Глобализация и мультикультурализм:

Россия в современном мире. Материалы Х научной конференции молодых ученых. - М.: Изд-во РУДН, 2010. - С. 119-128.

7. Найдыш О. В. «Жизненный мир» и обыденное сознание / О. В. Найдыш // Вестник РУДН. Серия философия. – М.: Изд-во РУДН, 2011. - № 1. – С. 55-61 (входит в список ВАК).

Найдыш Ольга Вячеславовна Обыденное сознание и мифотворчество

Диссертационное исследование посвящено анализу закономерностей взаимоотношения обыденного сознания и мифотворчества. На основании обобщения истории исследований обыденного сознания и мифотворчества в мировой и отечественной философской и гуманитарной мысли детализирован концептуальный аппарат, воспроизводящий сущность мифотворчества как особой деятельности сознания, продуцирующей различные формы неинтерпретируемой наглядно-чувственной образности. С помощью понятия «жизненный мир» прояснена роль мифотворчества в функционировании обыденного сознания, уточнены исторические характеристики обыденного сознания. Проанализирован творческий потенциал обыденного сознания, его исторические перспективы в том новом типе духовной культуры, который складывается в эпоху постмодерна.

Naydish Olga Ordinary consciousness and mythmaking

The research is devoted to the analysis of patterns of relations between ordinary consciousness and mythmaking. Based on the synthesis of history studies of ordinary consciousness and mythmaking in the global and national philosophical and humanitarian thought detailed conceptual apparatus, which reproduces the essence of myth as a specific activity of consciousness, producing various forms not interpreted visual-sensory imagery. Using the concept of “life world” clarify the role of mythmaking in the functioning of ordinary consciousness, clarified the historical characteristics of ordinary consciousness.

Analyzed the creative potential of ordinary consciousness, his historical perspective is a new type of spiritual culture, which develops in the postmodern epoch.



Похожие работы:

«ПЕТРОВА Галина Дмитриевна НАРОДНАЯ МУДРОСТЬ (СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ НА ОСНОВЕ ЧУВАШСКОГО ЭТНОСА) Специальность 09.00.11 социальная философия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских на...»

«Кашулин Данила Александрович ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ГОСУДАРСТВА В СОВРЕМЕННОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ: ОТЕЧЕСТВЕННЫЙ И ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ Специальность 23.00.04 "Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития" Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата политических...»

«Тихонов Андрей Владимирович НАУЧНО-МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ ГЛУБОКИХ ОПОЛЗНЕЙ Г. МОСКВЫ С ПРИМЕНЕНИЕМ ВЫСОКОТОЧНЫХ МЕТОДОВ Специальность 25.00.08 –Инженерная геология, мерзлотоведение и грунтоведение АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата геолого-минералогических наук Москва 2011 Работа выполнена на кафедр...»

«Варакин Александр Александрович СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ПОГРАНИЧНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ГОСУДАРСТВ – УЧАСТНИКОВ СНГ Специальность 23.00.04 – "Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития" АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Мос...»

«Старикова Елена Николаевна СИНЕСТЕТИЧНОСТЬ КАК ОСНОВА "ВИТРАЖНОГО МЫШЛЕНИЯ" ОЛИВЬЕ МЕССИАНА Специальность 17.00.02 – Музыкальное искусство АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учёной степени кандидата искусствоведения Новосибирск – 2016 Работа выполнена на кафедре музыкального образования и прос...»

« УДК 552.4:553.22(470.22) ПРОСКУРИН Георгий Юрьевич МЕТАСОМАТИТЫ ТИКШЕОЗЕРСКОГО ЗЕЛЕНОКАМЕННОГО ПОЯСА Специальность 25.00.04 – петрология, вулканология Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата геолого-минералогических наук Санкт-Петербург Раб...»

«Посохина Марина Владимировна Творчество Алексея Алексеевича Харламова и салонное искусство Специальность 17.00.04 "Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура" Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата искусствоведения Москва 2007 Работа выполнена на кафедре истории отечественного искусства Московск...»

«ШКЕЛЁВА Татьяна Олеговна ФОРМИРОВАНИЕ КАДРОВОГО СОСТАВА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАЖДАНСКОЙ СЛУЖБЫ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ Специальность: 22.00.08 – Социология управления АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата с...»

«Ганиев Радик Рафкатович СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ МЕТОДОВ ПОИСКА И РАЗВЕДКИ МАЛОРАЗМЕРНЫХ ЛОВУШЕК НЕФТИ В ПАШИЙСКО-ТИМАНСКОМ ПРОДУКТИВНОМ КОМПЛЕКСЕ (НА ПРИМЕРЕ ТАТАРСТАНА) Специальность 25.00.12 – Геология, поиски и разведка нефтяных и газовых месторождений Автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата геолого-минерало...»

«ПОХИЛЬКО АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ ЭКСТРЕМИСТСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ В СИСТЕМЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА Специальность 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Пятигорск 2015 Работа выпол...»

«УРАСИНОВА Ольга Владимировна ЭТНИЧЕСКИЙ ФАКТОР В ПОЛИТИКЕ ВЕНГРИИ: ВНЕШНИЙ И ВНУТРЕННИЙ АСПЕКТЫ Специальность: 23.00.04 – Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата политических наук Москва Работа выполнена на к...»

«ПРОХОРЕНКО Ирина Львовна ИСПАНИЯ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ: ВЗАИМОВЛИЯНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО И ТРАНСНАЦИОНАЛЬНОГО ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОСТРАНСТВ Специальности: 23.00.02 – Политические институты, процессы и технологии 23.00.04 – Политические п...»

«Подберезкина Ольга Алексеевна Эволюция значения международных транспортных коридоров в мировой политике на примере России Специальность: 23.00.04– политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание учен...»

«Орлова Елена Викторовна ФЕНОМЕН СОЦИАЛЬНОГО ПАРАЗИТИЗМА В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ: СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ АСПЕКТЫ Специальность 09. 00. 11 – социальная философия Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук Ро...»

«Ананьина Валентина Тимофеевна ВЛИЯНИЕ МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫХ СЕМЕЙ НА ЭТНИЧЕСКУЮ ТОЛЕРАНТНОСТЬ В РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ Специальность 22.00.04 – Социальная структура, социальные институты и процессы Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата социологическ...»

«ШИРЯЕВ Александр Евгеньевич КОНЦЕПЦИЯ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ: СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АСПЕКТ 09.00.11 социальная философия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук I Омск 2007 Работа выполнена на кафедре гуманитарных и политических дисциплин НОУ ВПО "Омский гуманитарный институт" доктор философских наук, профессор Научный руково...»

«Варакин Александр Александрович СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ ПОГРАНИЧНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ГОСУДАРСТВ – УЧАСТНИКОВ СНГ Специальность 23.00.04 – "Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития" АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандида...»

«Столетов Олег Владимирович СТРАТЕГИЯ "РАЗУМНОЙ СИЛЫ" В ПОЛИТИКЕ ГЛОБАЛЬНОГО ЛИДЕРСТВА Специальность 23.00.04 – "Политические проблемы международных отношений, глобального и регионального развития" Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандида...»

«ЗИНЧЕНКО Владимир Николаевич МЕСТОРОЖДЕНИЯ АЛМАЗОВ ИЗ КИМБЕРЛИТОВ СЕВЕРО-ВОСТОКА АНГОЛЫ Специальность: 25.00.11 Геология, поиски и разведка твёрдых полезных ископаемых, минерагения Автореферат диссертации на соискание учёной степени доктора геолого-минералогичес...»

«САМДАНОВ Дмитрий Александрович ГЕОМОРФОЛОГИЧЕСКИЕ И МИНЕРАЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОГНОЗИРОВАНИЯ КОРЕННОЙ АЛМАЗОНОСНОСТИ МУНО-МАРХИНСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ (ЯКУТИЯ) 25.00.11 – геология, поиски и разведка твердых полезных ископаемых, минерагения АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата геоло...»

«Астахов Сергей Михайлович ОЦЕНКА УГЛЕВОДОРОДНОГО ПОТЕНЦИАЛА ТУАПСИНСКОГО ПРОГИБА НА ОСНОВЕ МЕТОДИК БАССЕЙНОВОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ Специальность: 25.00.12 Геология, поиски и разведка нефтяных и газовых месторождений АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание у...»

«У.Д.К.: 551.243:551.4: 528.77: 550.816(477.74 + 478.9) ГРЕБЕНЩИКОВ ВИКТОР ПЕТРОВИЧ СООТНОШЕНИЕ ПОВЕРХНОСТНЫХ И ГЛУБИННЫХ СТРУКТУР ЗЕМНОЙ КОРЫ НА ЮГЕ ДНЕСТРОВСКО ПРУТСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ 04.00.01 – ОБЩАЯ И РЕГИОНАЛЬНАЯ ГЕОЛОГИЯ Автореферат диссертации...»

«Тихонова Юлия Валериевна Хоровая музыка Валерия Калистратова: к проблеме "фольклор и композитор сегодня" Специальность 17.00.02 Музыкальное искусство Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата искусствоведения Москва – 2014 Работа выполнена в Московской государс...»








 
2017 www.ne.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - электронные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.